— Им придётся платить, — Морна покачала головой. — И они возьмут по полной. Уж поверь — эти точно воспользуются вашим положением.

Я задумался.

Платить сейчас мы не могли: каждая монета на счету — нам бы наскрести на долг Джарлу. Но после выплаты долга, похоже, придётся обратиться и к ним.

— Возможно, — сказал я медленно, — этим гнилодарцам самим что-то нужно? Что-то, что я могу сделать? Сварить?

Морна хмыкнула.

— Может быть. Попробую осторожно узнать.

— Спасибо, это было бы хорошо. Не сейчас, но возможно чуть позже нам придется к ним обратиться.

Грэм недовольно насупился, но не сказал ничего против.

Я же наклонился к корзине и выложил все бутылочки перед Морной. Она быстро всё пересчитала и положила перед нами деньги. Даже за ту бутылочку, которую выпила Лира.

— Морна, но.

— Не спорь, Элиас, с остальным мы потом рассчитаемся. Поговорим об этом в следующий раз.

Я кивнул. Ладно, не сейчас так не сейчас. Хотя я догадывался почему: если она поняла как я помог Лире, то решила, что такую же помощь я смогу оказать и другим ее детям. И при случае, видимо, хотела это использовать. Но это она почему-то не хотела обсуждать при Грэме.

— Морна, — неожиданно подал голос Грэм, — ты уже знаешь о расширении Хмари?

Знахарка нахмурилась.

— Что-то такое бормотал Варн, но у меня не было сил и желания уточнять, что он имел в виду. — она подалась вперёд. — Может объяснишь?

Помня в каком состоянии была Морна, оно и не удивительно. Но при имени Варна я внутренне напрягся — не нравился мне он, особенно после того, что о нем рассказал Лира. Впрочем, я тут же взял себя в руки: не время и не место.

— Расширение Хмари, — Грэм нахмурился, — это когда все зоны леса чуть смещаются. Кромка продвигается дальше, Средняя Зона захватывает часть Кромки, а Хмарь расползается… Все твари, живущие там, начинают искать новые места обитания. И хищные растения тоже.

Морна слушала, нахмурившись.

— Все те странности, которые происходят в Кромке… — она медленно проговорила, — железноклювые вороны, гнилозубы у границы, Костолом, напавший на Варна — это всё следствие расширения?

Откуда она знает о гнилозубах? — мелькнула мысль.

— Да, Морна, это всё следствие расширения, — кивнул Грэм. — Элиасу я уже это рассказал, после того как он показал воронов и рассказал о костоломе. Мне всё стало понятно, потому что я уже в молодости сталкивался с таким.

— Насколько это опасно? — прищурилась Морна, — Оно затронет мой дом?

— Никто не может сказать. Тебе нужно просто быть начеку. — ответил Грэм, — Но есть и другая опасность: раз твари из глубин приходят в более «безопасные» зоны, то появятся и приезжие охотники, и много. Не только в Янтарном — везде вдоль Кромки.

— Почему? — не понял я.

— Потому что то, за чем раньше приходилось идти в самую глубь, теперь можно добыть ближе. — Грэм криво усмехнулся. — Что для одних беда — то для других возможность разбогатеть.

Я слушал внимательно. В тот раз, когда мы обсуждали это дома, Грэм не говорил о последствиях так подробно.

Морне эта информация явно не понравилась. Она нахмурилась ещё сильнее, желтые глаза потемнели.

— Приезжие охотники… — она покачала головой. — Этого нам только не хватало!

Она поднялась, как бы намекая что всё, сеанс лечения окончен и ее ждут дела.

Поднялись и мы с Грэмом, Седой неохотно покинул руки Лиры и залез мне на плечо. Он уже весьма неплохо карабкался, видно его лапы скоро окончательно приобретут нужную подвижность.

Я закинул корзину за спину и мы двинулись на выход. Снаружи сидел на камне Угрюм, внимательно следя за всем вокруг. Странно, в прошлые разы он себя так не вел. Сейчас он будто был обеспокоен чем-то.

Мы уже почти дошли до живой изгороди, как вдруг меня окликнула Морна.

— Элиас, подойди пожалуйста. Один.

Грэм вопросительно поднял бровь, но я кивнул ему, мол, всё в порядке, и вернулся к Морне.

Она подошла ко мне вплотную и заговорила очень тихо, почти шёпотом:

— Что это было?

— О чём ты?

— Ты помог Лире. — Она чуть наклонила голову, как хищник, изучающий добычу. — Коснулся её и ей сразу стало лучше, что ты сделал?

Я посмотрел ей прямо в глаза и ответил:

— Сделал так, чтобы ей стало лучше.

Морна прищурилась и я видел как вся она напряглась, словно готовясь к прыжку. Кажется, это мы уже проходили.

— У тебя какой-то вид целительского Дара? На самом деле? — уточнила она.

— На некоторые вопросы лучше не знать ответа. — Я чуть улыбнулся. — Ты ведь тоже не всё мне говоришь?

— Ты не ответил.

— Чтобы говорить о некоторых вещах, — я посмотрел ей прямо в глаза, — нужно доверять человеку полностью.

Она прищурилась ещё сильнее.

— Ты мне не доверяешь?

— Доверяю больше, чем всем другим. — Я сделал шаг назад. — Но ещё недостаточно.

И, не дожидаясь ответа, вышел.

— Всё в порядке? — спросил Грэм, когда я подошел к нему.

— Да, всё хорошо.

Грэм бросил взгляд на Морну, потом посмотрел на меня, и хмыкнул придя к каким-то своим выводам.

Мы двинулись прочь.

— Пока, Элиас! — крикнула Лира.

— Пока Лира! — махнул я ей рукой.

— Пи-пи! — сделал то же самое, повторяя за мной, Седой.

Что-то ты слишком умный, старый вожак.

Минут двадцать мы шли молча, медленно удаляясь от дома Морны. Седой выглядывал из корзины и постоянно попискивал. Похоже, в компании Грэма он чувствует себя в лесу намного увереннее, чем со мной. Потом и вовсе сел на краю корзины, свесив лапки и глядя по сторонам.

Сам Грэм почти не опирался на палку и шел намного бодрее, чем по пути к Морне. Не думаю, что это было полностью от лечения, скорее он понял, что появился свет в конце тоннеля, и хотя бы частичное облегчение черной хвори возможно.

— Ты о чём думал, когда помог Лире⁈

Голос Грэма прозвучал резко.

— А я не думал. — Я пожал плечами. — Просто помогал девочке, от которой зависит твоя жизнь.

Старик споткнулся и уставился на меня.

— Что?.. Это тут при чем? Я о другом!

— Ей стало плохо, потому что она помогала тебе. А я незаметно передал ей немного живы, вот и всё. Хоть Лира Морне и не родная дочь, но ты же видишь, как она к ней относится? Она бы не простила, если бы с ней что-то случилось. Вот этого я и боялся.

А то, что я идиот, который не догадался сразу применить Анализ, Грэму знать, конечно же, не следовало. Хотя…кого я обманываю? Я бы всё равно передал девочке живу. Некоторые поступки невозможно объяснить с точки зрения логики, как бы ни хотелось.

— Ага, «незаметно». — Он покачал головой. — Так незаметно, что девочка сразу очнулась и Морна обо всем догадалась.

Я пожал плечами.

— Морне нельзя доверять, — сказал Грэм, продолжая путь.

— Ты же доверяешь, — ответил я.

— С чего ты взял? — нахмурился старик.

— С того, что когда у нас не было выбора, мы пришли именно к ней, а не к кому-то другому. А еще потому, что ты сам говорил, что она тебя когда-то спасла.

— Так что Морне я доверяю, — продолжил я, перешагивая через торчащий из земли корень. — Она по сути отверженная, а еще она хорошая женщина. В ней нет настоящей корысти — той, когда человек готов удавить за золотой.

Грэм шёл, глядя себе под ноги, а потом неожиданно кивнул:

— Такого в ней действительно нет. — Он помолчал. — Но это не значит, что у неё нет своих интересов и желаний, о которых ты не знаешь.

Я промолчал, тут он был прав. Но он не знал того, что знаю я, а именно что я — ее ключ к излечению детей и, возможно, ее самой.

— Время покажет был ли я прав, или ошибся. — пожал я плечами.

— Просто она тебе нравится, вот ты и пытаешься показать, что можешь быть полезен.

Теперь уже чуть не запнулся я, и тоже на ровном месте. Прав ли был Грэм? Не знаю. Поэтому я просто пожал плечами и продолжил идти — что сделано, то сделано.

Мы шли дальше, и я смотрел по сторонам, машинально отмечая растения, которые могли пригодиться. Вон там, у корней старого дуба, росли кустики с мелкими белыми цветами — сонная трава, я её уже знал. А чуть дальше…