— Во сколько завтра?

— В восемь выезжаем, — тихо отозвался сосед и пробормотал, прежде чем скрыться за дверью: — Спокойной ночи.

— И тебе.

Он сглазил, не иначе, потому что ночь была совсем не спокойной. Я ворочалась, не могла уснуть и почему-то вспоминала первый вечер в квартире, когда к нам завалился сын хозяйки.

В итоге уснула я под утро и позорно проспала будильник.

— Эй, Светлячок, — Кир аккуратно тряс меня за плечо, — нам через пятнадцать минут выезжать.

— Я не поеду, — отмахнулась без раздумий и попыталась забраться с головой под одеяло. Но Кирилл не позволил и перехватил мои руки, прогвоздив запястьями к постели. Всего одно действие — а сон сняло как рукой.

Глаза испуганно распахнулись, за секунду считав обстановку и неоднозначную позу Юсупова: он опирался одним коленом в край кровати и нависал надо мной так близко, что я могла чувствовать отголоски его мятного дыхания на своей коже.

— Что ты делаешь? — прохрипела я.

— Пытаюсь тебя поднять, что же ещё? — ухмыльнулся Юсупов.

— А похоже, что пытаешься наоборот приковать к кровати.

Парень разочарованно цокнул.

— Увы, Светлячок, спинка деревянная, там ни к чему не привязаться.

И слава богу! Потому что это перешло бы все мыслимые и немыслимые границы в наших шатких отношениях.

— Вставай, соня, нас ждут великие дела.

Он отпустил меня и быстро вышел из комнаты, бросив через плечо предостережение:

— Если не встанешь сама, то вернусь, залезу в кровать и…

Что именно он сделает, осталось загадкой, разгадывать которую я не планировала. Именно поэтому вскочила с кровати и побежала умываться. Мне хватило двадцати минут, чтоб собраться.

— Почти уложилась! — с плохо скрываемым восхищением пробормотал Кир.

— Ты сомневался?

— Естественно! Думал, будешь страдать фигнёй как минимум час.

— Может, это ты часами страдаешь фигнёй, а я нет, — фыркнула тихо.

— Ой-ой, кажется, кто-то встал не с той ноги, — хохотнул парень и уверенно нажал «-1» на панели лифта.

Я не стала ничего комментировать, хотя внутренне напряглась. Зачем нам в подвал? Что там находилось? Только когда двери лифта открылись, я облегчённо выдохнула — мы всего лишь спустились на парковку.

Юсупов уверенно двинулся вправо, а я семенила следом и снова всё больше напрягалась. Среди автомобилей не было людей и висела гнетущая тишина. Хотя по логике водитель Юсуповых вряд ли мог вести себя настолько тихо.

Буквально через минуту я поняла, что попала.

Никакого водителя не было. Кирилл вытащил из кармана ключ, нажал кнопку на брелоке, и серая иномарка-купе весело мигнула фарами.

— Только не говори, что… — залепетала я.

— Что мы поедем вдвоём на моей машине? — широко улыбнулся Кир, остановившись перед чистенькой машиной. Даже в полутьме парковки она сияла. — Да, Светлячок, именно это мы и сделаем.

— Погоди, а сколько тебе лет⁈ — удивилась я.

Разве права выдавали несовершеннолетним?

— Мне уже восемнадцать, — подмигнул парень, открыл пассажирскую дверь и галантно махнул рукой. — Падай, не тяни время.

Пришлось повиноваться и молча сесть. Впрочем, в тот момент я бы вряд ли смогла противиться, потому что у меня практически отсох язык. В голове пульсировала устрашающая мысль: «Если отец нас увидит вместе на машине, он убьёт Кира. Точно убьёт! Беды не миновать.»

Мои родители не были консервативными, однако папа был категорически против, чтоб я получала права от школы. Он напирал на то, что у бывших школьников в голове ветер, водят они плохо, поэтому пускать за руль дочь в таком возрасте не станет. Мол, вырастешь — и учись, сколько душе угодно.

Оставалось лишь догадываться, как он отнесётся к парню, едва закончившему школу, с которым его дочь ездит на машине до деревни по не самой простой дороге.

Хотя Юсупов удивительно хорошо водил. Легко и непринуждённо, достаточно аккуратно, по всем правилам. Двигатель авто мерно гудел, в салоне пахло химией и яблочным араматизатором, за окном светило солнце, вдоль набережной бегали люди в спортивных костюмах. И, уж не знаю как, я уснула. Откинулась на сидение, прикрыла глаза на мгновение и уплыла на волнах Мофея.

Проснулась уже в тот момент, когда мы съехали с асфальта на обычную глиняную дорогу, и машину безжалостно затрясло.

— О, спящая красавица очнулась, — улыбнулся Кирилл. — Слюни подбери, Светлячок, а то всё сиденье залила.

— Чего⁈ — ужаснулась я и нервно дёрнулась, стала внимательно осматривать кожаную обивку.

Юсупов заржал так громко, что практически заглушил шум двигающегося автомобиля.

— Успокойся, ничего там нет.

Как же мне хотелось научиться сжигать взглядом! Но увы. Чтоб не слушать глупости Юсупова, я потянулась к магнитоле и попыталась включить радио. По дороге до деревни оно ловило плохо, однако ехать в унылой тишине казалось настоящим наказанием.

— Эй! Моя машина — моя музыка! — возмутился Кир.

— Не отвлекайся от дороги, — ответила я и продолжила попытку настроить магнитолу. Через пару минут у меня наконец получилось поймать первую попавшуюся волну: тихий мужской бас рассказывал об одном из певцов российской эстрады, выдавал несмешные шутки и не замолкал. Кажется, музыка в этом подкасте не подразумевалась.

— Сказал же, что музыка моя! — фыркнул Юсупов и начал переключать радио на что-то другое. Но стоило ему отвлечься, как я вернула настройки обратно, и из динамиков снова полился бубнёж мужчины.

Кир бросил на меня короткий обжигающий взгляд и недовольно поджал губы.

— Слушай, Светлячок, а ты вообще уверена, что хочешь поехать домой со мной? — сухо уточнил Юсупов.

Странный вопрос. Особенно с учётом того, что мы уже проехали примерно треть пути.

— Да, почему бы и нет? — отозвалась я, делая вид, что абсолютно не испытываю никакого дискомфорта рядом с ним. — Или ты боишься моего отца?

Вопрос вызвал едва заметную судорогу на лице Кирилла, но он проигнорировал провокацию.

— Никого я не боюсь, — процедил он сквозь зубы. — Просто твой отец наверняка не очень обрадуется, что его ненаглядная дочурка прикатила в деревню… — он запнулся и выдавил, — со мной.

О да, он бы точно не обрадовался. Только стоило думать об этом немного раньше. Как минимум до того, как мы сели в чёртову машину. Нервничала ли я перед знакомством отца с Киром? Определенно. Боялась ли? Конечно. Несмотря на мирный и в целом покладистый характер папы, он мог начудить. А уж если Юсупов собирался открывать рот, то всё могло пойти совсем не по плану.

— Надеюсь, ружьё он не достанет, — буркнула тихо и отвернулась к окну.

— Чего⁈ — голос Кирилла стал тонким и высоким. — Ружьё? Ты не могла сказать об этом раньше? У тебя отец кавалеров отстреливает, что ли?

— Во-первых, никого он не отстреливает, — со вздохом пояснила я. — Это просто шутка. Такая же глупая, как и твоя про слюни. Во-вторых, ты не мой кавалер.

— Ага, объясни-ка это своему бате, — фыркнул Кирилл.

Тут он был прав. Вряд ли отец мог поверить в чистую случайность или желание помочь бедной девочке. Он во всём видел подвох.

— Ну, ты можешь вообще не отсвечивать там, — предложила я. — Закинешь меня домой, сам поедешь к себе. Я соберу цветы, упакую по мере необходимости и…

— Я не поеду домой, — выпалил вдруг Кир.

— В смысле?

Пришлось даже повернуться на сидении так, чтоб сверлить недовольным взглядом висок парня.

— В прямом, — дёрнул плечами сосед. — Тебе нужно забрать цветы, я свободен и готов помочь. Домой я не собирался.

Я открыла рот, но так и не произнесла ни слова. Они все разбежались по углам, попрятались, превратив меня в малограмотную дурёху. Оставалось лишь таращиться на Юсупова и предполагать, что же он задумал. Стал бы Кир помогать мне? Разве что его совесть запоздало проснулась, и таким образом он заглаживал передо мной вину.

— И ты будешь таскать горшки, пить чай с отцом и делать вид, что всё именно так задумано? — осторожно уточнила я.