— Когда в следующий раз приедешь? — уточнил папа.

Мы уже стояли около заведённой машины и ждали, пока хоть немного прогреется двигатель.

— Пока не знаю, — честно призналась. Я банально не хотела тратить лишние деньги на билеты, к тому же мама планировала оставаться в Санкт-Петербурге ближайших полгода.

— Если что, сам к тебе в гости нагряну, — усмехнулся отец, пригладив растепавшиеся светлые волосы. Он посмотрел на Кирилла и с улыбкой уточнил: — Пустите старика переночевать?

— Конечно, — спокойно согласился Кирилл.

Я ещё раз на прощание обняла папу и забралась в салон. Юсупов практически последовал моему примеру, но не успел. Через лобовое стекло было прекрасно видно, как отец пожимает руку парню, наклоняется и что-то говорит. Строго, сурово, со сдвинутыми бровями. А Кир что-то отвечает и кивает.

Было похоже, что они о чём-то договариваются. Съездить вместе на охоту, выкопать поле картошки или заставить меня смущаться в сто раз сильнее, чем это в принципе возможно. Или мне просто казалось? Потому что длилось всё это секунд пять, не больше. Либо это были самые быстрые переговоры в мире, либо я начала сходить с ума.

— О чём болтали? — уточнила, как только Кир забрался в салон.

— Да так, парочка угроз охотничьим ружьём и свиньями, ничего интересного.

Действительно, прозвучало очень даже обыденно. Но я была уверена, что папа не стал бы угрожать Кириллу. Зачем? Он ведь не знал, что благодаря его длинному языку я осталась без места на бюджет, и теперь им с мамой приходилось оплачивать обучение.

— А если серьёзно?

— А если серьёзно, — Юсупов недобро прищурился, бросив на меня быстрый взгляд, — то любопытной варваре на базаре нос оторвали. Если ты разговор не слышала, значит, так было надо.

— Козёл, — буркнула себе под нос, чем вызвала улыбку на лице соседа.

Дальше мы ехали молча, без драк за аудиосистему, уставшие и немного злые. Вернулись домой только в половину десятого, а полностью смогли расслабиться исключительно после десяти, когда все цветы были перенесены домой на тёплую лоджию и парочка чашек кофе остывала на барной стойке.

— И как ты будешь за всем этим ухаживать? — глухо поинтересовался Кирилл, со стоном размял шею и сел на диван.

— Я уже привыкла. Ничего сложного, просто поливать, иногда подкармливать, кого-то пшикать из пульверизатора, листья протирать. Ну, и ещё проверять, не завёлся ли никто на листьях.

— Звучит как нечто очень сложное, — протянул Юсупов и вздохнул. — Ладно, кофе уже не поможет, я спать. Помою кружку завтра.

Это было необычно, потому что Кирилл предпочитал всё убирать сразу и наводить чистоту, так сказать, не отходя от кассы. Если что-то упало — подмести или поднять, разбилось — убрать осколки и протереть всё вокруг. Видимо, он очень сильно устал.

Впрочем, как и я. Даже решила оставить душ на утро — настолько сильно мне не хотелось ничего делать. Просто переоделась в пижаму и легла в кровать.

Однако через пару минут, когда глаза уже начали слипаться, на тумбе зажужжал телефон. Павлито недовольно мяукнул и начал требовать выпустить его из комнаты, так что я не смогла проигнорировать звонок. К тому же на экране высветилось «Сергей Витальевич».

Нельзя было не ответить.

— Алло.

— Добрый вечер, Светлана, — приторный тон мужчины мне не понравился сразу. — Как ваши дела?

— Хорошо, — зачем-то призналась я, хотя понимала, что Юсупов-старший звонит не ради того, чтоб узнать о моём самочувствии.

— А вот мои не очень, Светлана, — горестно вздохнул мужчина. — Представляете, моему сыну плохо. Если сыну плохо, то плохо и мне.

Сердце замерло на мгновение. Что с Кириллом?

— Вы же помните о том, что деньги с карты мне нужны на лечение нашего младшего ребёнка? — сухо уточнил мужчина.

— Да, — прохрипела я.

— Так вот лечение требуется срочно, Светлана, — с нажимом проговорил Юсупов-старший. — Очень срочно! Этот паршивец не хочет, чтоб брат вылечился, потому что ему, видите ли, всегда доставалось меньше родительской любви! Наш сын может умереть только из-за того, что Кирилл не хочет идти навстречу. И потому что вы, Светлана, потворствуете этому и бездействуете.

— Я не…

— Не перечьте, золотце моё, ваши действия говорят за себя, — снисходительно усмехнулся мужчина. — Мне нужны результаты, Светлана. В ближайшее время!

— Что я могу сделать, если карта постоянно при нём? — нервно прошептала я.

Из трубки послышался низкий густой смех.

— Вы же девушка, Света. Привлекательная, молодая. Вот и пользуйтесь этим.

— Я не буду… — гневно зашипела я, представляя, как соблазняю Юсупова.

— Тогда найдите другой выход, — строго припечатал он. — Даю две недели, потом будем общаться по-другому. До свидания, Светлана.

— До свидания, — прошептала я, услышав в трубке короткий сигнал.

Кажется, всё снова пошло не по плану.

Я не хотела думать о том, чтоб сдать Юсупова, но всё равно каждую минуту возвращалась к этой дилемме. Меня втянули в разборки, в которых я совсем не хотела участвовать. Практически против воли. Причём я понимала, что в какой-то мере Сергей Витальевич прав. Не в том, чтоб воровать, а в том, что Киру стоило бы самому вернуть дурацкую карту. К тому же я подозревала, что Юсупов тайком бегает в магазин и таскает какие-нибудь дорогие продукты, так что сумма на банковском счёте наверняка уменьшалась. Вместе с суммой уменьшались и шансы брата Кирилла.

Будто в подтверждение моих слов, в гостиной раздался шорох. Мы с Павлито моментально переглянулись, и я сломя голову побежала на разведку.

Кирилл стоял около кофе-машины и делал латте с сиропом. При этом он был полностью одет и держал в руках мой стаканчик с кленовым листом.

— Эй, кто тебе разрешил его взять? — возмутилась я и откинула подальше воспоминание о том, как сама приносила Юсупову кофе в своём стакане.

Парень испуганно дёрнулся и хмуро глянул на меня из-за плеча.

— Не пугай так, Липучка.

— Положи мой стакан.

Он обернулся и удивлённо поднял брови, словно для него принадлежность некоторых вещей стала настоящим откровением.

— Я думал, ты подарила его мне.

— С какой это радости?

Сосед пожал плечами и тихо бросил:

— Ну, я же из него пил.

— И? — не унималась я. — Это какой-то показатель? Если ты думаешь, что я его вот так просто отдам тебе, то обломись. А если считаешь, что я побрезгую оттуда пить, то обломись дважды.

Он с громким стоном-вздохом повернулся ко мне и сложил руки на груди.

— Можно взять твой стакан?

Этот тон… Нет, это была не совсем просьба. Он буквально ставил меня перед фактом, просто добавил капельку вопросительной интонации. Шестое чувство подсказало, что на нашем этапе отношений (каков бы ни был этот этап) ждать от Юсупова большего попросту глупо.

— Можно, — разрешила я и прикусила язык, чтоб не задать лишний вопрос. Кирилл мог бы принять мой интерес как что-то личное.

Со вздохом я ушла обратно на кровать и подскочила от испуга, когда дверь в комнату резко открылась. Конечно, на пороге стоял Юсупов.

— Проваливай, — недовольно зашипела я.

— М-м-м, пати в кровати, — скалится Кир, окинув меня придирчивым взглядом. — Очень скучно, Светлячок. Пошли гулять.

Кажется, кто-то сошёл с ума… Неужели мой папа попросил его таскать меня за собой?

— Во-первых, нужно стучи в следующий раз, — начала я и осеклась под странным взглядом серых глаз.

— Ах, значит, следующий раз… — моментально отреагировал этот козёл. — Может, в следующий раз ты меня в кровать пригласишь, а?

— Во-вторых, — проигнорировав его слова, продолжила я, — тебе никто не разрешал входить в мою комнату.

— А тебе в мою? — парировал этот гад с надменной улыбкой от уха до уха. И ведь он был прав. Я-то в его комнату забралась. — Что там в-третьих, Светлячок? М-м-м, дай угадаю… Ты в такое время не гуляешь, да? Родители ругаются?