— Успокойся, он не сделает ей ничего плохого. Он же не отморозок, Алиса. Пусть объяснятся! Пусть разбираются сами!

Алиса бьется в истерике, по ее щекам бегут слезы. Что мне делать? Как ее успокоить? Ловлю ее подбородок, впиваюсь в губы. Сминаю их, грубо толкаясь языком. Алиса не отвечает. Подхватываю ее под бедра.

Ну же… Давай, включайся. Нужно как-то лечить этот психоз. Всхлипывая, она несмело касается моего языка своим. Расслабляется запускает пальцы в мои волосы.

Несу ее в спальню. На место истерики приходит другое состояние. Она рвано дышит, позволяя ее раздевать, сама несмело тянет мою футболку вверх. Дурею от близости ее обнажённого тела. Дергаю молнию на ее джинсах. Она перехватывает мои ладони.

— Пожалуйста, — шепчу ей на ушко, игнорируя ее легкое сопротивление, не убираю рук.

— Только не смотри… Лучше смотри мне в глаза. Хорошо?

— Почему ты смеешься? — толкает меня, накрываясь одеялом.

— Я не смеюсь, я улыбаюсь, — наверное выглядит это жутко. Вряд ли улыбка нормально смотрится на моей разбитой физиономии. — Люблю тебя, — целую ее в коленку. Она прячет ноги под одеялом. Натягивает его до самого подбородка.

— Отнести тебя в душ или еще попаримся.

— Ты я смотрю, очень сильно паришься, — стреляет глазами в мой обнажённый торс, ниже глаз не отпускает.

Ну какая беременность? Как я мог в это поверить?

Губа кровит, но все равно растягивается в улыбке до ушей. Пытаюсь стянуть с нее одеяло.

— Ну как знаешь, тогда я к тебе, — сильнее дергаю за свободный край и ныряю к ней. Сразу же ощущая ее кожу своей. Она слегка отстраняется.

— Ты прекрасна, — целую в шею.

— Там все ужасно, ты же видел, да?

— Ничего не видел, не понимаю, о чем ты.

— Зачем ты врёшь? Не видел, значит чувствовал! Ты же трогал руками!

— И не руками тоже! — обнимаю ее, она продолжает сторониться. Ее лицо вспыхивает краской.

— Зачем ты выдумала себе проблемы? Ты нереально красивая. Вся и везде! Я не вижу ничего кроме красоты. Ты идеальная, — нежно целую ее в губы. — Моя идеальная. Выходи за меня замуж!

Алиса усмехается.

— Ты же непорядочный, — говорит будто бы серьезно.

— Почему это я непорядочный?

— Ты сказал, что не женился бы на той девушке, которая бы от тебя забеременела.

— Зачем мне нужна какая-то левая беременная девушка, если у меня есть ты. С какой стати я вообще должен на ком-то жениться?

— А если я сейчас залетела⁉ Презервативы ведь не сегодня придумали, да?

— Алиса! Я только что позвал тебя замуж, — смеюсь. — Нам они не нужны! — слегка прикусываю ее шею, спускаюсь ниже. — Я слышу, как в твоей голове крутятся шестеренки. Не выдумывай ситуаций, которые не могут иметь к нам никакого отношения.

— Пообещай, что не будешь смотреть на мои ноги, пока я все не исправлю. Я попрошу сестру, записать меня на лазерное удаление рубцов. Она давно уговаривает меня на эту процедуру.

О чем она думает? Возможно ли вообще понять женщин? Разве можно угнаться за этим роем мыслей. Но на самом деле, это печально… Комплексы у Алисы? Как это вообще возможно?

— Какая же ты глупенькая… — целую снова. — Я люблю тебя, а ты мне до сих пор не сказала «да».

— Так не пойдет! Я хотела сначала свадьбу, а потом все это, — разводит руками, обводя взглядом кровать.

— Вряд ли у нас получится отмотать время назад. Если бы можно было, я бы давно это сделал.

— Почему вы подрались? — аккуратно касается ссадины над моей губой.

— Теперь, это не важно. Я ошибся… Кое-кто ввел меня в заблуждение.

Произношу эти слова, наблюдая за тем, как светится и вибрирует Алисин телефон. Чувствует он, что ли?

Алиса быстро хватает трубку. Принимает вызов, прижимая указательный палец к губам.

— Только молчи, — шепчет.

Выхватываю у нее телефон.

— Сергей Владимирович! Я люблю вашу дочь! Отдадите ее за меня? Она сказала мне «да»!

— Что ты творишь! — в ее глазах растерянность.

— Такие вопросы не решаются по телефону, — произносит слегка опешивший тесть.

— Давайте решим лично!

— Приезжайте, поговорим, — произносит он, прочистив горло.

Алиса выхватывает у меня трубку.

— Па! Да, папочка… Хорошо, папочка, — произносит растеряно.

— Нужно ковать железо, пока горячо! Он думает, что ты беременна!

— Да ничего он не думает! — говорит она, откидывая телефон в сторону. — По дороге сюда я позвонила маме и попросила ее приютить Дианку на месяцок — другой. Объяснила ей ситуацию. Она сразу же сказала мне, что папа увидел тесты и теперь рвет и мечет. То прикопать тебя хочет, то сыном назвать. Он у меня сам знаешь какой… Вспыльчивый, но отходчивый. Конечно же, мама ему позвонила и все прояснила. Вообще, он примчался сюда, потому что соседка им сразу донесла, что ты сидел у меня под дверью.

— Спасать тебя собирался?

— Нет… Присмотреть за мной хотел, до конца сессии. А потом домой забрать.

— Получается ты все знала?

— Ну, тут уж, один плюс один сложить не трудно.

— А зачем тогда вид сделала, что не понимаешь, что происходит? Вопросы эти дурацкие?

— Мне интересно было?

— Ты что и истерику сыграла?

— Нет, ну это уже слишком! За кого ты меня принимаешь? Подай мне телефон, нужно позвонить Диане. Мы же с ней завтра домой едем.

— А ты куда собралась?

— Домой, говорю же. В отчий дом, — берет телефон и завернувшись в одеяло, идет в ванную. — Не ходи за мной, — строго.

— Какой домой? А как же я?

— А ты свататься приедешь, — раздумывает, — через недельку. Нет, лучше через две. Моя мама любит белые лилии, — выглядывает из-за двери.

Вероятно, выражение лица у меня какое-то дебильное. Потому что Алиса возвращается, смотрит на меня пристально и говорит:

— Да, двух недель хватит. Должно зажить… — чмокает меня в нос. — А ты как хотел? Каждая девочка мечтает о красивой свадьбе. Я ее в шестнадцать лет, знаешь какую нафантазировала, — улыбается и качает головой. — Но сначала, сватовство…

— Мать моя женщина! Кто это? — Сергей Владимирович квадратными глазами смотрит в аквариум.

— Это не для вас!

— Славик, иди сюда! — кричит Алиса на весь дом.

Лисин брат сломя голову несется вниз по лестнице.

— Хамелеон! Правда хамелеон! — выкрикивает он, пробиваясь сквозь народ.

— Он, хотел хамелеона, да? — спрашиваю у сияющей Алисы.

Вот это я просчитался. Точно… Она же говорила. Как я мог перепутать?

Пацан с интересом заглядывает в аквариум.

— Ого! Это аксолотль! Настоящий аксолотль! — вскрикивает он, забирая подарок. — Спасибо! Я назову его Серега.

— Лучше ужа Серегой назови, — обращается к сыну Сергей Владимирович. — Ты где взял этого уродца? — это уже ко мне.

— Ужа уже зовут Толян, ты же не захотел давать ему свое имя, — отвечает отцу Славик.

— Не переживай, Сергей! Они живут не долго, все равно сдохнет скоро, вы о нем и думать забудете, — зачем-то подает голос Сан Саныч.

— Ничего подобного! — выкрикивает Славик. — Водяные драконы живут до двенадцати лет. А сколько ему лет, не знаешь? — обращается ко мне.

Откуда мне знать? Я купил это чудище спонтанно. Не робота же покупать десятилетнему пацану, а с пустыми руками как-то не очень было.

— Не знаю. Думаю, что он еще совсем молодой. Может ему год — полтора, — предполагаю я. — Слав, не называй его Серегой, — обращаюсь к мальчишке.

— Почему?

— Мы сына так назвать планировали… Да, Алис? — Алиса кивает. — Представь у тебя и у племянника, и у питомца будет одно имя.

— Ладно не буду. Назову его Санек, — теперь слегка кривится Сан Саныч, но от комментариев воздерживается.

— О каком кстати сыне идет речь? Когда вы успели? — тесть смотрит на меня пристально.

— О будущем, папа! О будущем! — Вика подхватывает отца под руку, — Не нервничай… — гладит его по плечу. — Ты ее, как дракон в башне охранял. Мышка бы не пробежала, комарик бы не пролетел.