Может, сердце?

— Тебе придётся меня лечить, — с фальшивой грустью в голосе вздохнул парень.

Ха! Всего лишь?

— Звучит не так уж страшно, — медленно кивнула я.

— И помогать во всём, — продолжил Юсупов, выжидающе приподняв брови.

— Выполнимо.

Наглая ложь. Я бы никогда не стала помогать ему абсолютно во всём. Губы Кира растянулись в зловещую ухмылку, не предвещающую ничего хорошего.

— Тогда тебя ждёт много новых открытий, Светлячок, — прошептал Кир и неловко поднялся.

— Что ты задумал? — пробормотала я себе под нос, внимательно следя за каждым движением соседа. Он медленно прошёл мимо в сторону своей комнаты, а уже через пару минут появился в гостиной с вещами.

Выглядел Юсупов так, будто выиграл в миллион и пытался скрыть этот факт, но правда прорывалась через ядовитую ухмылку и хитрый прищур.

— Пойдём, Липучка, — он мотнул головой в сторону ванной.

Ну, уж нет! С ним в… душ⁈ Никогда в жизни!

— Совсем с катушек слетел? — прошипела я гневно и вскочила на ноги.

Никогда бы не подумала, что улыбка Кира может стать ещё шире. Однако он растянул губы ещё на пару миллиметров. И как только щёки не лопнули⁈

— Ты чего там себе напридумывала? — хохотнул парень. — Я вижу по твоей изумлённой моське, что ты уже нарисовала картинку в голове. Признавайся, в твоей фантазии я голый?

— Не мечтай, — прорычала я.

Будто специально Юсупов прикусил губу, поднял взгляд к потолку и медленно попятился спиной вперёд в сторону ванной.

— Ой, а чего это ты покраснела? Неужели я угадал? — издевательски уточнил он и вкрадчиво прошептал: — Это ты мечтаешь, Светлячок, не я. Так что не вали с больной головы на здоровую. Погнали, пошлячка!

Я надеялась, что он упадёт и заработает синяк. Но этот гад хоть и поскользнулся, всё же удивительно ловко устоял на ногах.

— Даже не думай, что заставишь меня пойти с тобой, — крикнула я ему в спину.

Юсупов уже стоял около зеркала и левой рукой взбивал волосы, пытаясь сделать то ли годную прическу, то ли просто применяя психологическое давление ко мне.

Наверное, это был хитрый план, потому что я медленно и осторожно приблизилась к дверному проёму и повторила ещё раз. Вдруг он не услышал?

— Даже не думай, что…

— Хватит ворчать, Липучка. Мне завтра идти на важную встречу, так что давай, пену с бритвой в руки и… — он многозначительно замолчал и серьёзно посмотрел на меня через зеркало.

— И что?

Я не пыталась закосить под дурочку, просто действительно не понимала, чего он пытается добиться. Унизить? Поиграться? Поржать? Издеваться до скончания веков?

— Как это что? Будешь помогать!

— В чём?

Кирилл нахмурился.

— Как я, по-твоему, буду бриться? — он провёл ладонью здоровой руки по щеке, которая казалась абсолютно гладкой.

— Зачем тебе вообще бриться? — напирала я.

Если бы Юсупов мог закатывать глаза со звуком, в ванной раздался бы сильный скрежет.

— Потому что это нормально? Думаешь, у меня щетина не растёт? Хватит болтать, лучше принимайся за дело, — он повелительно кивнул на лежащие бритву и пену, совсем не тонко намекнув, что меня ждёт.

— Я не умею, — тихо призналась я.

— Ничего, научишься, — кивнул Кир и ободряюще улыбнулся. — Я подскажу.

Подскажет он, как же! Юсупов мог подсказать разве что дорогу в ад, но никак не что-то правильное и действительно стоящее.

— Не буду, — сопротивлялась я.

— Будешь, — стоял на своём сосед. — Ты меня покалечила!

Словно в доказательство он немного потряс правой рукой и зашипел, сильно нахмурившись. Со стороны это было похоже на настоящие эмоции, проявившиеся от боли. Вряд ли Кирилл так умело играл.

С тяжёлым вздохом я всё же вошла в ванную и взяла в руки баллон с пеной.

Это было странно. Но разве у меня был выбор с учётом того, что вина за травму Кира действительно висела на мне?

«Пора взрослеть и брать на себя ответственность,» — мысленно уговаривала себя я, исподлобья поглядывая на Юсупова и примеряясь.

— Неужели ты мне настолько доверяешь? — уточнила я, покручивая в руках пену.

Надо признать, мне было сложно представить такой уровень доверия между посторонними людьми. Да, мы учились вместе. Да, жили на одной территории. И даже иногда болтали обо всякой ерунде. Тем не менее нас нельзя было назвать друзьями.

Кирилл задумчиво прикусил губу и окинул меня задумчивым взглядом.

— Почему бы нет?

— А вдруг у меня рука дрогнет?

Я хотела немного запугать Юсупова. Просто для профилактики. А уж если бы он передумал требовать от меня помощь, это бы стало приятным бонусом.

Он наклонил голову, будто любопытный щенок, и здоровой рукой взял меня за запястье. Сухая кожа обжигала, прикосновение получилось одновременно осторожным и крепким. Банка с пеной едва не выпала из внезапно ослабевших пальцев.

— Ты не такая злопамятная, Светлячок, — проворчал Кир. — Ты вообще почти святая.

— Ага, святая, — буркнула я и аккуратно высвободилась из захвата. — Сейчас переоденусь и вернусь.

— Не задерживайся! — кричит Кирилл.

Мне пришлось надеть пижаму, чтоб не заляпать одежду — милые розовые шорты и футболка с нарисованными чёрными котятами. Спящий на кровати Павлито заинтересованно поднял голову и тихо мяукнул, но быстро лёг обратно, как только понял, что ничего вкусного ему сегодня не светит.

— Эй, Липучка, где ты?

Вот же пристал! Кто из нас ещё прилипчивый?

— Иду, — проворчала я и нехотя побрела в ванную. Юсупов уже стоял у стены, сложив руки на груди, будто у него ничего и не болело. Однако стоило ему пошевелиться, как на лице Кира промелькнуло болезненное выражение.

— Милая пижамка, — промурлыкал он.

— Давай покончим с этим. Спать хочу.

Он тихо рассмеялся и подошёл обратно к раковине. Мы стояли на расстоянии вытянутой руки, как вдруг Юсупов с шипением сделал шаг вперёд, подхватил меня и усадил на холодную каменную столешницу.

— Эй! — возмущённо воскликнула я и слегка толкнула Кира в плечо. — Ты что творишь?

— С твоим ростом, Светлячок, моей спине кранты, — усмехнулся Юсупов. — Не ворчи.

Сосед уверенно встал между моих коленей, отрезая пути к побегу.

— Отойди, — процедила я.

— И не подумаю, — фыркнул Кирилл.

— Я не буду тебе помогать.

— Ещё как будешь.

Улыбка не сходила с его довольного лица, которое казалось совсем мальчишечким. На его щеках появились маленькие ямочки, и мне вдруг захотелось потрогать каждую из них кончиком пальца.

— Бери, — он вручил мне баллончик и станок. — Принимайся за работу, я вообще-то тоже спать хочу.

— Да ты совсем… — ворчала я.

— Меньше слов — больше дела.

Он чуть наклонился вперёд, из-за чего мы едва не столкнулись лбами, и деловито выпятил вперёд нижнюю челюсть. Ладонями Кир упирался в столешницу, с двух сторон от моих ног, загнав тем самым меня в ловушку. При этом между его руками и моими бедрами расстояние было настолько крошечным, что я практически ощущала жар, исходящий от кожи соседа.

— Ну ты и гад, — вздохнула я и аккуратно, двумя пальцами, отодвинула нависшее надо мной лицо с довольной ухмылкой. Мне приходилось действовать медленно и аккуратно, чтоб не перейти невидимую черту и одновременно сделать всё правильно.

Кирилл быстро включился в эту игру и стал содействовать, максимально сосредоточившись и следя за мной. Он больше не ухмылялся, не подмигивал, просто внимательно палялся на мои пальцы, которыми я наносила пену на гладкую щеку.

П-ш-ш.

Выдавив очередную порцию себе на руку, я неспешно размазывала пену по щекам и отмечала, что щетина у него и правда росла. Только её почти не было видно.

— Я ценю твою щепетильность, — буркнул Кир и перевёл взгляд с моим пальцев на лицо, — но может уже приступим?

Этот гад снова был прав — я тянула время, потому что боялась брать в руки станок. Чувствовала неладное.