На сцене появились девушки.

Их наряды больше напоминали театральные костюмы: блестящие корсеты, высокие каблуки, перья и сверкающие украшения.

Они двигались синхронно, в целом красиво.

Я попыталась сосредоточиться на их танце, чтобы отвлечься от окружающей обстановки, но девушки постепенно начали снимать детали костюмов, делая это так, что это выглядело скорее эстетично, чем вульгарно.

— Как тебе? — спросил Костя, глядя на меня с бокалом в руке.

— Не по душе, — ответила я сухо, не отрывая взгляда от сцены. — Но выглядит… красиво.

Он усмехнулся, его взгляд скользнул по залу.

— Тут всё красиво, Наташа. Просто нужно расслабиться и позволить себе немного свободы.

Я резко повернулась к нему.

— Свободы? Ты о той же свободе, что и раньше?

Костя промолчал, его улыбка стала чуть жёстче.

Вокруг люди начали двигаться ближе к сцене, кто-то улыбался, кто-то хлопал.

Атмосфера постепенно накалялась.

На диванах вдоль стен начали происходить более откровенные сцены: кто-то целовался, кто-то сидел в полуобнажённом виде, обнимаясь с двумя партнёрами сразу.

Мой взгляд случайно упал на угол зала.

Там двое мужчин склонялись над женщиной в белом платье. Они медленно и уверенно снимали с неё ткань, будто это была обыденность.

А это обыденность.

Женщина, казалось, наслаждалась этим вниманием, заливалась смехом, пока они стягивали с нее и белье.

Один из них бородатый прильнул к ее груди. Обвел рукой край соска и дальше сполз прямо к паху. Задрал ее платье и силой раздвинул ноги. Белое белье. Но оно ей уже не нужно.

Пальцы другого мужчины уже погружались в ее промежность, пока губы ласкали шею.

Она извивалась, постанывала да так громко, что было слышно даже мне. От сюда.

Я отвернулась, чувствуя, как внутри поднимается отвращение.

Это неправильно для меня. Для меня секс — это личное.

— Тебе здесь явно не нравится, — заметил Костя, отпивая шампанское.

— Удивительно, что ты заметил, — ответила я, скрестив руки на груди.

Он наклонился ближе, его тон стал чуть тише.

— Наташа, ты же понимаешь, что всё это не ради нас? Это ради... ощущения.

— Ощущения чего? — спросила я, глядя ему прямо в глаза.

— Свободы.

Снова эта шарманка. Свободные отношения, свобода. А где эта его свобода? Где она? Ну да, скоро будет, когда останется ни с чем. Хотела бы я посмотреть в его глаза. И посмотрю. Обязательно.

Я вздохнула, снова переводя взгляд на сцену, где девушки уже танцевали в минимальном белье, их движения становились всё более откровенными.

Гости, кажется, забыли обо всём, погрузившись в атмосферу вечеринки.

Я же стояла посреди этого хаоса, чувствуя, как внутри разрастается пропасть.

Это место никогда не станет моим. Эти люди, их желания, их понятие "свободы" были для меня чем-то чужим, далеким и, главное, ненужным.

— Это не свобода, Костя, — наконец сказала я, глядя на сцену. — Это пустота.

— Уверена, — он подал руку девушке, которая стояла недалеко, и та ее принята. Красный браслет и блеск в их глазах, — я вот нет.

Наталья

Я стояла как приклеенная к полу и наблюдала.

Екнуло в груди, когда он расстегнул рубашку, оголил свои едва виднейшие кубики и покрытую легким пушком грудь. Распахнул ее демонстративно и развалился на диване.

Меня аж перекорежило.

Я не знала куда деть себя, но видела как руки с новым маникюром скользят по его груди.

Девушка садится на пол на колени и оборачивается на меня.

Подмигивает и расстегивает его ширинку с треском. Он стягивает брюки и припускает их и я вижу как в его трусах уже стоит его член.

Стою, завороженная и в шоке, что это все правда происходит. До последнего думала, что мы просто посмотрим на стриптиз и уйдем. Нет, Наташа.

Раз жизнь тебя ничему не учит, смотри на это.

Трусы тоже спускаются. Девушка прикладывает голову к его правому бедру, пока он рукой погружается в ее волосы.

Она обхватывает пальцами его член, сжимает и проводит сверху вниз.

Костя натягивает ее волосы сильнее, а после поднимает лицо и плюет в него.

Я сейчас окончательно дар речи потеряла, ну думала так, пока Лера не подошла сзади и не обхватила его лицо руками. Михалыч стягивал с жены платье пока он проводила красной помадой и красными ногтями по шее моего мужа.

Ее сладкие поцелуи, причмокивания были слышно несомтря на музыку.

Лера прикусила мочку его уха, а другая девушка облизнула член. Плавно провела языком и заглотнула его в себя.

Костя издал тихий стон наслаждения и перевел взгляд на меня.

Довольный, счастливый, удовлетворенный.

А моя в груди стала размером с какую-нибудь планету.

Грязь. Разврат. Похоть.

А дальше мой муж целует жену своего лучшего друга, да так жадно и страстно, елозит языком по ее рту и губам, прикусывает их и стонет.

Он никогда так мне не стонал. Никогда не держал меня так за волосы, как эту девушку, которая уже набирает темп в минете.

Лера садится рядом с Костей уже голая и он не раздумывая прильнул к ее груди. Облизал ее соски и прикусил их страстно. Она простонала, выгибая спину и подставляя свою задницу мужу. Алберт уже был раздет. Я приподняла от удивления глаза.

Порно в прямом эфире. Прямо передо мной.

Михалыч смазал член слюной и вошел в свою жену, пока та присоединилась к девушке, которая сосет член Кости.

Между ними страсть.

Думала я, пока Костя не оттянул волосы первой девушки, заставив ее отвлечься и ударил ее по лицу.

Я сделала шаг назад и уперлась в стену. Ахнула и прикрыла рот рукой.

— Мы договорились милая, не ахай. Этот мир открылся и я думаю тебе понравилось бы такое доминирование.

В тебе все это время спал садист, Костя. А я даже и не знала...

Новый шлепок и девушка пищит, но улыбается. Губа уже разбита и она снова прислоняется к ноге Кости щекой, чтобы попросить добавки. Он гладит ее по волосам и сжимает после ее щеки с бешеной силой.

Лера же стонет от толчков своего мужа и облизывает пах моего.

— Присоединишься или так и будешь стоять? — регкий голос его вырызвает из мыслей.

Я промолчала. Сглотнула скопившуюся в горле слюну и просто развернувшись направилась на выход.

Нет.

Никогда.

Ни за что.

Он что-то кричит мне вслед, но мне уже все равно. Мое сердце камень и после того, что увидела я наверное больше никогда не смогу доверять мужчинам. Все они похабные, грязные извращенцы, которые только и жаждут... Такого.

Темные коридоры, тела, которые сношались по углам, на подоконниках и где только можно. Стоны, крики наслаждения, возгласы удовольствия.

И я, почти единственная одетая, шла просто среди этой толпы извращенцев.

Вот вижу дверь и ускоряю шаг так, что каблуки стучат по полу сильнее и громче.

Почти бегу, но в пределах разумного.

Бежать. Бежать. Только бежать, Наташа.

Если все последует плану, значит его накажут за это сегодня.

Боже, я вновь почувствовала боль. Тянущую, ноющую и просто выбивающиею из колеи моей уверенности, которая была еще пол часа назад.

У двери стояло двое охранников. Мне нужно забрать телефон.

Я последовала к ним.

— Здравствуйте, хочу забрать телефон и уйти.

А они словно меня не слышали. Я насторожилась.

— Мужчины, я хочу уйти.

Как истуканы стоят и словно не реагируют на мои слова.

Стало совсем не по себе. Мне что, быть здесь пока не закончится это все мега-шоу? Не понимаю ничего.

— Ау! — я помахала перед ними рукой.

— Вас приказано не выпускать. Возвращайтесь на свое место, — прорычал один из них. Лысый такой.

— Вы что, с ума все посходили? Что значит не выпускать?

Я уже почти кричала. Злость накрыла с головой. Неимоверно.

— Что это за чушь? Кто посмел! — я сделала шаг почти вплотную к ним, но охрана на меня вообще никак не реагировала.