— Ммм, сладкая… — шепчет мне в губы, аккуратно убирая крошку с моего лицо. — Беги скорее на занятия.

— А ты, пока я буду учиться, чем будешь заниматься?

— Ну как чем? — притворно удивляется. — Спать конечно. Я же не высыпаюсь по утрам из-за одной очень талантливой пианистки.

Поджимаю губы и смотрю на него исподлобья, пытаясь понять шутит он сейчас или нет.

— У меня в двенадцать консультация, — уже серьезно говорит Остап, видимо прочитав всё на моём лице.

— Ты не говорил, что у тебя есть клиенты, — хмурюсь.

— Ну, своего любимого клиента я потерял, — вздыхает, прикладывая руку к груди. — Теперь приходится изворачиваться.

— Не смешно, — бурчу, складывая руки на груди.

— Смешно, — улыбается. — Это просто работа и ничего больше. Тебе не стоит переживать.

— Я не переживаю. Просто ты не говорил.

И я не вру. Я действительно не ревную Остапа к его клиентам, я уверена в нём, он не даёт повода сомневаться. Но маленькие крошки того, какой я была раньше, всё равно пытаются пробить почву моего самоощущения. И когда это происходит. Я всеми силами не позволяю им этого, стараясь всё сразу же обговаривать с Остапом. Ведь диалог и доверие — основа здоровых отношений.

— У меня сегодня первый сеанс. Не сказал, потому что просто забыл, — пожимает плечами. — Когда мы оказываемся вдвоём, обычно мы не обсуждаем работу или учебу, — хитро улыбается.

— Ну да, ты прав, — смущенно отвечаю. Действительно, мы всегда находим более интересные занятия. — Хорошего дня.

— И тебе. Я заберу тебя после занятий.

Оставляю на его щеке быстрый поцелуй и покидаю уютный салон, торопясь в корпус. Мы так увлеклись, что теперь я опаздываю.

Залетаю в аудиторию со звонком и, расправив плечи, иду к своему месту. Сейчас я мало с кем общаюсь из своей группы, да и не сказать, что это прям близкое или дружеское общение. Бывшие подружки шепчутся о том, что я зазвездилась. Реагирую на такие сплетни улыбкой. Они могут говорить, что хотят — это их право. Теперь чужие слова меня не ранят.

На предпоследней паре меня вызывают в деканат. Причину не сообщают, но просят срочно подойди. Собираю вещи в сумку и иду к выходу из аудитории. Слышу за спиной шепот, закатываю глаза: сейчас напридумывают и разовьют из этого целую легенду.

Секретарь меня уже ждёт и как только я появляюсь в дверях приёмной, сразу же ведёт в кабинет. Декан в кабинете не один. Сидит в своём массивном кресле, сложив руки, а напротив него я замечаю мужчину в дорогой строгой классике и эффектную брюнетку в элегантном брючном костюме молочного цвета.

— А вот и наша Теона, — радостно говорит декан.

— Добрый день, — немного смущенно произношу, абсолютно не понимая, что здесь происходит.

— Проходи, присаживайся, — указывает рукой на стул, стоящий у стены. — Ждём только тебя.

Усаживаюсь на предложенное место, внимательно глядя на назнакомцев, показывая своим видом, что готова слушать.

— Добрый день, Теона, — приветливо начинает женщина. — Мы Елисеевы Людмила Михайловна и Леонид Станиславович.

— Очень приятно, — бормочу в ответ, хотя эти имена мне ни о чём не говорят.

Если честно, вся эта ситуация вызывает во мне небольшую тревогу: вызов в деканат, какие-то незнакомцы… Но, если не ошибаюсь, я не сделала ничего из того, за что могут сделать выговор. Чувствую, как начинают потеть ладошки.

— Мы владельцы частного музыкального коллектива. Что-то типа небольшого оркестра, — продолжает Людмила Михайловна с улыбкой. — И мы очень хотим предложить тебе место у нас.

От услышанного из груди вырывается неконтролируемый вздох. Что она только что сказала? Место в их коллективе? Сижу в шоке, не зная, что ответить. Все слова будто разом вылетели из головы. Меня охватывает таким количеством чувств, что всё кажется сном.

В голове за секунду проносится рой мысль. Но ведь я не ослышалась, мне действительно предложили работу? Да и какую!

— Наш коллектив выступает с концертами по всей стране. И даже выезжает по приглашению в некоторые страны Европы. Правда наша студия находится в Питере.

Внимательно слушаю всё, что рассказывает Людмила, но на словах о Питере немного хмурюсь. Готова ли я уехать в другой город?

— Мы заключаем с музыкантом стандартный договор, сроком действия на один год, — подключается к разговору Леонид Станиславович. — Который при обоюдном желании сторон, в дальнейшем можно продлить.

— А как же учёба? — озадачено спрашиваю.

— Об этом не переживай, — говорит декан. — Ты всегда можешь приезжать на сессию, или взять академический отпуск. На крайний случай, конечно, ты можешь перевестись в местный ВУЗ, хоть и не хочется терять своего студента.

— Можно подумать? — нерешительно спрашиваю.

Для многих это невероятная возможность, за которую они бы без раздумий ухватились. Это и потрясающий шанс для меня. Но такие решения не принимаются сие секундно. Мне нужно понять, чего действительно я хочу.

— Конечно, но ответ нужно будет дать до конца этой недели, — отвечает Людмила Михайловна. — Возьми мою визитку. Сообщи мне о своём решении, независимо от того, каким оно будет.

— Да, хорошо, — произношу растерянно, аккуратно поглаживая кончиками пальцев шероховатую поверхность бумаги.

— Можешь возвращаться на занятия, — подытоживает разговор декан.

— До свидания.

В аудиторию захожу погруженная в свои мысли. Меня распирает от радости, так хочется принять это предложение, но вместе с этим меня охватывает страх.

Если я соглашусь, то уеду от Остапа… Переехать в другой город сейчас, когда мы только начали встречаться, означает поставить точку? Отношения на два, а то и три города нереальны. Может мне и не так сильно нужна эта работа? Это же не единственный музыкальный коллектив в стране. К тому же, видимо, не очень популярный, раз я о них ничего не слышала.

До конца пар нахожусь в прострации. Сейчас я нахожусь в аудитории, но мои мысли далеки от занятий. Всё время до конца учебного дня взвешиваю все «за» и «против». Перспективы, которые откроются для меня вместе с шансом, что буквально свалился мне на голову, и вместе с этим то, от чего мне придется отказаться.

В голове нет чёткого решения, нет ответа как поступить и от этого внутри меня творится настоящий хаос.

— Чего грустишь? — раздается сбоку голос бывшей подруги.

— Да нашу Ти отчислили. Такая жалость, — подхватывает другая. В голосе нет абсолютно никакой жалости, только желчь и яд, которые она даже не пытается скрыть.

— В ваших мечтах, девочки, — едко усмехаюсь, выходя из аудитории.

Выхожу на крыльцо ВУЗа, замечая машину Остапа на привычном месте. Сам он смотрит на меня через лобовое стекло, улыбаясь. Набирают воздух в легкие, выдыхаю, и перехватив удобнее сумку, иду к нему.

— Привет, — быстро здороваюсь с парнем.

— Виделись вроде, — усмехается он, а затем наклоняет голову набок, чтобы лучше меня рассмотреть. — Тео, что случилось?

Не понимаю, это я, словно открытая книга для всех или Остап так хорошо знает меня, что считывает все эмоции только по одному взгляду. Снова начинаю волноваться. Пару мгновений обдумываю как рассказать, а потом выпаливаю самое основное:

— Мне предложили работу.

— Куда же тебя пригласили работать, что у тебя такое траурное настроение? — хмурится Остап.

— В музыкальный коллектив. Частный оркестр, — поднимаю на него глаза.

— Так это же круто, — искренне улыбаясь, произносит. — Разве нет?

— Мне придется переехать в Питер, — озвучиваю то, что гложет меня больше всего. — И ездить с гастролями по стране, может даже по Европе.

Остап улыбается, но я вижу искреннее замешательство на его лице. Он не понимает, что меня так выбивает из равновесия.

— Это же прекрасный шанс для любого музыканта. Не уверен, что к вам каждый день приходят с такими предложениями. Они кого-то ещё пригласили?

— Не знаю, — снова опускаю глаза. — В деканате была только я.

— Вот видишь, — он аккуратно касается моего лица, приподнимая его за подбородок. — Этот шанс выпал именно тебе.