«И выживи, чтобы убивать», — заканчиваю я мысль твари.

С прошлого раза, помните, в самом начале, когда я только вылупился из кокона, симбионт явно расширил свой словарный запас. Тогда он мне просто сказал: «Накорми меня», а сейчас мы с ним беседуем практически на равных. Что это может быть?

Я задумываюсь, и стараюсь размышлять так, чтобы мои мысли не прочитал симбионт.

«Или он снял слепок с моего мозга, и адаптировался к моей манере речи, ­— предполагаю я, — типа подстроился, как нейросеть. Или же… — и меня это реально напрягает, — за симбионта отыгрывает, кто-то ещё. Или Некто. Или Игрок. Или же… — а вот это уже реально стрёмно… — я сам отыгрываю за эту тварь!»

Сейчас я вам это объясню. Если у меня раздвоение личности, то, почему бы не быть и растроению? (Как-то коряво сказал, но вы поняли, что я имел ввиду). Или, вообще, распад личности на четыре и больше части — полноценных личин, каждая из которых обладает своим характером, и своим сценарием поведения. И вот, одна из них, и отыгрывает за симбионта, так сказать, озвучила эту тварь в формате диалога, чтобы повысить мои шансы на выживание. И, вообще, так мне хоть есть, с кем здесь поговорить! Всё лучше, чем думать или реально слышать голоса у себя в голове! И я сам наделил эту личину симбионта образом, придав ей видимость реальной оболочки, которая может болтать не хуже меня, оставаясь при этом паразитом! Совершенно чужим для меня организмом, с котором мы теперь, как сиамские близнецы, и, закадычные друганы, не разлей вода.

А, как вам такой поворот, друзья мои? Имеет право на жизнь такой расклад, или не имеет?

От этих мыслей реально можно поехать крышей. Сойти с ума так, что обратно уже не вернёшься. Хотя, что реально, а что нет в Сотканном мире? Мире, где ты убиваешь и жрёшь свою жертву, а потом используешь этот труп, чтобы создать из него оружие или, какую-нибудь полезную приблуду. Такая некромеханика в действии, где ты — мастер по потрошению, расчленению и сборке очередного Франкенштейна. Остаётся только воскликнуть: «Оно — живое!»

Но, я снова отвлёкся.

Я осматриваюсь.

Свалка и так, — малоприятное место, а там, где я сейчас нахожусь, вообще, за версту, несёт погостом — мертвецкой.

Я никак не могу избавить от ощущения, что все эти гигантские биомеханические конструкции вокруг меня не сдохли на самом деле, а впали в некую спячку, почти неотличимую от смерти. Окаменели. Иссохли. Часть из них превратилась в прах и тлен, но, большая часть всё ещё живёт по своим нечеловеческим правилам и иному времяисчислению. И они за мной наблюдают. Смотрят своими невидимыми глазами. И эти циклопические монстры только ждут своего часа, чтобы проснуться. Очнуться от миллионов лет забвения, и мир снова услышит их глухую поступь, и содрогнётся от увиденного…

Странные мысли у меня в голове, не так ли? И откуда они только берутся? Словно их, мне, кто-то вкладывает прямо в мозг, или нашептывает на ухо.

Теперь, слова Мадам, о том, что я должен убить здесь всех, чтобы спасти себя, приобретают другой смысл — некую дополнительную надстройку. Если Древние хотят попасть в наш мир. Распространить себя отсюда — туда, как мне и говорили — прорваться, чтобы начать новую жизнь, то как я смогу их остановить? Обычный человек, который попал в необычные жизненные обстоятельства?

Я же не могу быть избранным, а? Как Нео из «Матрицы»? Или… могу?.. Что во мне такого особенного, что на меня сделали ставку по обе стороны двух миров — моего и Сотканного? А главное — кто реально эти игроки? Тех богатеев, которые погружаются сюда, чтобы пощекотать себе нервы, я в расчёт не беру. Они — пешки. Такие же рядовые игроки, как и я. Но вот те, кто за ними стоит, — это — реальные кукловоды. И у них есть простая и понятная цель — инфильтрация — проникновение — просачивание.

Лучшего слова и не придумаешь. И ведь я его уже слышал, когда перед моими глазами пронёсся код. И я, — как вариант — могу быть носителем этого чужеродного гена! Я уже могу быть инфильтрирован! Не Червём, а, чем-то таким, что, намного, намного хуже. И у меня уже внутри находится скрытый враг, о которым я даже не догадываюсь!

Меня пробирает озноб от этих мыслей.

Я внимательно смотрю по сторонам. Плоть, всё также наползает на биомеханические конструкции. Медленно и неотвратимо, поглощая их миллиметр за миллиметром. Запечатывая в некий кокон из живой ткани.

Кокон!

Слово взрывается у меня в мозгу, как фейерверк.

Я появился в этом мире, вывалившись из кокона. Помните? Буквально вылупился из него, как новорожденный. А что, если, это оболочка была нужна, чтобы провести меня в этот мир? И, точно такая же оболочка нужна, чтобы из него выбраться?

И эта плоть. Эта живая субстанция. Паразит. Это — не то, чем она кажется на первый взгляд! Это — скажу так, некий скафандр, необходимый, чтобы Древние смогли вылупиться уже в моём мире! Пройти через некий невидимый барьер, через который может проникнуть только живое существо, а не структура, в основе которой есть металл!

«Да, ты, — говорю я сам себе, — грёбанный гений!»

Остаётся только убедиться, что всё это — не бред, а реальность, в которой я должен выжить и не допустить её распространения. Скажем так, купировать болезнь на ранней стадии, а не тогда, когда будет уже поздно.

Конечно, если только это — не часть игры. Задумка кукловодов, или ещё какой неведомой хтонический хреновины!

Пока я обо всё это думал, Паук уже вернулся.

Точнее, он возвращается, быстро топая своими лапками по грязи.

Хлюп, хлюп, хлюп.

Я вижу, что в своих щупальцах он несёт несколько предметов. В тумане, так сразу и не рассмотреть, что это такое. Скорее всего всё, что нужно, чтобы собрать, точнее распечатать оружие из плоти и металла.

Интересно, как Паук — будет это делать? Когда я собирал пистолет, то я, буквально, сложил его из тканей и костей поверженного монстра, а сейчас же нужен более продвинутый способ. Дробовик для Сотканного мира, — это вам не просто пукалка — серьёзное оружие, которое будет способно превратить в фарш любого монстра.

Паук, тем временем, останавливается передо мной. В своих щупальцах он принёс металлическую трубу. Немного ржавую, но, сойдёт и такая. Сухожилия. Явно срезанную, с чего-то плоть, прям куски мяса. Судя по вони — давно протухшего. Множество стальных шариков, нанизанных, как жемчуг, на тонкий трос. И, где он только такое здесь нашел! Что-то похожее на ажурные шестерни от древнего механизма и, до кучи, обломок старой, уже пожелтевшей от времени, массивной кости, словно большеберцовой.

Во мне просыпается любопытство, как, из всего этого мусора, биомех сделает дробовик двенадцатого калибра. Что-то вроде самозарядного ружья Вепрь — 12. «Молот». Как мне видится, только в биомеханическом стиле.

— Начинай! — приказываю я Пауку.

Он, как мне показалось, вроде как, кивнул, хотя у этого робота нет головы, а затем…

Одно из свободных щупалец взметается вверх, типа хлыста и, быстро-быстро, пробегает по мне, как бы ощупывая и, как я догадался, делая слепок с моего тела.

Пауку нужна длина моих рук, рост, пропорции, чтобы создать оружие точно под меня. Вырастить его на моих глазах.

Далее, всё происходит с неимоверной скоростью, я только успеваю наблюдать, как биомех, шелестя своими щупальцами, приподнимает металлическую трубу и, используя её, как основу, начинает ткать вокруг неё каркас будущего дробовика.

Со стороны всё это выглядит забавно. Биомех действительно действует, как паук. Двумя щупальцами он держит ствол будущего ружья, а двумя другими наращивает вокруг него остальные детали.

Я присматриваюсь к этому процессу. Реально 3Д-принтер!

С конца одного из щупалец тянется тонкая нить, похожая на слюну. Паук ей скрепляет детали, подгоняет их друг к другу, часть создаётся прямо у меня на глазах, будто из ничего, чуть ли не из воздуха. Слюна, видимо это некий клей, быстро застывает, и скрепляет элементы дробовика.

Я вижу спусковой механизм — причудливый, с прожилками вен, натянутыми сухожилиями и вставленными в него мышцами. К задней части ствола, где есть расширение, вроде каморы, биомех присоединяет сегментированный пищевод. Видимо, для подачи жижи из капсулы с симбионтом.