— Которые власть? — горько усмехнулся старик, стряхивая пепел с сигареты. — Есть пара, сидят в бункерах, указы издают. А на улицах сейчас — кто сильнее, тот и прав. Выживальщики хоть какой-то порядок поддерживают, но это капля в море.

Масштаб катастрофы ужасен. Борисоглебск казался островком стабильности на фоне окружающего его хаоса. Настоящим последним оплотом и концентрацией силы.

Лев повернулся ко мне, и я заметил усталость в глазах старика — глубокую, въевшуюся усталость военного человека, который видел в своей жизни слишком много.

— Ну что ж, командир. Удачи тебе, — он пожал мне руку. — А я, пожалуй, махну в Москву. Сыновей проведать, дела там уладить. Спасибо за всё. И за возможность отомстить тоже. Как там закончим — вернёмся сюда.

— Не за что, — ответил я, пожимая его крепкую ладонь. — Увидимся ещё, Лев Андреевич. Обязательно увидимся.

Через час я уже стоял перед знакомым огромным порталом в Эйвис, смотря на переход между мирами. Обустроили, обтянули сеткой по верху, чтобы сюда всякая нечисть не лезла. Рядом с порталом дежурили часовые, а над всей конструкцией нависали тучи — плотные, серые, словно само небо предчувствовало грядущую битву.

Несколько глубоких вдохов, очередная проверка снаряжения, и вот я уже пробегаю сквозь мерцающую завесу, чувствуя привычную заложенность в ушах.

Внешне острова, на которые открывался вид с нашего плато, были изуродованы, посечены от взрывов. Второе — целый военный городок с кучей техники и людей.

Он поражал своими масштабами. За то время, что меня не было, здесь выросла настоящая крепость. Здания были преимущественно из дерева, но мой глаз не обмануть — это древесина из Лавра.

[Ной]: На месте. Докладывайте.

[Филька]: Император! Наконец-то. Тут дела посерьёзнее стали.

[Купринов]: Алексей, проходи в штаб, спасай, тонем в картах.

Я направился к ближайшей выкрашенной в синий цвет палатке с антеннами связи, мимоходом оценивая масштабы нашего присутствия вблизи. В первое моё появление здесь была только военная техника, теперь же развёрнута целая база — склады, ремонтные мастерские, даже полевая кухня. На окраине лагеря увидел строящуюся взлётно-посадочную полосу. Техники стало в разы больше, и я заметил немало новых лиц.

— Алексей, — Филька поднялся из-за складного стола, в самом прямом смысле заваленного картами и фотографиями.

Выглядел он так, будто не спал несколько дней подряд.

— Гору вскрыли, разведку провели. Данные — вот.

После его жеста раздался приглушённый взрыв неподалёку, но ни я, ни он от этого не дрогнули. Привыкшие уже, и «крутые» только пока вокруг вся эта паника. Уверен, пара спокойных дней — и меня начнут мучить кошмары.

— Медузу летающую сбили, — отмахнулся Филька и указал на гору распечатанных снимков на столе.

Я просмотрел несколько снимков отдалённых каменных сооружений. Мирные с виду города. Но после того, что эти твари сделали с индийским Мумбаи, у меня не осталось никаких сомнений насчёт их намерений.

— Мир краснокожих оказался куда больше, чем мы думали, — сказал Купринов, указывая на карту. — Монархо-имперский устрой, поделённый на три империи. Города-крепости с миллионами жителей. Воюют не только с нами, основной их замес происходит с другими иномирцами, поэтому нас просто сдерживают, но слабо. У них относительно примитивный быт, воевали до прихода Системы в основном железками, сейчас преимущественно пользуются духовным оружием.

— Сколько у нас времени до столкновения? — спросил я, проверяя свой инвентарь и думая о том, чем бы снарядиться.

Узнал недавно, насколько меня сильным сделала Система физически, и у меня появилась пара идей.

— По оценкам разведки — дня два-три максимум, — ответил Филька, потирая усталые глаза и щурясь. — Они стягивают локальную армию к порталу. Причём серьёзные силы. Там тысячи пехоты, по навыкам не скажу — мы их пока что держим на дистанции и даём прикурить.

Увидев всё, что хотел, я покинул палатку и пошёл в направлении складов. Надо снарядиться как следует. Системный чат помог нам поддержать общение на расстоянии:

[Ной]: Какие у нас силы для прорыва?

[Купринов]: Набрали из индусов четыре танковых роты, две мотострелковые, артиллерийский дивизион и кое-что из авиации, если нормально развернёмся. Плюс наши Выживальщики — нас больше втрое. Индусы смешались с нами здесь, и некоторые уже вступили в ряды, но с ними всё очень сложно.

[Ной]: Кто у них за главного?

[Купринов]: По этому поводу хотел поговорить, но ты ушёл. Полковник Дивендра, бывший военный. Думает, что раз у него звёзды на погонах, а предки на слонах катались — все обязаны в ноги падать. Устроил тут кастовую хрень — тех своих, кто из низших каст, даже не пускает к боеприпасам. Грёбаный идиот.

[Ной]: Он с головой дружит?

[Купринов]: Я тоже у него это спрашивал. Только он как начал затирать про «древние устои» и «духовную чистоту бойца», чтобы все сражались духовным оружием, я чуть ему в харю не заехал. Филька уже обещал, что, если тот ещё раз такое будет — Дивендра пойдёт в бой в первых рядах, без броника и с ножом в руках, как и задвигает всем.

[Ной]: Скажи ему от меня: если он не заткнёт пасть и не начнёт слушаться наших, Выживальщики с ним заговорят по-другому. Здесь каст нет. Здесь либо ты боец и используешь все возможности, либо нет. Пусть делает выводы.

[Дивендра]: Я тоже вижу этот чат и что вы здесь пишете! Кто ты такой? Мне знакомо твоё имя, я уже много раз слышал его. Покажи себя, ганду!

Открыв карту, нашёл на ней Дивендру и свернул от направления к складу прямиком в лагерь индусов.

[Ной]: Сейчас подойду и покажу, жди.

К несчастью предводителя выжившей правящей касты индусов, я знал, что значит это слово в переводе на русский. И если одну морду в своей жизни я уже набил за такое обзывательство, то сейчас будет набита вторая. Остаётся только понять, почему Система не перевела его. Дивендра не захотел? Плевать.

Я ненавижу кастовое разделение и любое понятие избранности. Понимаю при этом, что не все равны, не в равных возможностях и условиях родились и живут, но кастовость… Это отношение как к скоту, когда один человек смотрит на другого как на мусор, считая себя лучше…

Индийский лагерь располагался чуть поодаль от основной базы — отдельные палатки, отдельная техника, даже отдельная кухня. Классическая сегрегация, которую они сами себе устроили. Я шёл мимо группы индийских солдат, которые чинили какую-то технику, и видел, как с ними обращаются. Что у них даже нормальной обуви нет и как они с опаской поглядывают в мою сторону. Шудры, кажется, так их называют.

Ну уж нет. Такого в своих рядах я не потерплю.

Будто бы этого было мало, я обнаружил неподалёку свою родненькую МК-Р2, эксплуатируемую Выживальщиками. Кажется, с лагеря индусов вовсе не зачищали воздух, отбиваясь от системной дряни, оставив всю грязную работу нам. Обнаглевшие…

Дивендру я нашёл сидящим у командной палатки в окружении своих офицеров. Высокий, плотно сложенный мужчина лет пятидесяти, с аккуратными тонкими усами и надменным взглядом с широко раскрытыми глазами. На его погонах красовались полковничьи звёзды, а вся его поза кричала о том, что он привык к беспрекословному подчинению. Всё окружающее намекало на то, какие они обособленные. Даже флаги свои притащили сюда, не став использовать символику Выживальщиков.

— Вот и наш загадочный Ной, — произнёс он по-английски, вставая, когда я подошёл ближе.

Его офицеры — майор и два капитана — стояли рядом и явно ждали представления.

— Меня зовут Дивендра Сингх Ратхор! А теперь объясни мне, кто ты такой, чтобы указывать мне, как управлять моими людьми?

Я остановился в паре метров от него, оценивая ситуацию. Офицеры переглядывались между собой с плохо скрываемыми ухмылками — видимо, думали, что сейчас их полковник поставит на место главного Выживальщиков.