К вечеру я готовлюсь так, как, наверное, даже к собственной свадьбе никогда не буду. Мне не терпится надеть платье подаренное Остапом. Осознание того, что мою татуировку — хрупких маленьких бабочек —увидят люди, много людей, будоражит мою кровь. Во мне вдруг проснулась маленькая бунтарка. Мне хочется кричать, что я другая — больше не зажатая, а обновленная, яркая и непредсказуемая.

Стилисты заканчивают свою работу, отступая. Предоставляя мне возможность рассмотреть себя со всех ракурсов. Несколько небрежных завитков обрамляют лицо, остальные волосы собраны в высокую прическу, открывая мою тонкую шею, на которой красуется цветочное колье — подарок родителей. Макияж, хоть и вечерний, но очень лёгкий и немного сияющий. Акцент сделан на глаза, а губы покрыты нежным нюдовым блеском.

Я напоминаю себе героиню любимого романа, и это кажется мне хорошим знаком. Надеваю платье, сестра помогает застегнуть молнию. Я и сама могу с этим справиться, но мне хочется, чтобы в такой важный для меня момент Ника была рядом.

— Ты очень красивая, — шепчет сестра. — Так похожа на маму в юности.

— Спасибо, — улыбаясь, говорю ей.

— У меня есть подарок, чтобы подбодрить тебя, — подмигивает.

Ника выходит из комнаты и возвращается с маленькой коробочкой в руках. Протягивает мне, и я без стеснения, сразу же открываю её. На бархатной белой подушечке лежат серьги в виде цветов, похожие на пионы. Светло-розовые камушки и вкрапления эмали в милых пусетах по стилю сочетаются с моим колье.

— Какие они красивые! И как подходят к ожерелью, — восклицаю, разглядывая украшение.

Тороплюсь скорее надеть подарок, рассматривая свой законченный образ в зеркало. Несмотря на то, что мое платье темное, образ всё равно получился нежным и каким-то даже сказочным.

Ника продолжает рассматривать меня, то и дело расставляя на платье невидимые складки. Видно, что она волнуется за меня. Слышу, как на улице сигналит машина — Остап приехал за мной. Обнимаю сестру на прощание.

— Спасибо, — шепчу ей, прижимая к себе так, словно мы больше не увидимся.

— Удачи на выступлении. Сделай этот вечер своим.

— Жаль, тебя там не будет.

— Уверена, что это только начало твоей карьеры, и я ещё увижу ни одно твоё выступление.

Благодарно улыбаюсь сестре, беру с кровати сумочку и тороплюсь на улицу. Остап одет в стильный смокинг. Я даже торможу на несколько секунд, увидев его. Вот он — аристократ в чистом виде. Осанка, разворот плеч, грация — он словно наследный принц какой-то древней и очень важной династии. Как у него это получается? Он гармоничен в любом образе.

— Здравствуй, малышка Теона, — бархатный голос вызывает табун мурашек на моем теле. — Ты потрясающе выглядишь.

Сколько мы не виделись, несколько недель? Последняя наша встреча была, когда он принёс мне платье. А потом я с головой ушла в музыку, забросив даже наши сеансы. И сейчас, смотря на него, понимаю, как скучала. Остап рассматривает меня и улыбается. Мне кажется, я вижу в его глазах восхищение.

— Здравствуй, Остап.

Он открывает мне дверь и помогает сесть в машину. Сегодня мы на такси. Поэтому оба устраиваемся на заднем сидении.

Машина привозит нас к помпезному, старинному зданию. На входе нас встречает вышколенный персонал. Проверяют наши пригласительные и пропускают внутрь. Я знаю, что приглашения были разосланы самым влиятельным семьям города, и каждый получивший его принял. На подобных благотворительных вечерах цена входного билета крайне высока. Это и есть, так называемый, благотворительный сбор. Судя по тому, что в зале уже полно людей, сегодняшний вечер оправдал себя, а значит организаторы собрали приличную сумму.

Здесь всё пропитано богатством: от столов с закусками до украшения залов. Стильно, утонченно и очень изысканно. На таких вечерах простому смертному суждено побывать лишь в качестве обслуживающего персонала. И какими бы ни были состоятельными мои родители, для меня этот вечер — первый выход в высшее общество.

Не могу сказать, что мне здесь нравится. Скорее просто любопытно. Атмосфера здесь потрясающая, размах мероприятия — грандиозный. Но мне не откликается это пространство настолько, чтобы я хотела в таком жить.

Осматриваюсь, пытаясь понять, куда мне нужно идти. Никого из своих не вижу, начиная немного нервничать.

— Идём, к администратору, — подает голос Остап, видимо заметив моё замешательство. — Он точно подскажет направление.

Он обхватывает своими горячими пальцами моё запястье и ведете меня вперед. Молодой парень, который отвечает за административные вопросы вечера, подсказывает, куда идти. Мы благодарим его и идем в указанном направлении. Остап передает меня Ирине Михайловне и, пожелав удачи, уходит.

— Готова? — спрашивает моя наставница.

— Да.

Ирина Михайловна сжимает мою ладонь, подбадривая меня. Время до моего выступления тянется с черепашьей скоростью. Я начинаю нервничать, нервно покусывая губу, и гипнотизирую часы на телефоне. И вот наконец-то меня приглашают.

Фортепиано размещено на небольшой сцене, куда меня проводит всё тот же администратор. Ведущий вечера представляет меня собравшейся публике, звучат аплодисменты, а потом всё резко стихает.

На секунду прикрываю глаза. В этом мире есть только я, тишина и прекраснейший инструмент напротив. Стук моего сердца словно заполняет всё пространство вокруг, кончики пальцев покалывает от нетерпения. Удобнее устраиваюсь на пуфике, делаю глубокий вдох и выдох. А затем, придав правильное положение рукам, начинаю играть.

Пальцы наперегонки бегут по чёрно-белым клавишам, высекая прекрасные звуки. Закрываю глаза, полностью отдаваясь музыке. Забываю обо всём, что меня волнует, здесь и сейчас есть только я и инструмент.

Кажется, что моё выступление заканчивается слишком быстро. Я не успеваю насладиться им в полной мере. Зал взрывается громкими овациями, а моё сердце бешено бьется в груди, словно я пробежала стометровку. Поднимаюсь на ноги, отходя в сторону. Делаю лёгкий поклон и покидаю сцену.

Как только оказываюсь за кулисами, сразу же оказываюсь в руках Остапа. Он протягивает мне бокал с шампанским и с восхищением в глазах, говорит:

— Ты была великолепна. Ради этого момента стоило пройти все наши сеансы.

— Спасибо, — благодарю его. делая глоток игристого.

После моего выступления мы спускаемся в зал. Хочется воочию понаблюдать, как проходят подобные мероприятия. Остапа отводит в сторону какой-то его знакомый, а я решаю немного осмотреться.

Бреду вперёд, рассматривая интерьер зала и собравшихся здесь гостей. Мужчины облачились в смокинги, а их спутницы в дорогие наряды.

Блеск бриллиантов настолько слепит глаза, что им можно освещать помещение вместо ламп.

Понимаю, что проголодалась, потому что кроме завтрака ничего не ела. Мне было не до еды. Останавливаюсь возле фуршетного стола и, выбрав канапе с креветкой, закидываю её в рот. Оглядываю стол, в поисках чего-то вкусного, как слышу за спиной вкрадчивый, низкий голос.

— Отлично сыграла, Ти.

Ему бы маньяков озвучивать в фильмах ужасов. Но на удивление он меня не пугает. Я не мечтаю стать невидимкой, как раньше, вжать шею в плечи. Наоборот, выпрямляюсь, всем своим видом показываю, что больше не боюсь. Я лишь раздосадована тем, что меня отвлекают от еды. Разворачиваюсь лицом к бывшему парню, и смотрю ему прямо в глаза.

Быстро прохожусь по нему взглядом, отмечая, что он выглядит каким-то помятым, с щетиной на щеках и синяками под глазами. Рядом с ним стоит эффектная блондинка и прижимается к нему всем телом, стреляя в меня стервозным взглядом: «он мой». Поднимаю бровь. Да ради Бога, только не подавись, детка.

— Спасибо, Артур, — нейтрально отвечаю ему.

— А ты похорошела, — сально улыбнувшись, говорит он.

— Не могу о тебе сказать того же, увы.

Артур начинает громко ржать, совершенно игнорируя тот факт, что здесь полно людей и на нас уже начали косится. На таких мероприятиях есть свой этикет, и рамки приличия не позволяют вести себя подобающим образом. Но где Артур и где правила.