— Легко и просто. Позовём маму!

— Нет! — мой громкий, полный возмущения и категоричности голос разнёсся по всему коридору.

Хорошо, обитатели дворца до сих пор прятались в ужасе от призванного мной Тёмного легиона, и ни одна посторонняя душа его не услышала. Плохо, что ему вторил более тихий, но такой же непреклонный, принадлежащий младшей сестре моего мужа:

— Да, Сиенна. И ты тоже должна понимать, что в данной ситуации я права, — заявила она.

Смотрела при этом на меня с толикой лёгкого осуждения за проявленную трусость. Но если и рассчитывала тем самым пристыдить, не тут-то было.

— Нет, Зои. Ты не права. Ни за что. Мы ни за что не будем звать твою маму, — возмутилась я по-новой. — Кого угодно, да хоть самого кронпринца Арденны, чтоб он спалил тут весь дворец, но только не её, — закончила в сердцах. 

Ещё бы младшую Арвейн это проняло!

— Но именно она — единственная, кто в данной ситуации способен реально помочь. К тому же она не только моя мама. Ты с некоторых пор тоже Арвейн, — противопоставила Зои. 

Не знаю, каким чудом я сумела удержать лицо и не скривиться. То ли от неприязни. То ли от смеха. Очевидно, ко мне планомерно подкрадывалась самая настоящая истерика.

Ну а вслух:

— Но это ничуть не прибавляет ей любви ко мне. Это ты видишь в ней в первую очередь маму. А меня она ненавидит. И с удовольствием присоединится к… — тут я громкость убавила, покосившись на офицеров моего адмирала, вспомнив, что мы не одни, — присоединится к баронессе Райхштадт, только бы избавиться от меня, — закончила уже тихим шипением.

Офицеры между тем благородно и стойко делали вид, что их нет, они вообще ничего не слышат. Даже к окнам отвернулись, заложив руки за спину, как если бы сквозь витражи реально можно было бы что-нибудь рассмотреть. Мне бы их невозмутимость. Она непременно пригодилась бы, когда я услышала встречно:

— Ты преувеличиваешь, — в очередной раз не согласилась со мной Зои. — Тем более, речь идёт не только о тебе, но и о репутации всего рода Арвейн. И это то, что для неё намного важнее, чем желание насолить тебе за брак с Аэданом.

 — Ничего я не преувеличиваю. Это ты преуменьшаешь, — не согласилась и я, с самым хмурым видом складывая руки на груди.

Мы стояли и препирались с ней уже минут десять — не меньше, повтор диалога пошёл на девятый или даже двенадцатый круг, но ни к чему путному мы так и не пришли. И не одна я, к сожалению, в об этом подумала. Зои тоже. Отвечать на моё высказывание ничего не стала. Зато заметила: 

— У тебя есть какие-то другие варианты?

Хороший вопрос!

Ответ на который требовал тщательных раздумий, желательно в одиночестве и тишине. Вот только остаться одной мне в ближайшее время совершенно точно не светило, да и времени оставалось всё меньше и меньше. Император мог вернуться во дворец в любой момент, и это последнее, о чём хотелось бы сейчас вспоминать. К тому же, Зои тоже терпением не отличалась:

— Например? — выгнула бровь, подталкивая меня к решению.

Решение у меня, конечно же, само по себе в один миг не возникло. И это нервировало ничуть не меньше всего остального. 

— Может, просто избавимся от них? — продолжила давить младшая леди Арвейн. — Ты ведь для этого Тёмный легион призвала? Применить силу, — сама спросила, сама же ответила. — Прикончишь десять лордов и леди, чтобы не опозорить перед Его величеством нашу семью и не опозориться самой? — озвучила уже риторически, сразу продолжила: — Я была о тебе лучшего мнения.

— И вовсе их не десять, лорд Грейстоун скорее всего уже и так мёртв, — вздохнула я уныло, покосившись на Левого и Правого.

Офицеры тоже на них посмотрели. В отличие от меня, с явным одобрением. А капитан Леджер и вовсе добавил:

— Всегда можно просто сбросить их в море, — намекнул на то, что моё непосредственное участие вовсе не требуется.  

— Открытое, — подхватил следом стоящий по левую руку от него офицер. 

Поскольку в открытом море ни одно тело уже точно не найдут, уточнение имело смысл. Вернее, имело бы. Если бы я согласилась.

— Или можем просто дождаться возвращения Аэдана, — вздохнула повторно, приложив пальцы к вискам, слегка надавив. 

Что-то голова разболелась…

Особенно остро после последующего:

— Император прибудет вместе с ним, — напомнила Зои. — С таким же успехом можем просто открыть двери и выпустить всех, пусть распускают сплетни, как и собирались, — съехидничала.

— Ваших жизненных сил не хватит на столь длительный период, — напомнил ещё один офицер. 

— Легион и не нужен. Мы на что? — тоже напомнил, и всё таким же мрачным тоном, Элай.

— В самом деле собираетесь вступить в открытую конфронтацию с девятью аристократами? — как мысли мои прочитала младшая леди Арвейн, хотя вряд ли я в своей голове звучала настолько язвительно. — Если судить по той же баронессе, злопамятными, коварными и мстительными, к тому же. 

— А маму твою, значит, не жалко? — невольно усмехнулась я.

И не я одна, когда Зои ответила:

— Куда им до неё. 

Что сказать…

— Справедливо.

На это девушка ничего не ответила. Только закатила глаза.

— Всё, зовём маму. Всю ответственность я беру на себя. Обещаю, ничего плохого не случится, — заключила в итоге. 

Если бы в этот момент мой приступ головной боли не усилился, я бы наверное, и на этот раз нашла, что возразить. Но он усилился. А я промолчала. Только надавила пальцами на виски посильней. Что все присутствующие сочли капитуляцией.

— Нужно послать весть, — хмуро произнёс капитан Леджер, обратившись к тому офицеру, который про открытое море говорил.

Тот кивнул. Хотя покинуть нас не успел. Зои добавила: 

— Просто найдите любую служанку из местной обслуги и передайте ей, что нам нужна леди Эсма. Вопрос жизни и смерти.

Мужчина в синем мундире снова кивнул, принимая информацию к сведению. Но то он.

— Вопрос жизни и смерти? — скептически хмыкнул Элай.

— Любую служанку из местной обслуги? — ошалела я.

И ошалела ещё больше, когда ответом мне стало:

— Основным критериям к отбору по найму обслуги служит отсутствие личных привязанностей, способствующее готовности служить в любое время суток, поэтому воспитанницы из сиротских приютов превосходные кандидатуры. И так уж вышло, что эти приюты построены благотворительным фондом нашей семьи.

Вездесущность моей свекрови только что обрела новые, гораздо более пугающие масштабы!.. 

Отправленный донести весть офицер ушёл выполнять своё поручение. Я же тихо шалела и обречённо проникалась своим новым, совершенно удручающим открытием. А Зои добавила, но уже не для меня, отвечая на вопрос капитана Леджера:

— Так будет быстрее. Мы же не хотим окончательно застрять здесь, если мама сейчас находится, к примеру, на другом конце Градиньяна?

Мужчина кивнул, признавая её правоту. Все умолкли. А пока мы ждали возвращения покинувшего нас офицера, я всё больше погружалась в тревожные мысли. Всё бы ничего, но голова кружилась сильнее, а слабость накатывала волнами, словно прибой у берега. Тёмный легион по-прежнему стоял неподвижной стеной перед дверями в мои новые покои (будь они прокляты!), и каждый раз, когда я бросала взгляд на призрачных воинов, их доспехи зловеще поблескивали в тусклом свете магических ламп. А может это всё мне казалось на фоне эмоционального переизбытка и истощения сил. В любом случае, я потеряла времени счёт. Вернулась к реальности лишь после того, как капитан Леджер заметил:

— Я правильно понял, не только вторгнувшийся в ваши дворцовые покои лорд Грейстоун, но и другие, прибывшие вместе с баронессой лорды, появились в этой части дворца также до того, как вы призвали Тёмный легион? — посмотрел на меня. 

— Угу, — подтвердила я уныло.

— Они что, тоже кастра… э-ээ… лакеи? — заинтересовался ещё один из офицеров моего адмирала.