На следующее утро после завтрака, который прошел также на кухне за общим большим столом, Мария и Егерон отправились в город, оставив остальных «на хозяйстве». Когда Егерон вышел на крыльцо, возле которого их уже ожидали оседланные лошади, Мария удивленно посмотрела на мужчину, на котором были надеты одежды, напоминающие одежду китайских мудрецов — халат до колен светло-серого цвета, под ним белая рубашка, свободные брюки темно-серого цвета, легкие тапочки.

— А как же белые одежды? — спросила Мария, помня его слова.

— А кто мне запрещает носить одежду других цветов? — усмехнулся хранитель. — Это я во дворце носил белые одежды, как и положено хранителю. А здесь я просто маг и твой наставник. Здесь буду носить то, в чем мне удобно и не испачкается сразу.

Данирия протянула Марии листок бумаги.

— Вот, элира Мария. Как Вы и просили. Я написала все, что будет необходимо по хозяйству на первое время.

Мария взяла листок, довольно улыбнулась, заметив красивый почерк девушки, которым был написал огромный список.

— Не обещаю, что купим все сразу, но присмотрюсь, — пообещала ей Мария.

Еще раз дав наказы, Мария и Егерон отправились в город.

— Спасибо, Егерон, — поблагодарила Мария, когда они выехали за ворота, которые еще вчера Малдинс успел починить своей магией.

— За что? — удивился хранитель.

— За помощь, поддержку, за Данирию. Просто за то, что ты рядом.

Мужчина ничего не ответил, только кивнул и улыбнулся.

— Как думаешь, что здесь произошло, почему в город больше не приплывают торговые корабли? Что случилось с водой?

— Не знаю, — Егерон пожал плечами. — Но думаю, что сегодня мы обо всем узнаем.

Пока они ехали неторопливым шагом, Егерон спросил:

— Мария, а этот твой смерт… смор…

— Смартфон, — подсказала девушка.

— Да, смартфон. Почему он больше не работает?

— Заряд батареи закончился, — она тяжело вздохнула. Она ругала себя последними словами, что когда выходила из квартиры кинула в сумку пауэр-банк и не убедилась в его полной зарядке. А там заряд оставался почти на нуле.

— А что это значит?

Мария, как могла и что помнила из школьного курса физики, объяснила хранителю об электричестве, заряде батареи.

— Хм, — задумался хранитель. — А можно я посмотрю его? У меня есть одна мысль. Думаю, что стоит попробовать.

Мария достала из своей вечной спутницы-сумки смартфон, передала Егерону. Он взял его в свои сложенные ладони, закрыл глаза. Она с надеждой смотрела на хранителя. Смартфон был тем мостиком, который связывал ее с земным прошлым, в нем была вся ее жизнь в последние годы, ее гордость, ее достижения. Она наблюдала, как возле ладоней хранителя клубится чуть заметный серебристый цвет. Минут через десять он открыл глаза и протянул смартфон Марии.

— Попробуй включи.

Она нажала на клавишу включения и чуть не закричала от радости, когда на экране появилась картинка загрузки. Батарея показывала полный заряд.

— Егерон, ты даже не знаешь, что сделал для меня, — Мария смотрела на мужчину и ей хотелось плакать и смеяться. — Как это у тебя получилось?

— Все очень просто — магия. Если хочешь, можешь попробовать сама.

Все оставшееся время пути до города Мария под чутким руководством Егерона «заряжала» телефон. Но пока у нее не получалось, хотя хранитель покачал головой и сказал:

— Ты молодец. Просто тебе надо работать со своей магией, учиться управлять ею. Не волнуйся, со временем все получится. Просто для того, чтобы ты прочувствовала свою магию тебе надо отвлечься от всего остального, а у тебя сейчас голова занята другими проблемами. Когда ты освободишься от всех своих волнений, твоя душа станет спокойной, тогда у тебя все получится.

Город встретил их обычной суетой. Сегодня было довольно людно, прохожие на них смотрели с настороженным интересом, оглядывались. Мария ехала по городу и осматривалась, запоминала, где есть какие магазинчики, где можно поесть. Она даже иногда доставала свой смартфон и фотографировала понравившиеся ей дома. Все больше город напоминал ей Помпеи — прямые улицы, мощеные камнем, небольшие тротуары, дома из камня. Все чисто и аккуратно. Но в лицах горожан она не видела радости, словно что-то тяготило их. Не было слышно обычных громких разговоров, смеха, не бегали дети, не ворчали старики.

Вдруг впереди они услышали какие-то крики, поспешили узнать, что там происходит. Чем дальше они ехали по улице, тем шум становился громче. Неожиданно из общего крика они услышали детский плач. Мария соскочила со своей лошади и поспешила на шум. Егерон последовал за ней. Через несколько шагов улица вывела их на большую площадь. В отличие от всех площадей, которые видела Мария в своей прошлой жизни, на этой было мало гуляющих, не было торговых лавочек. Здесь посреди довольно большой площади находился фонтан. Возле него в две очереди выстроились горожане с ведрами и каким-то емкостями, в которые набирали воду. Мария затруднилась бы назвать общее количество людей, но очереди были очень длинными, несколько раз огибали сам фонтан. Двое здоровых мужиков, судя по одежде и оружию, стражники, брали с них плату и покрикивали на тех, кто пытался без очереди набрать воду.

Мария пробралась сквозь толпу к месту, откуда шел шум. Возле борта фонтана на серых камнях, которыми была вымощена площадь, сидела девочка. Она сжалась в маленький комочек, прижимала худенькими ручками колени и старалась спрятать лицо. Здоровый мужчина в богатых одеждах трепал ее за волосы и кричал.

— Я сколько раз говорил тебе, оборванка, чтобы ты не смела подходить к фонтану. Если у тебя нет денег, то и воды ты не получишь.

Народ молча смотрел на это, никто не заступался за девчонку. Мария подошла к ней, заметив на худеньких плечах девчушки рваное не по размеру платье. Волосы давно не мыты, ноги босые.

— Что здесь происходит? — спросила Мария, останавливаясь возле мужчины, который отпустил волосы девчонки и занес над ней руку, чтобы ударить. — А ну не трогай ребенка.

Мария перехватила его руку и выкрутила назад. Мужчина закричал от боли, заверещал, как свинья. Стражи кинулись к Марии, доставая свое оружие.

— Схватить ее, арестовать, в тюрьму ее! — кричал мужчина.

— Стоять! — раздался властный голос Егерона. — Именем Его императорского величества приказываю остановиться.

Стражи словно застыли на месте, глядя на всех отрешенными взглядами.

— Да кто ты такой? — мужчина, руку которого Мария отпустила, отскочил в сторону и смотрел на них красными от ярости глазами. Потом он стал кричать на Марию. — Да как ты посмела так со мной поступить? Как посмела поднять на меня руку? Я прикажу тебя казнить. Стража! Схватить их.

— Всем стоять! — голос Егерона звучал, словно набат, его слышали все, кто собрался на площади. — Я Главный хранитель императорского Оракула Егерон Всевидящий, а это жена Императора Вадимириса Мария. А теперь ты назови свое имя. И я требую сказать, что здесь происходит.

На площади наступила тишина, которая разбавлялась только звоном струй воды в фонтане, да еще в небе кружили голуби, которые взмыли вверх от криков мужчины. Стражи так и стояли замерзшими статуями, не двигаясь и не обращая внимания на крики.

— Я примар Лабаленка Глердис. Это мой город и здесь мои правила. Эта нищенка пыталась набрать воды, не заплатив за нее, — в голосе мужчины зазвенел страх, когда услышал, кто перед ним, но старался не показывать виду.

— Девочка, подойди ко мне, — Мария протянула руку к бедняжке, которая так и сидела, сжавшись в комок.

Девочка не шевелилась, тогда Мария подошла к ней, присела рядом, положила руку ей на плечо, от чего девочка дернулась, как от удара.

— Не бойся меня, я тебе ничего плохого не сделаю. Посмотри на меня.

Девочка подняла свою голову. На вид девчонке было не больше восьми, чумазое лицо было настолько худым, что у Марии защемило в груди. Она вся была словно скелетик, обтянутый кожей. Из глаз катились слезы.