— Значит точно к психологу.

Больше я не разговаривала с таксистом и до конца поездки просто его слышала. Неужели он прав и мне нужна помощь специалиста? Моих мозгов недостаточно чтобы разобраться в себе? Нужен посторонний человек?

Прощаюсь с водителем и тороплюсь в дом, закрываю дверь на ключ, бросаю свою связку в вазу и двери и скинув обувь иду а себе. В доме тихо и стоит полумрак. Эта обстановка давит на меня, хочется где-то спрятаться. Поднимаюсь по лестнице и рассматриваю фото, что висят на стене. Их много и все они запечатлели самые яркие моменты жизни моей семьи. Есть даже день когда мне подарили пианино. У той маленькой девочки на фото такой дикий восторг, какой бывает когда дарят крутую куклу или дорогой планшет.

Где эта девочка сейчас? Почему она пропала? Оставила меня навсегда или есть ещё шанс её вернуть? Снимаю снимок и поднимаюсь с ним к себе в комнату. Ставлю рамку на пианино, скидываю куртку на кровать и подняв крышку инструмента, усаживаюсь за него.

Пальцы осторожно нажимают на клавиши. Сначала белые, потом черные, от каждого удара по ним вырываются звуки, но они механические, без души и меня не дергает от восторга. Вообще ничего. На клавиши падает слеза, сама не заметила как опять начала плакать. Я так хочу вернуть то чувство эйфории, которое просыпалось во мне раньше, каждый раз когда садилась играть. Мне не нужно было есть или пить, весь мой мир сводился к пальцам, что перебирала клавиши, а уши ласкала музыка.

Всхлипываю всё сильнее, моя очередная истерика набирает обороты, ещё немного и начну кричать. Вскакиваю и с психом захлопываю крышку пианино, вкладывая в это всю свою злость. Рамка, которую принесла летит на пол и разбивается. Присаживаюсь рядом и продолжая плакать, собираю стекло. Стараюсь делать это аккуратно, но звук резко захлопнувшейся входной двери заставляет вздрогнуть. Непроизвольно сжала руку, в которой уже были стекляшки, и вскрикнула: стекло вонзилось в кожу.

Раскрыла ладони, кусочки стекла посыпались на пол, но некоторые совсем маленькие , остались торчать в некоторых местах. Морщась от боли, принялась из вытаскивать. Порезы, которые сначала были лишь легкими линиями начали кровоточить. Попыталась снова собрать осколки, теперь не отвлекаясь от своего занятия. Складывала стекло в порезанную руку, которая к слову, стала выглядеть хуже — из ран начала течь кровь. Нужно срочно обработать их. Начала быстрее собирать кусочки стекла, как дверь в мою комнату открылась и послышался испуганный возглас сестры:

— Ты порезала себе пальцы?

Подняла на неё удивленный взгляд, но ничего не успела ей ответить. Вероника словно разъяренная львица подлетела ко мне, ударила по ладони и всё что я успела собрать посыпалось и а пол. А затем она схватила меня за мою кофту и начала орать мне в лицо:

— Ты что совсем больная? Может ещё в окно выйдешь?

— Да случайно порезалась когда стекло собирала, не планировала я себе вредить.

Но сестра меня не слышала. Поднялась на ноги и выбежала из комнаты, вернулась с аптечной и взяв мою руку начала её обрабатывать. А потом собрав стекло и аптечку, вышла из комнаты. Направилась за ней и услышала что она кому-то звонит:

— Я согласна, когда сможешь начать?

Остап

Звонок Вероники удивил меня, ведь с момента нашего разговора прошло всего пару часов. Что же заставило её так быстро и резко изменить своё мнение? Когда могу приступить? Да хоть сейчас, но я сказал: “послезавтра”. Почему? Мне просто нужно время для себя.

Я уже сейчас точно знаю что с Тео будет трудно, в разы тяжелее чем с Викой. Хотя их нельзя сравнивать. Моя сестра боец, скорее всего такой родилась, Теона принцесса. И это не обидное прозвище, а констатация факта. Она слишком хрупкая как внешне, так и эмоционально, какая-то тонкая, полупрозрачная и невесомая. Не знаю как вообще можно причинять такой как она боль.

После университета я направился в спортзал, мне нужно размяться и расслабиться. В квартире у меня висит груша, по утрам хожу на пробежку, но сейчас мне нужен бассейн.

Быстро оформляю абонемент, переодеваюсь и иду в бассейн. Удивительно, но несмотря на то что сейчас разгар рабочего, здесь многолюдно. Выбираю себе самую дальнюю дорожку и опускаюсь в воду.

Пока я рассекаю своим телом воду, мысли в моей голове приходят в норму. Мне нужно обнулиться и подготовиться.

В бассейне провожу несколько часов. Плаваю до ломоты в мышцах, а потом довольный еду домой.

Два дня пролетают быстро. Я трачу их в основном на чтение. Но читаю не свою любимую психологию, а женские романы. Точнее романы о героях абьюзерах. Как оказалось их сейчас великое множество: властный герой, грубый герой с тяжелым характером и прочая подобная муть. И в каждой из них хрупкая, нежная героиня растопила сердце чудовища.

У меня сложилось впечатление, что Тео начиталась подобной литературы и решила, что и она сможет приручить монстра. И пока она поглаживала его за ушком и считала, что приручила его, он питался её жизненной силой и отбирал силу воли.

Заканчиваю читать очередной эпой о влюбленном монстре и выхожу из приложения. Смотрю на время — пора выдвигаться. Сегодня тот самый день, когда я с легкой руки Вероники, стану личным психологом для её сестры.

Тори я не посвящаю в подробности личной жизни, но это временно: моей сестре сейчас есть о чём и о ком думать. Я ухожу из дома тихо, не привлекая к себе внимания. Хотя Вика и не будет лезть ко мне с расспросами, она уважает личные границы.

До дома сестёр доезжаю быстро, на улице меня ждёт Вероника. Думаю нам стоит поговорить наедине, пока Тео не в курсе, что я уже здесь.

— Добрый день, Вероника, — здороваюсь с девушкой.

— Здравствуй, Остап.

Она подходит ко мне и бросив быстрый взгляд на дом, начинает тихо говорить. Вероника боится что Тео может нас услышать. Девушка напряжена и видно что ей неуютно.

— Я всё ещё думаю, что привлечь тебя было глупой затеей, но сейчас у меня совсем нет никакого выбора.

— И что же такого произошло, что ты решила принять моё предложение?

— Она порезала пальцы. Хотя убеждает меня, что сделала это случайно.

— Не думала что это может быть правдой? — вздернул бровь.

— Нет. Не думаю. И теперь ещё больше уверена, что поступаю глупо, доверяя тебе.

— Знаешь, слышать такое довольно обидно. Хорошо, что я не особо впечатлительный, правда? Мы закончили?

— Нет! Запомни, я люблю свою сестру и её благополучие очень важно для меня.

— Что же ты не торопилась спасать её от мудака?

— Пыталась, но она меня не слушала.

— Ты попробовала и смирилась. Но это не для меня. Я иду до конца. Ты попросила о помощи. Моё главное условие: ты не мешаешь, чтобы ни было. Я не собираюсь вредить Теоне.

— Если ты её обидишь, я тебя придушу, — тихо сказала Вероника.

— Справедливо.

Она подошла к двери дома и открыла её, пропуская меня вперёд. Быстро огляделся — красиво и очень стильно.

— Нам наверх, — указала на лестницу девушка.

Поднимались мы в тишине, я рассматривал интерьер, чтобы не смущать девушку, а она о чём-то думала. Мы подошли к нужной двери, Вероника тихо постучалась, но ответа не последовало. Тогда она просто толкнула дверь.

— Теона, к тебе гости, — радушно сказала она.

Переступил порог комнаты и застыл. Теона сидела на кровати, подтянув к подбородку колени и раскачивалась взад-вперед. Лицо её глаза опухли и покраснели от слёз.

— Она всё время плачет и не хочет со мной разговаривать, — тихо сказала Вероника.

Думаю я понимаю почему Тео не торопится откровенничать с сестрой, ведь она не поверила, что произошёл несчастный случай. Вероника уже нарисовала себе логичную, в её понимании картину, и теперь свято верит в неё.

— Дальше мы сами, — отвечаю ей.

— Предлагаешь мне уйти?

— Говорю прямо: оставь нас.

Она психанув выскакивает за дверь и сильно ею хлопает. От этого звука Теона вздрагивает и её оцепенение наконец-то спадает. Тео поднимает голову и смотрит на меня, её глаза расширяются. Девчонка начинает вытирать глаза рукавом домашней кофты, а потом хрипло спрашивает: