Сиенна

— Девочка моя, ты меня слышишь? Приди в себя, Сиенна! Сейчас совсем не время терять сознание!

Лицо обожгла слабая пощёчина, и я бы возмутилась на такое самоуправство, но жест являлся скорее отчаянной попыткой помочь вернуться в реальность, чем действительно ударом. Да и голос, который меня звал, звучал ласково, хоть и с тревожными нотками. С трудом разлепив веки, я обнаружила, что мир перед глазами — множество разрозненных осколков, никак не желающие собираться воедино. Пришлось крепко зажмуриться и повторить всё с самого начала ещё несколько раз, прежде чем зрение наконец сфокусировалось в единую картинку.

— Сиенна, ты меня слышишь? Ответь мне, девочка моя, — продолжала причитать совершенно незнакомая мне женщина, решив сменить тактику по приведению меня в чувства и теперь трясла меня за плечи.

Ясные голубые глаза незнакомки смотрели с той же тревогой, что чувствовалась в её голосе, круглые щёчки выглядели слишком бледными, а светлые кудряшки растрепались и выглядывали из-под белого чепца. Её пышная фигура была затянута в ворох воздушной ткани с множеством оборок, отчего женщина казалась ещё больше, чем было на самом деле. Мы обе полусидели-полулежали на деревянном полу посреди просторной спальни, чьим главным достоянием являлась королевских размеров кровать с четырьмя колоннами и бледно-розовым балдахином. Неподалёку стояло кресло с высокой спинкой, а рядом стол. За высокими витражными окнами бушевала гроза, в стёкла то и дело хлестали ветки деревьев. Я отстранённо отметила всю окружающую обстановку вместе с мыслью о том, что это всё должно быть из-за новых транквилизаторов, раз уж снится теперь и такое. Осознанные сны для меня были в новинку, но ничем иным и не объяснить, как я из больничной палаты, где прожила последнюю неделю, попала сюда.

— А что?.. — прочистив саднящее горло, выдавила я из себя.

Но и только. Всё, что я собиралась узнать дальше, я проглотила, вздрогнув одновременно с прозвучавшим раскатом грома снаружи, когда вместе с ним посреди спальни материализовался бесплотный дух, мерцающий синеватым потусторонним светом. Дух был определённо мужского пола. В седовласом возрасте. И во фраке.

А я аж язык прикусила с перепугу от неожиданности!

— Они слишком сильны и настойчивы, миледи. Не уверен в том, как долго ещё смогу им противостоять, — сдержанно поклонился бесплотный дух… мне?

Да, кажется именно так всё и обстояло.

— Они? — переспросила я растерянно.

За окнами особенно ярко вспыхнули молнии, после чего грянул новый раскат грома, а стены дома содрогнулись. Нет, не просто содрогнулись.

Кто-то будто по всему дому разом ударил!

Должно быть, те самые они…

— Кайо, продержись, сколько ещё сможешь. Я тебя очень прошу, продержись. Нам нужно больше времени, — взмолилась светловолосая женщина.

Нет, не просто женщина. Нянюшка. Моя. Это осознание пришло откуда-то из глубины разума, как само собой разумеющееся, словно я всю жизнь это знала. Как и то, что меня в самом деле зовут Сиенна, а не Елена по батюшке Евгеньевна, как прежде, если быть точнее — Сиенна Анабель Рэйес, и комната, в которой мы находились сейчас — моя спальня. Дух Хранитель отчего дома тоже был мне превосходно знаком, он ведь заботился о нашей семье задолго до моего рождения. А ещё, судя по всему, я вовсе не спала. Слишком уж реалистичным всё ощущалось. По крайней мере, шею ломило очень натурально.

Что происходит?! Где я?! Откуда это всё взялось?!

Спросила бы об этом не только саму себя, но возможности не осталось. Нянюшка вновь встряхнула меня за плечи, на этот раз с такой силой, что впору позавидовать её крепким рукам.

— Сиенна, ты должна вызвать его светлость. Используй вызов по крови. Мы не сумеем сами добраться до него, ты же это понимаешь? — обратилась она ко мне.

Я кивнула скорее машинально, нежели потому, что полностью разделяла её точку зрения. И немного зависла, когда по плечам и груди рассыпались длинные блестящие как смоль тёмные волосы. Я же каждый месяц относила своему мастеру приличную сумму денег, чтоб мои локоны надёжно сохраняли холодный платиновый блонд. А тут… Но зато никаких синяков на руках от многочисленных капельниц больше не было, и это однозначно плюс!

— Сиенна? — нетерпеливо позвала нянюшка.

Инструкция к тому, чего она от меня ждала, пришла из глубин разума так же, как мне стали известны факты чужой жизни, которая, кажется, теперь была и моя. Тело по крайней мере — точно. Как так вышло? Решила обдумать потом. Стены дома вновь жутко содрогнулись от удара, а в некоторых местах и вовсе зазмеились трещины, и это явно являлось сейчас самой первостепенной проблемой.

— Да, нянюшка, я сейчас, — отозвалась я уже вслух.

И сама себе поразилась, с какой лёгкостью сорвались эти слова, пока я подскакивала на ноги в поисках столь нужной иглы. Игла нашлась в одном из верхних ящиков комода. Требовалась всего капля крови и медальон, висящий у меня на шее, который сперва пришлось вытащить из-под плотного тёмного ворота кружевного платья, а затем раскрыть.

— Кровь от крови моей. Взываю к тебе, — сорвалось с губ едва слышно, пока я прикладывала проколотый палец к медальону, который окружило золотистое сияние.

Не была уверена в том, всё ли правильно делала. И да, из-за своей неопытности не учла тот факт, что в итоге я опять рухну на пол, больно ударившись головой, когда вызов по крови будет установлен, а я отключусь от реальности.

Такой себе магический аналог мессенджера, в общем!

Мир вокруг исчез. Пришла кромешная тьма. Она наступала со всех сторон до тех пор, пока вокруг меня не остался лишь жалкий клочок золотистого света. Ещё один точно такой же световой круг вспыхнул вместе с появлением в нём мужчины по виду втрое старше меня. На нём был костюм из тёмно-синего бархата, расшитый золотыми нитями в лучших традициях викторианских герцогов, а на нагрудном кармане блестела внушительная брошь в виде герба. Горло прикрывал снежно-белый шёлковый платок.  Глубокие карие глаза, окружённые морщинками, видели будто насквозь, смотрели проницательно и строго, но всё равно казались интуитивно родными, и я невольно ответила на его улыбку при виде меня такой же тёплой улыбкой, хотя и абсолютно не знала этого человека.

Зато он знал и помнил меня преотлично!

Вернее, ту, в чьём теле я оказалась.

Да и объяснять ему ничего не пришлось. Он каким-то образом и сам уже обо всём был в курсе. И даже больше.

— Сиенна, я знаю, что ты сейчас хочешь многое мне рассказать, но у нас нет на это времени. Послушай меня внимательно. И запомни, — строгим назидательным тоном сообщил он. — Возьми деньги и документы из сейфа. Столько, сколько поместится в потайной карман платья, лишнего не бери, чтобы не было в тягость. Вещи тоже не бери. Оденься потеплее. В том же сейфе хранится ампула с чёрной кровью. Обязательно возьми её с собой, когда покинешь дом. Отправляйся прямиком в монастырь Пресвятой Магдалины. Сёстры спрячут тебя от кронпринца. Дождись, когда я приду за тобой. Если не смогу появиться до следующего заката, воспользуйся ампулой. Всё поняла?

— Э-ээ… — окончательно растерялась я.

В общем-то, если провести аналогию с вызовом по крови, по которому мы сейчас общались, что именно делать с ампулой, я и сама могла догадаться. Но ничто из того не объясняло, чья это кровь, и как именно тот или та, кому она принадлежит, относится ко всему, что происходило со мной сейчас. Благо, уточнять и не пришлось. Одного моего растерянного вида вполне хватило, чтобы собеседник сам же продолжил:

— Если я не приду, адмирал Аэдан Каин Арвейн — единственный, кто сможет тебе помочь. Когда-то он дал мне слово и не нарушит его, будь в этом уверена. Ты можешь ему доверять. Больше никому, Сиенна. Только ему. Влияние кронпринца слишком велико, чтобы кто-либо ещё рискнул своей жизнью, пойдя против него. Ты меня поняла?