На паре по экономике от Влада приходит сообщение, что заберёт меня после третьей пары, у нас какие-то планы. Опять придётся прогуливать. Как я с такими баллами автоматы получу? Видимо, никак.

После третьей пары многие уходят, поэтому у главного входа опять столпотворение. Я ждала его опять на самом видном месте, но не обнаружила. Пишу, что уже вышла, и получаю ответ, что он у моей машины. Отлично, как раз заберу вещи для балета.

Залезаю в его Urus. Влад быстро чмокает меня. Я с одной стороны рада, что сегодня без этих показательных поцелуев, а с другой стороны чувствую какую-то недосказанность и явную неудовлетворённость. Неловко как-то.

— Это тебе, зай, — Влад тянется за заднее сидение и протягивает уже не огромный букет, а невероятно трогательный.

— Это подснежники? — сразу оттаиваю. Всё-таки без внимания не оставляет.

— Нет. Это сон-трава. Сейчас цветут на Урале. Сам собирал. Нарушил закон ради тебя, представляешь?! — лукаво улыбается и выжидательно смотрит.

Мама всегда радуется, как девочка, папиным знакам внимания. И я смущенно опять тянусь его чмокнуть и поблагодарить. Но тут же оказываюсь в его плену. Как будто в своём сне. Этот запах, руки на шее, горячие мягкие губы. И я отвечаю ему, не сопротивляясь.

— Женщина, это да? — выдыхает мне в губы.

— Что, да? — теряюсь.

Ананьевский чмокает меня в нос, хитро смотрит и газует. Он у себя на уме.

— Едем моей женщине за платьем, — уже серьёзно говорит.

Я примеряю платье за платьем. Влад привёз меня в бутик Яны Расковаловой. Она делает настоящий российский кутюр и самые модные ювелирные украшения. А ещё она подруга мамы Влада, с которой мне предстоит сегодня познакомиться. Нервничаю ужасно, но примерка и общение с посторонними помогают отвлечься. Платья супер, абсолютно мой стиль. Они все короткие, дерзкие, но при этом очень красивые и с какими-то невероятными деталями. Я аккуратно посмотрела ценник. Восемьсот тысяч за платье российского дизайнера. Моя мама сначала бы упала в обморок, а потом потащила в ЦУМ за всемирноизвестным брендом с таким бюджетом. Я же просто в восторге от Яны. Безупречный вкус.

— Можно посмотрю? — Она сама заглядывает ко мне в примерочную.

— Да, конечно. Как вам? — со смущением спрашиваю.

— Идеально. Как будто шила на тебя. Я тебе ещё подобрала кое-что из моей молодёжной линейки. Посмотри.

Она принесла мне классные джинсы, рубашки. Всё очень в её стиле. И моём новом. Я её благодарю.

— О, не стоит. Ты мне сделаешь одолжение. Ну а Влад, — женщина улыбается своей ослепительной улыбкой, — он от тебя без ума. Одно удовольствие смотреть на влюблённых.

Выскакивает из примерочной и удаляется. Он от меня без ума? Да ему надо было в МХАТ поступать…

В итоге Влад сказал, что у нас ещё несколько выходов будет, поэтому взял мне все платья, которые мне предложила Яна. А потом консультант вынесла фирменное кольцо-кисточку с бриллиантами на мизинец.

— Тебе нравится? — спрашивает Влад, как будто предлагает очередное пирожное, а не дорогущее кольцо.

— Да, очень. Но мне неудобно, не надо покупать. Это лишнее.

— Девушке нравится, — говорит консультанту, — о, и вот это тоже возьмём.

Я отхожу от кассы, боюсь, сейчас услышу там сумму, на которую можно купить мой порш. Дожидаюсь Влада, и мы едем опять к нему в квартиру. Туда подъедет визажист и приготовит меня. Всё организовала его мама. Наверное, она не хочет, чтобы опять про меня написали, что захожу только под папину водку.

Визажист мне делает просто гладкий высокий хвост и макияж с кошачьими глазами. Я смотрю на себя в зеркало и поверить не могу, что это я. Никогда в жизни не страдала самолюбованием, но сейчас не могу отвести взгляд от своего отражения. Надеваю очень открытое короткое чёрное платье с безумно красивой цветочной вышивкой и сверху накидываю свой жакет. Выхожу к Владу.

— Женщина, ты не просто красивая, ты лютейшая! Огонь огненный, — смотрит на меня сверху вниз с неприкрытым восхищением, а я смотрю на него.

Это он лютейший. В костюме. В лаковых туфлях. Он мне в серых спортивных штанах-то казался каким-то невозможно притягательным, но сейчас… Я просто стараюсь не смотреть. Я не видела парня красивее. Нигде и никогда.

— Ты тоже ничего, Ананьевский, — наконец выдавливаю из себя.

— Ничего? — ухмыляется, — иди сюда, змея, будем обвешивать тебя.

Влад надевает на меня то кольцо-кисточку. Теннисный браслет с камнями, надеюсь, что это не бриллианты, потому что он стоит, как квартира у МКАДа. А в конце надевает на средний палец тонкую бриллиантовую дорожку с подвеской «V».

— А это что? — с недоумением спрашиваю. — Моя буква на моей женщине, — улыбается и опережает мою реакцию, — и только посмей мне его продемонстрировать. Отшлёпаю!

Я разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и с возмущением иду на выход. Палец держу при себе, хотя соблазн большой…

Беру сумочку, влезаю в шпильки на высоченном каблуке. Влад подходит и встаёт за мной. Сейчас мой рост около ста девяноста сантиметров, но рядом с ним я всё равно малышка.

— Это ещё не всё, — Влад надевает на меня подвеску, — вуаля, зая для заи. — Это что, бриллиантовый заяц? Ты издеваешься? — Ты самая неблагодарная женщина, Кузьмина. Котя так обидится скоро, — манерно произносит с грустью, а у самого глаза сверкают искрами смеха.

— А ты разбазариваешь деньги на всякую дичь и пошлость, — стреляю в него глазами в отражение.

— Эта дичь стоит того, — разворачивает меня к себе, проводит пальцем по зайке и вскользь задевает подключичную ямку, чем вызывает у меня какое-то странное ощущение.

У меня что, кровообращение в районе нижнего пресса ускорилось? Что за фокусы?! С трудом беру себя в руки и выхожу из квартиры.

В Большом атмосфера сегодня не как в рядовой день. Я на премьере никогда не была, а тем более не была практически в центре внимания. Здесь много селебрити, все одеты в вечерние платья, мужчины в костюмах, а некоторые в смокингах, и всё это под вспышки камер.

Около лестницы стоит Яна Расковалова с известными подругами и терпеливо фотографируются, она нас замечает и машет, зовя к себе. Я в её платье, придётся фотографироваться, хотя я жутко стесняюсь.

— Дорогая, ты превосходна. Я тебя позову на свой показ, — говорит мне на ухо.

Я смущённо улыбаюсь. Влад держит меня за руку и подбадривает. И тут я замечаю, как к Яне идёт обниматься Собчак. Здоровается с ней и поворачивается к нам.

— Так. Я хочу эксклюзив. Вы всё-таки вместе? Влад, не держишь обид на свою пассию?

Я в шоке, что она с нами заговорила. Да ещё так открыто и свободно. Прижимаюсь к Владу крепче.

— Я ей всё прощу, Ксения Анатольевна, — Влад смотрит на меня и чмокает в макушку, не выпуская из объятий.

— Ну. Совет да любовь, — улыбается нам и тут же переключается на других.

Сфотографировавшись вдвоём, мы поднимаемся наверх. У меня учащается пульс, мы идём знакомиться с его мамой, а ещё я некстати замечаю хозяйку канала, на котором меня поливали грязью, и она снимает нас на телефон.

Мы заходим в центральную ложу. Там много людей, и я понимаю, что всех заочно знаю. Знаменитая певица, бизнесмены уровня Ананьевского и их жёны. На первом ряду сам Константин Юрьевич и невероятной красоты женщина. Они встают и с улыбкой направляются к нам. Да, у таких родителей другого сына быть и не могло. Мама выглядит, как знаменитые модели девяностых. Золотая эпоха. Судя по всему, она тоже в платье Яны, но в пол. Безупречный блонд, обворожительная улыбка, вот это гены…

— Мой дорогой, — целует Влада, — Аня, в жизни ты ещё красивее. Просто украшение вечера! Рада, наконец, познакомиться! — раскрывает объятия и чмокает меня в обе щеки.

— И я рада знакомству, Юлия Владимировна, — поворачиваюсь к Ананьевскому старшему, — здравствуйте, Константин Юрьевич!

— Ко мне можно без отчества, — улыбается его мама и трогает меня ласково за руку и задерживается. Теперь понятно, в кого Влад такой тактильный. Я стараюсь никого не трогать.