— Им не нравится?

Колумб попытался спасти ситуацию.

— Спасибо! — сказал он, стараясь не дышать носом. — Это хороший дар. Но мы не можем...

— Вы не переносите этот запах, — закончила за него Сайра, и в её голосе было разочарование. — Как мы не переносим этанол. Видовые различия.

Чиновник выглядел искренне оскорблённым. Он что-то сказал Сайре на шарренгронке — быстро, с прижатыми ушами. Она ответила, показывая на людей, объясняя что-то.

— Он говорит, что это большая честь, — перевела она наконец. — Маринованная рыба дорогая. Мы даём только почётным гостям.

— Скажи ему, что мы ценим честь, — ответил Колумб. — Но наши носы... другие.

Сайра перевела. Чиновник кивнул — всё ещё с прижатыми ушами — и забрал бочонок.

Матросы ещё долго не могли отойти от запаха.

В последние дни Колумб готовил груз.

Товары для королей. Доказательства открытия. Сувениры из невозможной страны.

Ткани — те самые, невозможных цветов. Шаррен продали их за символическую цену, когда поняли, что Колумб хочет показать их своим правителям.

— Для доказательства, — объяснила Сайра. — Мы понимаем.

Ножи — три штуки, разных размеров. Идеальные, острые, в кожаных ножнах.

Зеркало — одно, небольшое, но такой чёткости, какой в Европе не видели.

Карты — копии, которые шаррен согласились предоставить. Не полные, не подробные — но достаточные, чтобы показать масштаб.

И письмо.

Официальное письмо от Совета Zharn-Nel-Os, адресованное «Правителям земель, откуда прибыли гости». Написанное на латыни — Сайра помогала с переводом — и скреплённое печатью города.

«Мы, представители народа шаррен, приветствуем вас и ваш народ. Мы готовы к мирному обмену знаниями и торговле. Мы не желаем войны. Мы надеемся на понимание.»

Колумб перечитывал письмо снова и снова.

Мы не желаем войны.

Они не понимают, подумал он. Они не знают, с кем имеют дело.

В день отплытия на причале собралась толпа.

Не огромная — несколько сотен шарренов. Любопытные, зеваки, дети с родителями. Для города в триста пятьдесят тысяч жителей это было немного. Но для трёх каравелл — целая армия.

Контактёрская группа пришла в полном составе.

Рахар стоял чуть в стороне, скрестив руки на груди. Его лицо было непроницаемым.

Торек что-то записывал в планшет — до последней минуты.

Корат... Корат сидела на крыше портового здания, глядя на корабли сверху. Её хвост медленно покачивался.

А Сайра стояла прямо перед Колумбом.

— Вы вернётесь к себе, — сказала она. — Вернётесь и... что расскажите?

— Не знаю, — честно ответил Колумб. — Я расскажу королям что видел. Покажу товары. Объясню, что вы не демоны.

— И они поверят?

— Надеюсь.

Сайра наклонила голову.

— Кристофор. Что вы хотите от нас?

Колумб помолчал.

— Когда я плыл сюда, я хотел золото, — сказал он наконец. — Специи. Новые земли для короны. Славу для себя.

— А теперь?

— Теперь... — он посмотрел на город за её спиной. Башни, корабли, огни. — Теперь я хочу понять. Как вы это сделали. Как вы стали... такими.

Сайра улыбнулась — по-кошачьи, прищурившись.

— Время, — сказала она. — Много времени. И ошибок. И смертей. — Она помолчала. — Вы тоже сможете. Если не уничтожите себя раньше.

— Ты думаешь, мы можем себя уничтожить?

— Все могут. — Её голос стал серьёзным. — Мы тоже могли себя уничтожить. Давно. Но выжили.

Колумб кивнул.

— Спасибо, — сказал он. — За всё.

— Спасибо за что?

— За то, что не убили нас. За то, что показали город. За то, что говорила со мной.

Сайра фыркнула.

— Мы не убиваем гостей. Мы не жестокие. — Она помолчала. — Но вы вернётесь с другими. С военными. С людьми, которые захотят землю.

— Я постараюсь...

— Нет. — Сайра покачала головой. — Ты не сможешь остановить. Ты расскажешь, и другие решат. Мы знаем.

Она протянула руку — по-человечески, для рукопожатия.

— Прощай, Кристофор. Надеюсь, мы увидимся снова. Надеюсь, не как враги.

Колумб пожал её лапу. Мягкие подушечки, убранные когти.

— Надеюсь, — сказал он.

Но он уже знал, что надежды мало.

Каравеллы отошли от причала на рассвете.

Буксиры вывели их из гавани — в последний раз. Патрульный катер сопровождал до открытого моря.

Колумб стоял на корме «Санта-Марии» и смотрел, как Zharn-Nel-Os исчезает за горизонтом. Башни, порт, огни — всё растворялось в утренней дымке.

Рядом встал падре Диего.

— Что вы думаете, адмирал? — спросил он тихо. — Кто они? Творения Божьи или... или нечто иное?

Колумб долго молчал.

— Не знаю, — сказал он наконец. — Я знаю только одно: они реальны. Они разумны. И они сильнее нас.

— И что вы скажете королям?

— Правду.

— Всю правду?

Колумб посмотрел на священника.

— Ту правду, которую они готовы услышать.

Он повернулся к носу корабля. Впереди лежал океан. За океаном — Испания. Королева Изабелла. Двор. Церковь.

И неизбежные вопросы.

Можно ли их крестить? Можно ли их подчинить? Можно ли забрать их земли?

Колумб знал ответы. Он видел город. Видел корабли. Видел оружие, о котором шаррен не говорили, но которое угадывалось в каждом патрульном катере, в каждом взгляде береговой охраны.

Нет. Нет. Нет.

Но двор не примет этих ответов.

Он достал блокнот и начал писать. Отчёт. Официальный, для короны.

«Новые земли населены разумными существами, именующими себя шаррен. Они обладают технологиями, превосходящими наши. Они не враждебны, но не подчинятся. Рекомендую осторожность и дипломатию...»

Он остановился. Перечитал.

Потом вырвал страницу и начал заново.

«Ваши Величества, имею честь доложить об открытии новых земель, населённых удивительными созданиями...»

Это будет долгий путь домой.

На причале Zharn-Nel-Os Сайра смотрела, как белые паруса исчезают за горизонтом.

— Они вернутся, — сказала она.

Рахар кивнул.

— Вернутся.

— И не одни.

— Не одни.

Сайра вздохнула.

— Khrong-ash, — сказала она на шарренгронке. — Grel-tosh-ash-gal, shork-tosh-ash-gal. Stong-ash-na. — Изменения идут. Может быть хорошие, может быть плохие. Но не остановить.

Корат спрыгнула с крыши и подошла к ним. Её хвост подёргивался.

— Strank-khono grakh-kesh-nel, — сказала она. — Na-tselk-eth. Na-khonosh-eth. Strank. — Чужие люди — хорошие охотники. Не детёныши. Не дураки. Просто чужие.

— Чужие, — согласился Рахар. — Пока что.

Торек оторвался от планшета.

— Отчёт готов, — сказал он. — Кто хочет прочитать?

Никто не ответил. Все смотрели на горизонт.

Барселона, март 1493

Колумб вернулся героем.

Толпы на улицах Барселоны. Колокольный звон. Процессия от порта до дворца — с товарами, картами, диковинами из Нового Света. Люди кричали, бросали цветы, пытались прикоснуться к его плащу.

Они не знали правды.

Колумб ехал верхом, улыбался, кивал. Рядом — Хуан де ла Коса с рулонами карт. Позади — падре Диего, бледный и молчаливый. За ними — повозки с грузом.

Ткани. Ножи. Зеркало. Письмо.

И отчёт. Два отчёта, если быть точным. Один — для публики. Другой — для королей.

Я нашёл путь на запад, думал Колумб, глядя на ликующую толпу. Но не в Индию. В место, которое изменит всё.

Тронный зал Алькасара был полон.

Королева Изабелла Кастильская сидела на троне справа — в чёрном платье, с золотым крестом на груди. Её лицо было спокойным, но глаза острыми и внимательными.

Король Фердинанд Арагонский занимал трон слева. Он был одет проще и практичнее. Он был в первую очередь политик, а не мистик. Человек, который считал золото, а не молитвы.

Между ними лежало пустое пространство. Символ. Два королевства, один брак, одна цель.