Ещё одно разочарование: я искренне считал, что хотя бы прятаться умею успешно и легко улавливаю присутствие посторонних. Но оказалось наоборот. А мое тайное убежище ни для кого не оставалось тайной.

— Значит, проверяли, что я не повесился на первом попавшемся суку? Ну, и на том спасибо!

***

Стол для ужина был накрыт в маленькой уютной комнате на втором этаже. Так что мы с инспектором сидели на небольшом расстоянии друг от друга. Это создавало подходящую атмосферу для доверительного разговора. По крайней мере, так мне тогда казалось. А отлично приготовленное нежное кроличье мясо в желе добавляло беседе приятные умиротворяющие нотки. Я выложил инспектору все. Все события, начиная с приезда гостей. Скандал в мастерской, кровавая сцена в спальне тети Годории, обвинения со стороны слуги, его гибель… Свой рассказ здесь повторять не буду, вы и так уже в курсе всех событий. Если чего-то забыли, можно перелистнуть страницы к самому началу. Я решил, что откровенность в моем случае — лучшая тактика. А инспектор все равно докопается до подозрительных деталей. Пусть уж он лучше узнает о них от меня, а не в чем-то предвзятом изложении. По лицу инспектора трудно было определить, верит он мне или нет. Но по крайней мере, слушал внимательно, иногда задавая уточняющие, порой незначительные вопросы. Впрочем, инспектору было виднее. Иначе какой же из него знаменитый сыщик. Между прочим, я припомнил пару газетных статей, посвященных его расследованиям уголовных дел.

— Так вы говорите: зарисовка с трупом пропала из вашей спальни и оказалась в комнате убитого? — уточнил он, отпив из бокала золотистого вина “Первый солнечный луч в буковой роще” (Недурной сорт, который по праву может считаться одним из самых изысканных в своей категории. Рекомендую ознакомиться с иллюстрированным путеводителем по винному погребу замка Ровенгросс. Конечно, если сумеете раздобыть это редкое издание).

— Вот именно! Его кто-то украл и подбросил. Всем известно, что я занимаюсь живописью и графикой. Значит, хотели подвести меня под подозрение.

— А сколько приблизительно времени прошло? Вы покинули спальню, спустились во двор… побыли там, потом поднялись на четвертый этаж, где уже был листок с рисунком…

— Точно не могу сказать. Но вряд ли прошло больше получаса. Злодей действовал быстро. Очень быстро!

— И труп, лежащий под окнами, словно кто-то нарисовал вашей рукой…

— Я ведь объяснял, как все получилось. То же самое, что с портретом тети Годории.

— Замечательно.

***

Следующий день, день похорон тети Годории должен был начаться мрачно. Это было бы естественно. Тем не менее, начался он странно. Я это понял, ещё когда спускался по лестнице на второй этаж. Попавшийся навстречу дворецкий пожелал мне доброго утра и с деловым видом добавил:

— Маркиза Бринсен исчезла. Ее нигде не могут найти.

В замке Ровенгросс потихоньку складывалась традиция: едва обнаруживался очередной труп, как все господа бросали свои дела и мчались к месту его обнаружения. Слуги тоже, конечно, старались оказаться в центре событий. А вот в древние времена обитатели замка наверняка откликались на подобные происшествия иначе, не столь взволнованно. Ведь славные рыцари даже во время пиров не расставались с оружием, и поводом для смертельного удара легко мог послужить косой взгляд или неосторожное слово. Поводов для поединков или просто мгновенных убийств хватало с избытком. Да и семейные ссоры порой решались довольно грубыми способами. Стены замка помнят многое, а на гладких каменных полах какие только мертвые тела не лежали, не говоря уж о глубоком подземелье. Кровавые инциденты не были чем-то невероятным и шокирующим. Зато теперь, когда жизнь изменилась и нравы, вроде бы, смягчились, каждый такой инцидент становится сенсацией. Впрочем, я слишком увлекся рассуждениями. Да и трупа на сей раз пока не было в наличии. Маркиза Бринсен действительно исчезла. Словно растворилась в воздухе. Весь замок, парк и хозяйственные постройки тщательно обшарили. Великолепной дамы не было нигде.

Мне кажется, даже не в меру самоуверенный инспектор Фоксэн был слегка сбит с толку. Хотя старался этого не показывать. Но вообще он уже успел вписаться в компанию, перезнакомился со всеми и явно чувствовал себя как дома. В отличие от простоватого сельского коллеги величие замка и знаменитая фамилия его владельцев столичного инспектора не подавляла. Однако результатов его деятельности пока не было видно. Он даже не сумел обнаружить пропавшую даму. Или хотя бы ее бренное тело. Расспросы прислуги обстановку не прояснили. Накануне вечером маркиза отошла ко сну относительно рано и не было никаких признаков того, что в ее комнату кто-то ворвался ночью. На ночь она заперлась изнутри, а утром дверь уже не была заперта. Думаю, не одна маркиза, а большинство в ту ночь закрыли свои спальни от греха подальше. При этом дверной замок был в целости и сохранности, его никто не взламывал. Инспектор, а потом и все кому не лень, тщательно осмотрели и дверь, и комнату. Одежда и остальные вещи, которые маркиза привезла с собой, были на месте. По уверениям горничной, которая ей прислуживала, ничего не пропало, кроме одного платья (его маркиза надевала накануне), пары туфель и… одеяла.

— Возможно, преступник завернул тело в одеяло и на руках вынес из спальни, — глубокомысленно предположил Мариос.

— Но зачем?

— Откуда же мне знать? Я лишь предполагаю, — дядюшка с важным видом прошёлся по комнате, бесцеремонно заглянул в приоткрытый шкаф. — Допустим… допустим, маркиза сама впустила злоумышленника. Предварительно успела одеться. А потом… что-то произошло. Например… например… Что скажете, инспектор?

Инспектор отозвался чуть насмешливым тоном:

— Ход ваших мыслей представляется вполне логичным. Да, это похоже на правду. Если кто-то и проник сюда, то без особых усилий и шума. Интересно, кого маркиза могла впустить в свою спальню среди ночи?

Сразу несколько пар глаз устремилось в сторону моего отца. Правда никто ничего не произнес. Он сам, не дожидаясь вопросов, ответил совершенно безмятежно:

— Это точно был не я. Последний раз видел маркизу за ужином.

А ведь совсем недавно я примерно такими же словами пытался оправдаться. Но мне почему-то не поверили. Зато сейчас никто не спешил подозревать отца. Хотя кому как не своему любовнику маркиза могла открыть дверь? Куда уж логичней? Дядюшка Мариос, похоже, уже пожалел, что поднял эту тему. Впрочем, инспектор охотно откликнулся и спросил:

— Позвольте уточнить, господин граф. Вы провели всю ночь в своей спальне?

— Да, — по-прежнему безмятежно отозвался тот.

— Вы что, подозреваете в чем-то Лэнни?! — воскликнула мать. И не давая никому ответить, выпалила: — Мой муж до самого утра был в моей комнате. Могу поклясться.

— Джейни! — с явным упрёком произнесла маркиза Лерейн, расположившаяся в единственном кресле и до сих пор лишь молча и сурово наблюдавшая за присутствующими. Если кто не помнит, маркиза Лерейн это моя так называемая бабушка. На ее лице было буквально написано: "Какая безнравственность!"

— А что такого, мама? — обиженно отозвалась моя мать. — Мы ведь женаты.

Маркиза ничего не ответила, лишь поджала тонкие сухие губы. Вероятно, отложила серьезный разговор со своей легкомысленной дочерью на потом.

Неловкая пауза оказалась короткой, ведь потребовались новые версии.

— А почему все решили, что маркиза исчезла именно ночью? — вклинился Дорф. — Может, ее тоже похитили или убили рано утром. Как тетю Годди.

— Такое тоже не исключено, — согласился инспектор. — Но что-то мне подсказывает: дама исчезла именно ночью. Под покровом темноты, как говорится.

Он ещё раз осмотрел комнату, особенно тщательно кровать и столик, на котором стояли две шкатулки: одна большая и приоткрытая, с какими-то косметическими принадлежностями и вторая маленькая закрытая.

— Здесь маркиза держала свои драгоценности?