— Пора заканчивать.

Наряду с голосом свекрови послышались и другие голоса, уже вдалеке. Зои возвращалась обратно вместе с Беккой и Клод. Юные леди шли не очень охотно, и чем дальше по коридору продвигались, тем медленнее становился их шаг, зато намного явнее — страх, с которым они взирали на призрачных воинов, гуськом протискиваясь между их стройными рядами, придерживая подолы, чтобы никого ненароком не задеть. Не знаю, как они в принципе планировали задеть бесплотных призраков, но усилия к обратному прикладывали заметно старательно.

— Всё равно не понимаю, чем мы можем помочь, — откровенно ныла между тем Клод.

Бекка ничего не говорила. Только вздрагивала каждый раз, когда где-то поблизости позвякивали призрачные доспехи. А вот Зои не ныла и не боялась. Зато теряла терпение.

— Ладно, не хочешь, заставлять не буду. Можешь вернуться. Но только возвращаться будешь сама, провожать не стану, — прокомментировала, не скрывая своего раздражения.

И если на первых двух фразах идущие перед ней испытали воодушевление, которое мигом засверкало на их лицах, то последняя фраза зарубила всё на корню. Тем более, что наряду со сказанным ряды Легиона, впустившие девушек в это крыло, сомкнулись, предусмотрительно отрезая им путь назад. А пока я наблюдала за всем этим с расстояния в целый коридор, разделяющий нас, золотистое сияние астральной проекции свекрови растворилось в воздухе, не дожидаясь непосредственного появления троицы перед дверями в дарованные мне покои.

Вернула внимание к кристаллу в своих руках.

Минерал, способный впитывать, хранить и передавать силу, окончательно потух. А я подумала, что неплохой такой магический энергетик — надо будет обзавестись новыми, желательно с добротным запасом, учитывая мои извечные обмороки от быстрого истощения. Вот и спросила:

— А откуда вы?.. — подняла голову, адресуя Элаю.

Он, как и я прежде, наблюдал за приближением юных леди. Да с такой хмурой сосредоточенностью, что показалось, он меня и вовсе не услышал. Но он услышал.

— Из личных запасов императора, — ответил капитан. — Как выяснилось, он один-единственный во дворце, кто хранит эту запрещёнку.

— З-запрещёнку? — аж заикаться начала от удивления. — В каком смысле, запрещёнку?

Молодой офицер улыбнулся. И мягко пояснил:

— Создание, хранение и применение накопителей запрещено в Гарде. Помимо того, что вызывает стойкое привыкание и зависимость, имеет множество побочных эффектов.

Всё желание узнавать подробности о накопителях у меня напрочь отпало. Хотя кое-что я всё же уточнила:

— Но императора же нет во дворце?

— Верно, — кивнул капитан, в два шага оказавшись со мной рядом, и забрал потухший минерал из моих рук.

Запрещённая в Гарде штуковина оказалась спрятана где-то под офицерским мундиром.

— А как вы тогда?.. — нахмурилась, вновь удивившись, но удивлялась я на этот раз недолго. — Вы что, залезли в личные запасы императора? — ужаснулась.

Кто ж в здравом уме грабит самого великого злюку империи?!

— А когда он вернётся, то?.. — понизила голос.

— Мы ему об этом не скажем, — повторно улыбнулся Элай.

Спросила бы больше, но девушки были уже достаточно близко, могли услышать. Да и засиделась я что-то. В смысле, на полу. Пора вставать. Чем и занялась, предварительно прислушавшись к себе, по силам ли мне такой подвиг по принятию вертикального положения.

Подвиг оказался по силам.

Но с трудностями.

То ли оттого, что слишком быстро выпрямилась, то ли оттого, что сил во мне было всё-таки маловато.

Как выпрямилась, так и пошатнулась.

Чуть обратно на пол не грохнулась!

Хорошо, капитан Леджер был рядом.

— Постарайтесь пока без резких движений, — поймал и поддержал.

Улыбнулась с благодарностью, цепляясь за мужские руки. Колени всё ещё подкашивались и отказывались держать ровно.

— Это и есть упомянутые вами побочные эффекты? — скатилась до полушёпота.

— Одно из, — кивнул капитан.

— А можно мне сразу весь список, какие ещё ожидаются?

А то ж их там вроде как множество. Недаром Элай отвечать не спешил, сперва задумался.

— Магическое опьянение в большинстве своём похоже на обычное, как от крепких напитков, только проявляется в разы быстрее и сильнее, так что всё индивидуально, — выдал по итогу.

Обречённо вздохнула. В последний раз, когда я находилась в похожем состоянии, приставила к горлу бывшей любовницы мужа кинжал, а потом выставила ему ультиматум об отсутствии всяких фавориток. Что и привело меня к нынешнему дню.

Что сказать…

Зато живая!

Живая, оказавшаяся под прицелом пристальных взглядов, наконец, дошедших до нас девушек. И если Клод и Бекка просто смотрели с откровенной растерянностью, не понимая что тут происходит, то хмурый взор Зои приковало к ладоням капитана Леджера, поддерживающего несчастную меня.

И ох, как она смотрела!

Будто на измене нас двоих поймала только что.

Хотя надо признать, недолго она так смотрела. Я лишь моргнула, а ревностное выражение исчезло с её лица.

— Тебе уже лучше? — поинтересовалась она у меня.

Я кивнула. Но не успела что-либо сказать. Пространство вдруг сжалось и завибрировало. А затем “выплюнуло” командира Тёмного легиона и… судью. Верховного. О последнем свидетельствовал массивный медальон с имперским гербом поверх парадной мантии цвета слоновой кости, расшитой золотыми нитями. Сам судья оказался высоким и статным мужчиной. Его лицо было словно высечено из мрамора: прямой нос, чётко очерченные скулы, волевой подбородок. Глубоко посаженные карие глаза смотрели пронзительно и внимательно, будто проникая в самую душу.

Несмотря на всю свою невозмутимость, мужик определённо был на стрессе. Очень уж характерно тонкие губы то и дело сжимались в строгую линию, а на переносице залегла складка.

— Ваша честь, — присела я в реверансе, чтобы как-то смягчить ситуацию, сделав её хотя бы отдалённо привычной.

Остальные девушки также последовали моему примеру. Чем и заслужили в качестве ответного приветствия величественный кивок от Верховного судьи, который, ко всем его прочим достоинствам, ещё и вежливым оказался. А на фоне всего этого:

— Разумеется, моя бедная впечатлительная девочка испугалась и призвала Легион! А кто бы на её месте не распереживался? — донеслось в отдалении голосом свекрови.

Ряды Легиона разомкнулись, впуская в коридор не только старшую леди Арвейн, но и императрицу вместе с двумя её фрейлинами.

Императрица выглядела точь-в-точь, как я запомнила —  величественная, прекрасная, окутанная аурой власти и благородства. Её платье цвета весенней сирени переливалось в тусклом свете магических светильников, а вышивка из драгоценных камней сверкала, словно звёздное небо. С такой вышивкой никакое дополнительное освещение не требовалось. Высокая причёска, украшенная диадемой с редкими голубыми сапфирами, подчёркивала безупречные черты лица.

Две фрейлины, следовавшие за императрицей, также являли собой образец придворного этикета и красоты. Обеим было давно за сорок. С благородной осанкой и седыми прядями в причёсках. Одетые в строгое платье тёмно-зелёных цветов. Их лица хранили следы былой красоты, а взгляд оставался острым и всевидящим.

В общем, с выдержкой у них было получше, чем у тех же Бекки или Клод. Не причитали, с ужасом по сторонам не озирались, лишь со сдержанным интересом слушали то, что рассказывала им моя свекровь. Свекровь, которая величественно ступала по направлению к нам на этот раз во плоти, а не в виде астральной проекции.

И когда эта женщина только всё успевает?..

Хотя вовсе не это на самом деле впечатлило меня.

Голос!

Ох, как же медово-жалостливо звучал её голос…

И это её “моя бедная впечатлительная девочка” — я даже поначалу решила, что она говорила о ком-то другом, не обо мне.

Но нет, поди ж ты!