Я прижал телефон к груди, закрыв глаза. Впервые за этот безумный день, сквозь вонь и страх, пробилось что-то очень похожее на надежду. Пусть хрупкую. Пусть сдобренную запахом тухлых яиц. Но настоящую. Как поцелуй, летящий с экрана в мое королевство одиночества.

Темнота за окном сгущалась, превращая двор в подобие театральной декорации с размытыми силуэтами. Я сидел в темноте, только экран компьютера слабо освещал руки, все еще пахнущие тухлятиной.

Соседи давно разошлись, бабушка Фуко, наверное, утешала Кимико у себя. А я ждал. Чего? Не знаю. Звонка полиции? Разъяренного Синдзи? Или новых смайликов от Кимико?

ТРРР-ТРРР!

Я вздрогнул так, что чуть не свалился со стула.

Кимико. Видеовызов.

Сердце ушло в пятки. Что сказать? Как смотреть ей в глаза? Я принял вызов.

Ее лицо заполнило экран. Чистое лицо, волосы влажные, как-будто только из душа. Глаза чуть припухшие. И в них твердая уверенность.

— Кайто-кун — она сказала сразу, без предисловий, голос тихий, но четкий — Это был ты.

Не вопрос, а констатация. Я почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Хотелось отнекиваться, прятаться. Но что-то в ее взгляде не позволяло.

— Почему… Почему ты так решила? И что ты вообще имеешь ввиду? (Господи, да я же спалился прямо сразу! Вот дурак!)

Кимико чуть наклонила голову, изучая меня через экран. Ее губы тронула тень улыбки.

— Потому что, ну а кто еще это мог сделать таким способом? — она усмехнулась, начала перечислять, загибая пальцы, будто составляя список улик.

— Во-первых, окна. Яйца летели сверху, с твоей стороны. точно не выше четвертого этажа. Во-вторых, кто еще в этом доме был бы достаточно… безумен? Или храбр, чтобы кинуться мне на помощь таким вот… ароматным способом? Ее глаза блеснули — И в-третьих… Когда я посмотрела на твое окно тогда, внизу… Я почувствовала это. Знаешь, как иногда чувствуешь чей-то взгляд? Ну вот.

Я молчал. Игра была проиграна до того, как началась. Она знала все. И ее логика была железной. Особенно про способ моей помощи. Любой другой парень бы заорал, отвлек, или сразу бы побежал вниз и ворвался в их ссору с двух ног, но я нет, я не такой.

— Да… — выдохнул я, опуская голову — Это был я. Прости за вонь и за все. Я… я не знал, что еще сделать. Он…

— Он схватил меня и толкнул — Кимико закончила за меня, ее голос стал жестче — И ты спас меня от того, что могло быть дальше. Пусть и так странно — она усмехнулась — Спасибо, Кайто-кун. Правда. Это было… Отважно. Глупо, но отважно.

Отважно. Меня назвали отважным. Это меня-то? Того, кто из дома выйти боится? Хе-хе.

— Как ты? — спросил я, глядя на ее припухшие глаза — Синяки? Бабушка Фуко? Цветы…

— Синяки есть — она показала предплечье — Темное пятно уже проступало на коже — Но терпимо. Бабушка Фуко просто золотая. Отмыла меня, напоила чаем, ругала Синдзи такими словами, которых я даже не слышала никогда — Кимико снова усмехнулась.

— Про цветы сказала, что они вырастут снова. Главное, что я цела — девушка замолчала, смотря куда-то в сторону. Потом вернула взгляд на камеру. И в ее глазах появилось что-то новое. Решительное. Окончательное — Кайто-кун… Я разрываю с ним окончательно. Сегодня. Вот прямо сейчас решила.

Мое сердце екнуло. Радость? Облегчение? Да, но следом пошла ледяная волна страха.

— Он… Он же… — я не мог выговорить.

— Знаю — она перебила, ее голос стал тише и серьезнее — Он не знает еще, но когда узнает… Он взбесится. И он будет искать виноватых. Всех, кроме себя.

Кимико посмотрела мне прямо в глаза через экран:

— И если он хоть на секунду заподозрит, что ты… Что между нами что-то есть… Или что ты как-то причастен к моему решению… Кайто-кун, он тебя убьет. Серьезно. Он способен. Я его знаю, он иногда ведет себя как больной… Ну ты сам видел.

Слова повисли в тишине комнаты, тяжелые, как свинец, или точнее тяжелые как тысячи топоров, повисших в воздухе. «Убьет». Не фигурально. Не «набьет морду». Убьет. И почему-то я ей верил. Видел его ярость, его силу, его полное отсутствие мозгов и тормозов.

— Пожалуйста — голос Кимико стал почти молящим — Будь осторожен. Не выходи, не показывайся в окне без нужды. Дверь на замок, на все замки. Если кто-то будет звонить или стучать… Не открывай. Никому. Особенно если это не курьер с твоей едой — она попыталась улыбнуться, но улыбка получилась напряженной — Я… я попробую решить это сама. Тихонько, но вдруг он с ума сойдет…

— Я понял. Да и куда я выйду, я же хики — нервно усмехнулся я.

И вот моя надежная крепость, внезапно стала ловушкой. А за дверью реальный, физический враг, который хочет меня убить. Ну точнее не конкретно меня, но не суть.

Кимико кивнула и облегченно вздохнула. Видимо,она немного успокоилась.

— Хорошо. Спасибо еще раз. За… Все. Спокойной ночи, Кайто-кун. И… Береги себя. Пожалуйста.

— Спокойной ночи, Кимико-тян — пробормотал я.

Связь прервалась. Экран погас, оставив меня в полной темноте.

Я сидел, не двигаясь. Запах тухлых яиц все еще висел в воздухе, смешиваясь с запахом страха. Где-то там, в городе, ходил Синдзи. Злой. Униженный. Оставленный. И если он додумается… То мне крышка.

Я встал и шатаясь подошел к входной двери. Проверил замок. Щелк. Задвижку. Щелк. Цепочку. Все на месте. Казалось, даже воздух из щелей под дверью стал холоднее.

Потом подошел к окну. Осторожно раздвинул шторы на миллиметр. Двор был пуст. Темный. Тихий. Скамейка под сакурой была лишь черным пятном.

Ну вообще… Кимико теперь свободна. Она разорвала связь с мудаком и это было главное. Ради этого стоило рискнуть тухлыми яйцами. Даже ради этого стоило теперь бояться.

Надеюсь, через недельку этот страх за свою жизнь мне покажется просто шуткой, которая быстро выветрится из памяти.

Сон был тревожным и плохим. В нем Синдзи, весь в зловонной желто-зеленой жиже, ломился ко мне в дверь. Дерево трещало, замки скрипели. Его лицо, искаженное безумием, заполняло весь дверной глазок.

— Я ТЕБЯ НАЙДУ! — его хриплый рев сливался со стуком сердца, бешено колотившегося в груди.

Я проснулся с резким всхлипом, вскочив на кровати. Темнота комнаты была густой, тишина приятной. Сердце колотилось, как пойманная птица.

Кошмар. Это просто кошмар. Но ощущение угрозы висело в воздухе, плотное и почти осязаемое. Утро не задалось с самого начала…

Первым делом пошел к двери. Замок? На месте. Задвижка? Тоже. Цепочка? Туго натянута. Я прижал ухо к холодному дереву. Тишина в коридоре. Только собственное дыхание, частое и прерывистое. Он не пришел. Еще не пришел.

Запах. Он все еще витал в квартире. Слабее, чем вчера, но навязчивый и едва уловимый. Кисловато-тухлый привкус вчерашнего подвига.

Да уж… кажется, придется мыть полы полностью, и использовать специальные очень сильные чистящие средства. Так что сегодня по плану война с запахом. Полная уборка. Иначе я здесь задохнусь, а соседи могут начать задавать вопросы, если запах просочится в их квартиры…

Остатки вонючего десятка, упаковку, даже тряпку, которой я вытирал пол — все это полетело в плотный пакет, завязанный на десять узлов. Я поставил его у открытого окна. Пусть запах как-то смешивается со свежим воздухом, чтобы не пахло так сильно.

Осталось дождаться пока Юто-кун пойдет в школу, и тогда я скину ему эту вонючую посылку. Даже заплачу немного больше.

Великое мытье пола началось! Ведро с горячей водой, литр уксуса(где-то я читал, что он убивает запахи), пена и половая тряпка.

Я драил пол с яростью, достойной лучшего применения. Круговые движения, нажим, смена воды. Два раза. Потом третий, для верности. Запах уксуса перебивал тухлятину, резкий, чистый, почти ядовитый. Каждый вымытый сантиметр пола будто давал мне гарантию завтрашнего дня. будто вымытый пол мог спасти меня от расправы Синдзи.

Не остановившись на полу, я протер все поверхности, до которых мог дотянуться: стол, подоконник, дверные ручки, даже стены возле входной двери. Пыль, крошки, невидимые брызги прошлого — все должно было уйти. Каждая тряпка после протирки отправлялась в ведро с уксусной водой. Чистота стала навязчивой идеей, щитом от внешнего мира и внутреннего смятения.