За ее спиной послышалось недовольное ворчание, шаги. Потом шорох, и в трубке зазвучал другой голос. Папин голос. Низкий, обычно сдержанный, чуть хрипловатый. Он говорил со мной редко, очень редко. Обычно ограничивался парой слов вроде «здоров» или «держись», но тем не менее у нас с ним были нормальные отношения. Я уважал отца за его работу, за то, что он все деньги тратил на меня и маму.

— Кайто — произнес он. Голос был непривычно мягким и теплым — Это папа.

— П-привет, пап — выдавил я, внезапно ощутив комок в горле. Почему?

— Слышал я тут… твою мать — он слегка крякнул, но в его интонации не было раздражения. Было что-то другое — О твоем… свидании — он сделал паузу.

Я слышал его дыхание в трубке.

— Сын… я горжусь тобой. Очень.

Эти слова. Простые и искренние. Они ударили в самое нутро. Сильнее, чем я мог ожидать. В глазах резко защемило, мир поплыл.

— П-правда? — прошептал я, чувствуя, как предательская влага наворачивается на глаза.

— Правда — ответил он твердо — Я вижу, ты… встаешь на ноги. На правильный путь. Звонок доктору, какая-никакая работа… вот и девушка появилась — он снова помолчал — Это важно. Очень важно. Береги ее, сынок. Будь ответственным. За нее и за себя.

Гордость в его голосе была такой осязаемой. Такой непривычной. Я всегда чувствовал его отстраненность, его молчаливое непонимание моего затворничества. А теперь… Теперь он гордился мной. За то, что я впустил девушку, поел с ней суши и дал ей убежище от пьяных бывших. Это было так просто… И так невероятно значимо для меня.

— С-спасибо, пап — я сглотнул комок в горле, пытаясь взять голос под контроль — Я… я постараюсь. Обещаю.

— Знаю — просто сказал он. И в этом «знаю» было столько веры, что слезы, наконец, выступили и покатились по щекам. Тихо, не сдерживаясь. Не от горя. От чего-то огромного, теплого и давно забытого. От отцовской гордости.

— Ладно, не отвлекаем — снова зазвучал голос мамы, забравшей трубку. Он был влажным от сдерживаемых слез, но счастливым — Радуйся, сынок! Мы так счастливы за тебя! Действительно! Мы любим тебя!

— Я вас тоже, очень… — выдохнул я, вытирая щеки рукавом — Спокойной ночи…

— Спокойной ночи, наш герой! — звонко сказала мама и положила трубку.

Тишина снова опустилась на квартиру, но теперь она была другой. Не просто наполненной запахом ванили. Она была наполнена эхом их голосов. Мамин смех. Папины слова: «Горжусь тобой…».

Я стоял посреди комнаты, внутри все еще горело то тепло от их реакции, от их гордости. Энергия, что била ключом, утихла, превратившись в глубокое, спокойное, счастливое море. Как после долгого, трудного, но невероятно важного путешествия.

Я посмотрел на диван, на то место, где сидела Кимико. Потом на телефон. И на мертвый планшет. Планшет подождет. Сегодня было слишком много чувств. Слишком много важного. Первое свидание. Первое объятие. И… первое «горжусь тобой» от отца за много-много лет.

Теперь можно попытаться уснуть.

Я улыбнулся, потянулся и плюхнулся на диван лицом в подушку.

Утро пришло с ощущением, будто я провел ночь не в своей крепости, а на космическом лифте, поднимающемся прямо к солнцу. Экстаз от вчерашнего еще теплился где-то под ребрами, как приятное послевкусие слишком крепкого кофе.

Я потянулся, и рука наткнулась на подушку. Все еще пахло ванилью? Или это было воображение, разогретое вчерашними событиями до точки кипения?

Включил компьютер автоматически сразу после того как мои ноги коснулись пола. На мониторе мелькнуло уведомление: Клинки Рассвета. Глава 2: Испытание.

Ну наконец-то! Мысленно выдохнул я, запуская главу. Погружение в чужой мир — лучший способ убить время, пока ждешь доставку.

Картинка загрузилась. Рыцарь в сияющих, но слегка помятых доспехах стоял посреди разрушенной арены. А напротив… Ого. Это было что-то. Огромное, мускулистое, покрытое шрамами и татуировками в виде разорванных цепей существо. Его клыки были размером с мое предплечье. Название главы не врало — чистейшее олицетворение гипертрофированной мужественности.

И тут мой взгляд скользнул ниже. К его массивному поясу были прикованы поводки. Толстые цепи. А на другом конце… Гарем. Пять фигур. Зверо-девушки. Кошко-девушка с хищным оскалом и бантом на хвосте. Волчица в кожаных пончо, скалящая клыки. Лисичка с хитрыми глазками и пышным рыжим хвостом. Змее-девушка, обвивающая его икру… и что-то пушистое и розовое, похожее на помесь кролика и енота, с невинными, но подозрительно блестящими глазками. Все в откровенных, на грани цензуры, нарядах, подчеркивающих все мыслимые и немыслимые изгибы.

Я хмыкнул. Громко хмыкнул. Отложил кружку с утренним кофе, чтобы не облиться.

— Ну, Апельсинка-сан — пробормотал я, листая страницы — Ты и раньше не отличался скромностью, но это… Это новый уровень!

Рыцарь храбро сражался с этими чудовищами, чьи удары сотрясали фреймы манги. Зверо-девушки то подбадривали хозяина мурлыканьем и воем, то пытались незаметно вспороть рыцарю шею. Было абсурдно, чрезмерно эротично и чертовски увлекательно. Штампы? Куча! Но сработано с таким размахом и самоиронией, что читалось на одном дыхании.

Закрыл последнюю панель, на которой рыцарь поднял вверх отрубленную голову противника. А фоном все эти девушки крутились вокруг него. Кажется, он смог взять их с собой…

Это было хорошо, мне понравилось. Взглянул на часы. Время — 11:03 утра. До завтра, когда должен приехать новый, дешевый Huion — еще целая вечность.

Чем заняться? Мысль крутилась, как белка в колесе. Играть? Запустил старую RPG. Прошло три часа сражений с гоблинами и сбора трав. Посмотрел на часы. 12:17.

Что⁈ Всего один час⁈ Каждая минута в реальности тянулась мучительно долго, а все из-за моей привычки не тратить на развлечения слишком много времени, я приучил себя к этому.

Я встал и зашагал по комнате. Безделье съедало изнутри. Вдохновение было — океанский прилив после вчерашнего ванильного шторма, после прочитанной главы с ее безумной энергией, после мыслей о Джексе и Рэй, после разговора с родителями. Но куда его деть? Вдохновение без выхода — это пытка. Как зуд, который нельзя почесать, как сломанный зуб, которого нельзя касаться.

Остановился перед окном. Двор. Солнце. Бутэ метет свою территорию с новым усердием. Мир живет своей жизнью. А я был заперт не только в квартире, но и в своем собственном нетерпении.

И тут мысль ударила, как молния. Сценарий. Рисовать я не могу, но я могу писать. Прописывать диалоги, сцены, действия для своей манги. Готовить почву для того момента, когда новый планшет снова засветится жизнью.

Я подошел к столу, отодвинул мертвый гаджет в сторону. Достал старый, потрепанный блокнот — тот самый, что пережил психодраму со сломанным карандашом. Нашел ручку, открыл чистый лист.

Джекс. Рэй. Антимагия. Школьный туалет. Отмщение.

Картинки всплывали в голове ярче любого экрана. Первая глава — Драка, открытие силы, шок Рэй. Вторая глава… Что дальше?

Я решил, что сделаю всего три главы. Три испытательных выпуска. Я выложу их на том же сайте, где и Апельсинка-сан публикует Клинки Рассвета. Этого хватит чтобы просто посмотреть зацепит ли людей? Соберет ли работа хоть крошечную аудиторию?

Прагматичный подход. Я не мог тратить время на работу, которая совсем не дает доход, а манга никакого дохода мне точно не принесет. Я конечно могу ее продолжать очень медленно, например по одной главе в месяц, но скорее всего у такой работы совсем не будет читателей. Людям нужно будет каждый месяц перечитывать предыдущую главу заново, чтобы вспомнить о чем вообще шла речь.

Если эти три главы утонут в безразличии интернета — значит, моя манга никому не нужна. Значит, не стоит тратить на нее силы, лучше сосредоточиться на коммерческих артах и все. А если… если хоть несколько человек прочитают, оставят комментарии, поставят лайки… Тогда… тогда можно будет рискнуть и продолжить.

Я открыл блокнот. Вывел сверху жирными буквами: