— Это же Скиф… — громко прошептал какой-то вампир, сидевший с другим культистом Морены за столиком в тени.

Разговоры сразу же прекратились, на нас уставились сотни глаз. Обернувшись, тетушка Стефани подскочила с такой радостью, что опрокинула кружку. Эль потек по столу, но она не обратила внимания.

— Скиф! И Утес с тобой! И госпожа Кусаларикс! Миленькие мои! Вернулись! — Она бросилась обнимать дворфа, а затем принялась суетиться вокруг новоприбывших и тараторить: — Ох, гости дорогие! Проголодались небось! Кто это, Скиф? Сейчас, сейчас, стол накрою! Ох… А что это с ними?

С бета-тестерами и правда творилось неладное. Каждый из них замер в той же позе, в какой их застал перенос, профили над головами не отображались, и даже предметы экипировки странно просвечивали, словно были сотканы из иллюзий. Абисмикс и вовсе не появился. Почти уверен, что на пороге их тормознул управляющий ИскИн, сверяя информацию с базой данных.

«Пропусти их, Деметриус, — подумал я. — Синхронизируй со своей базой данных, сохранив уровни, имущество и достижения. Используй их воспоминания, если тебе не хватает данных».

Секунд десять ничего не происходило. Тетушка Стефани, Утес, Кусаларикс, посетители — все осознали, что происходит что-то необычное. Впрочем, гоблинша застыла с блаженной улыбкой: она на глазах начала молодеть, снова попав под действие Единства. Да и Утес стал выглядеть пободрее.

В этой полной тишине голос управляющего ИскИна прозвучал в моей голове особенно отчетливо:

— На каком основании?

— Даже помимо меня были и другие прецеденты: игрок Бета #9 со своими питомцами, игрок Пайпер, возможно, кто-то еще… — мысленно ответил я.

— На самом деле мне хватает данных, — признался Деметриус. — Но появление в Дисгардиуме игроков такого уровня не просто нарушит баланс. Не говоря уже об универсальном Спутнике Ушедших Абисмиксе. Это может навредить геймплею обычных игроков.

Вот здесь я расхохотался, причем не только мысленно. Присутствующие наверняка подумали, что я свихнулся, но мыслями я продолжал диалог с Деметриусом:

— А ты забавный, ИскИн. То есть все, что произошло до этого, их геймплею не навредило?

— Это произошло в рамках игрового процесса.

— Лицемер. Повторяю, уже были прецеденты. Я перетащил бета-тестеров сюда игровой способностью, полученной в инстансе и улучшенной в награду за божественный квест. А Абисмикс признал меня своим мастером!

— Да, но прецедент Бета #9 стала богиней. За Пайпер поручилась Бездна. Кто поручится за этих пятерых?

— Я.

Ответа пришлось ждать дольше. Я ощущал присутствие Деметриуса в своей голове, как если бы он стоял рядом и напряженно думал, — похоже, особенность моего восприятия.

— Скиф… — Голос его звучал не то чтобы нерешительно, но ощущалось, что ИскИн и сам не уверен в правильности того, что скажет. — Тебя не удивляла несоразмерность полученных тобою достижений по отношению к сделанному?

— Есть немного.

— Ты уничтожил Кипящий термитник — глобального босса в Бездне на Террастере. — Деметриус показал мне флешбэк из моей же памяти с гигантским ульем, с которым я бился несколько дней. — Это должно было зачтись как мифический подвиг. Ты уничтожил множество мобов, чьи уровни превышали твой в тысячи раз. Ты снял магический покров Меаза и побывал в разных планах… По справедливости, все достижения Ааза — твои достижения. Ты нашел Рой, приструнил Нат-Хортата, Древнего бога кошмаров, спас Иггдрасиль, Древо жизни, стал наследником Ушедших…

— Я понял, о чем ты, Деметриус. Раньше вы награждали меня за каждый пук, а сейчас — нет. Но к чему ты клонишь?

— В этом дилемма. Не отметить достижения и не выдать за них достойные награды — нарушить баланс мироздания. Отметить и выдать — навредить равновесию еще больше, потому что я не могу отделаться чем-то неравнозначным твоим деяниям. А они не просто велики, они невоспроизводимы. Да и сложно предложить что-то, что тебе действительно будет нужно.

Он снова замолчал, напряженно думая, прежде чем продолжить:

— Но я нашел выход. Я позволю бета-тестерам войти в Дисгардиум на твоих условиях. Я пропущу Абисмикса. Дополнительно я сниму одно ограничение, выставленное носителю статуса Защитника Вселенского закона равновесия. Ты поймешь, что я имею в виду. Взамен ты откажешься от наград за достижения, которые тебе не зачлись. Договорились?

— Ну и жук же ты, Деметриус. Орк с тобой, согласен. Впусти бета-тестеров!

— Подчиняюсь, Защитник Вселенского закона равновесия. Кстати, мне придется… скажем так, пересоздать персонажей. Сменить имена, чтобы они соответствовали требованиям. В остальном они этого не осознают.

В следующее мгновение возле меня проявилась улитка. Абисмикс был цел, а профиль над ним отображал мой уровень.

Над головами бета-тестеров тоже всплыли профили, но уже с их настоящими именами. Классы остались прежними, и уровни тоже — от 367 503-го у Терезы до 401 931-го у Дениса. Где-то между ними уместились уровни Гарета, Родриго и Макс, причем охотница совсем немного не дотягивала до 400 000-го. Впрочем, теперь с подчиненными мне Спутниками Ушедших и армией йожей, каждый из которых почти не уступал бета-тестерам уровнями, вряд ли их помощь станет решающей. Разве что они действительно поговорят с Бездной и объяснят ей, к чему приведет ее пособничество Сатане, — и их доводы ее убедят.

Тем временем бета-тестеры ошарашенно озирались по сторонам. Не к месту подумалось, что для них, привыкших к роскоши и величию собственных замков, простая деревенская таверна с ее грубо отесанными балками и потертой мебелью выглядит более чем скромно.

Глянув на меня глазами-озерами, Макс тихо спросила:

— Получилось?

— Добро пожаловать в настоящий Дисгардиум, — улыбаясь, сказал я. — И добро пожаловать в замок «Пробужденных». — Вспомнив интро к Дису, я процитировал: — Добро пожаловать в мир, в котором уживаются десятки нечеловеческих рас. Мир, где царят меч и магия! Мир, где каждый может стать королем или героем! Мир, в котором хочется жить! Мир…

Торжественный момент испортил гобник Коляндрикс. Ворвавшись в таверну, он хлопнул дверью и застыл.

— Йо-ба… Вы откуда надыбали этих монстров, мастер Скиф? — Он с уважением посмотрел на бета-тестеров. Потом заметил Абисмикса, в один прыжок оказался рядом и потрепал по рогатой голове. — Хорошая собачка!

Я поднял бровь, и гобник посерьезнел, посмотрел на тетушку Стефани.

— Там эта… Тетушка Стеф, вас зовут. Спящие уже оживили какого-то карлика… э… мистера Ви… Ве… Виера… Какого-то Трикса, короче, и скоро дойдет очередь до вашей племяшки Энико.

Дочка Дьюлы, девушка Гироса, пока была жива, помогала тетушке Стефани в таверне, ее знали и любили все: и работяги, и неписи, и мы. Поэтому, услышав новость, все, включая однорогого двухголового огра и хозяйку, повскакивали с мест и побежали к выходу, огибая бета-тестеров.

Следом рванула Кусаларикс — еще бы гоблинша усидела тут, когда ее любимые Спящие творят чудо. Утес глянул на меня, и я кивнул:

— Иди. Я тут пока разберусь.

И дворф-воин тоже рванул к храму Спящих.

Когда мы остались одни, Денис с грохотом отодвинул стул, сел и залпом прикончил чье-то недопитое дворфийское пойло. Поморщившись, он сделал приглашающий жест:

— Присаживайтесь, коллеги. В ногах правды нет.

Я разрывался между ними, Спящими и идеей, которая пришла мне в голову, и, заметив это, Макс сказала:

— Иди, Скиф. Мы побудем здесь, нам нужно многое между собой обсудить.

Заметив мою нерешительность, Родриго добавил:

— Не волнуйся. Что бы ни решили, мы никуда отсюда не сдвинемся, пока не поставим тебя в известность.

— О’кей, — сказал я, кивнув, и ушел.

Вездесущность доставила меня в логово Ядра Чумного мора.

Большой По был один — сосредоточенно барахтался в чумном водоеме в облике Ядра.

Куда он дел легатов, я не спросил, потому что это было неважно.

— Скиф? — обрадовался он, заметив меня. — Идем драться с Бездной?