Вот так прыгнул!

Я поднимаюсь. Делаю это медленно, а то, мало ли, вдруг я переломал себе кости или навернул позвоночник.

Заодно проверяю, при мне ли оружие.

Так. Нож есть. Лезвие и рукоятка целые. Клинок тоже за спиной. Капсула с симбионтом, тоже, вроде как не пострадала. Щупальце исправно качает бустер.

Наклоняюсь. Ощупываю пол. Мои мальцы натыкаются на приклад дробовика. Поднимаю его. Быстро пробегаю по нему, как по гитаре.

Целый!

Заряды тоже при мне. Значит, не всё потеряно! Ещё повоюем!

У меня по скуле стекает, что-то липкое. Я, машинально, утираюсь и понимаю, что это — моя кровь.

Нос я себе тоже расшиб. Хорошо, что зубы не выбило. Ещё бы понять, куда это я попал? Это — явно не поверхность, на которую я сиганул, выпрыгнув из прохода в стене.

Я точно провалился, в какую-то нору! Света нет. А мне нужно осмотреться. Интересно, Паук остался там, сверху, и разбился в лепёшку, а?

Едва я об этом подумал, как я слышу тихий шорох. Тут же вскидываю ствол и целюсь в темноту, которая меня окружает.

Ширх… ширх… ширх…

Нечто явно живое. Оно, как бы идёт, быстро переступая по поверхности.

Чёрт!

— Паук! Это ты? — спрашиваю я в темноту, понимая, как глупо это звучит. Но у меня нет никакого желания палить в своего биомеха, а если я обознался, то на меня сейчас может выпрыгнуть, какая-нибудь тварь.

Тьму сразу же разгоняет призрачный зеленоватый свет, и у меня отлегло от сердца. Паук предвосхитил мой приказ и сам зажег свою иллюминацию, чтобы я его не пристрелил.

Это — действительно, биомех. Паук идёт ко мне не спеша. Подчеркнуто медленно.

Его неоновое сияние освещает пространство не далее, чем на пару метров. Биомех останавливается рядом со мной. На его спине, по-прежнему, закреплён мой огнемёт.

Как говорится, все в сборе!

Осматриваюсь. Пытаюсь понять, куда это меня занесло на этот раз.

Я реально попал в очередной туннель, даже скорее, нору, или проход, который проделал дождевой червь или прокопал крот.

Туннель, примерно пару метров в диаметре. Жижи под ногами нет, и он похож на сегментированную металлическую трубу, только овальную, собранную из множества ассиметричных элементов. Вроде изогнутых пластин, скреплённых друг с другом грубыми стежками, не нитей, а непонятного для меня материала, наподобие сухожилий, только чёрного цвета.

Туннель, ржавый до чёртиков, с отслоившимися чешуйками железа. Нижняя часть покрыта прахом. Да, именно прахом. Таким, многовековым напластованием сгоревших дотла останков, которые спрессовалась под воздействием влаги и времени в плотное основание. На нём даже толком не остаются следы от ног.

Я кидаю взгляд влево и вправо. И там, и там — темнота. Хрен его знает, в какую сторону мне идти! И, вообще, как я сюда попал? Я же вроде планировал очутиться на поверхности, чуть сместив подслои, а провалился сюда!

Что опять пошло не так? И, ещё, как так получилось, что я прыгнул вниз со стены. Пролетел явно больше, чем сто метров. Вошел в туман и, пролетев ещё сколько-то метров, не достиг дна и не разбился об поверхность?

Получается, что за стеной есть пространство намного глубже, чем на подступах к ней? Типа, как возвести её на границе кратера, ведущего в бездну. А сам же город Древних висит надо мной. С осколками прежних сооружений, каменных плит основания и, хрен ещё знает, какой фигни, которая осталась от разрушенного мира Анаморфа, и перенеслась сюда в виде аномалии, застывшей и перемолотой, как фарш, перекрученный в мясорубке.

Если с этим я разобрался, наверное, то вопрос, как я провалился в очередной туннель, и, как из него выбираться, остаётся открытым.

Видимо, моя новая сверхспособность сработала не так, как я планировал. Я пробил слой, но не сделал кульбит, а ушел дальше, внутрь этого пространства, как бур, и очутился на нижнем уровне города Древних.

Конечно, всё это — лишь предположение. Действительность может внести свои коррективы. Как вариант, я мог вообще переместиться в совершенно другой слой. Так сказать, пронзить пространство и уйти сквозь в иные пределы.

Но, есть и плюсы, — я, пока, всё ещё жив, а те твари, которых не убить из моего оружия, видимо от меня отстали, тупо потеряв мой след. И… я уверен в этом, я ещё с ними встречусь. И к этой встречи я должен быть готов, а иначе, всё, амба! Второй раз мне может так не подфартить.

Немного себя воодушевив, я решаю продолжить исследование места, где я сейчас нахожусь.

Подхожу к изогнутой стенке. Стучу по ней прикладом дробовика. Паук следует за мной, как тень, и подсвечивает туннель, как может.

Звук от стены идёт глухой. За ней точно находится слой камня, или же, ещё какой твёрдой породы.

Стенку не раздолбить и не сломать.

На секунду мне приходит мысль, снова попытаться раздвинуть слой и, как бы вынырнуть отсюда. Но я гоню её прочь. Во-первых, я точно не знаю, куда меня телепортирует, а действовать наобум я не хочу. А во-вторых, даже если это и сработает, я могу снова оказаться прямо перед теми шагающими по воздуху тварями, без знаний и возможности их убить.

Поэтому, буду действовать по-старинке, пойду пешком, как в самом начале, когда я вылупился из кокона в Сотканном мире.

— А ты знаешь, куда нам идти? — спрашиваю я у Паука, будто он может мне ответить. Биомех стоит, не двигается. Тупо ждёт моего приказа. Я знаю, что построение маршрута — не его задача. Он — реально — пёс, делает только то, что я ему прикажу, и, иногда, действует по своему усмотрению, чтобы защитить своего хозяина.

Но даже такой разговор, в моей ситуации — лучше, чем ничего. Это позволяет мне не сойти с ума. Правда ещё я могу поговорить с симбионтом, как это бывало ранее. Вот только он сейчас молчит, а у меня нет никакого желания сейчас болтать с существом, которое закачивает в меня питательную жижу, которую оно получает из переваренных трупов.

И, поэтому, я принимаю решение:

— Пошли, — говорю я Пауку, — туда! — я показываю пальцем в черноту туннеля, и делаю шаг во тьму.

Биомех следует за мной и мы так идем, метров пятьсот, в абсолютной тишине, которую нарушают только звуки наших шагов.

Туннель не меняется. Тянется стрелой. Ни поворота, ни выбоины. Только путь, с одной лишь целью — выбраться отсюда в город Древних.

Свет от Паука едва разгоняет темноту. Однообразие меня расхолаживает. Я тупо держу в руках дробовик и механически переставляю ноги, как робот, как машина, в задачу которой входит только шагать и шагать без остановки. Как медленно раскручивающийся часовой механизм.

Я знаю, что подобная заминка с расслабоном — верный знак, что вскоре начнётся очередной замес, с очередной тварью.

Уже научен горьким опытом и, поэтому, стараюсь быть начеку, каждую секунды ожидая, что стенка туннеля вот-вот раздвинется и из этой дыры на меня вывалится новый монстр.

Я иду наугад, наобум, просто двинувшись в ту сторону, куда, как мне показалось, меня потянуло. Зова тоже нет, как и зова крови. Я будто вышагиваю под водой, в неком вакууме, как мертвец, который утонул в омуте.

Любые мысли тоже гоню прочь. Не до них сейчас. Я просто хочу погрузиться в себя и понять, я реально овладел шестым чувством — интуицией, или же просто себя накрутил, выдав желаемое — за действительное.

Проверить это можно только одним способом — если я отсюда выберусь без использования сетки и остальных сверхспособностей, то я был прав. Если нет, то я обманул сам себя. Туда мне и дорога!

Мы проходим с Пауком ещё примерно километр по этой бесконечной норе. Туннель, всё также бежит прямо, и я уже начинаю сомневаться, что я выбрал правильное направление.

Идём дальше. Шаг за шагом. Шаг за шагом. Тупо и монотонно. Если у Паука погаснет свет, то этот туннель станет моей могилой.

— Стоп! —приказываю я, подняв согнутую в локте руку со сжатым кулаком. — Ты это слышал?

Биомех замирает и стоит, как вкопанный.

Я тоже не шевелюсь.

За секунду до этого мне показалось, что услышал нарастающий гул. Негромкий, почти на грани слуха, но я его слышал.