— Попрощались? — спрашивает преподаватель.

— Да. Мы можем идти? — А сама оборачиваюсь на стоящего Даню, машу ему рукой и от его ответной реакции тепло улыбаюсь.

— Да, нам пора. Поторопимся. — Марк идет размашистым шагом, но видя, что я не поспеваю за ним, замедляется и подстраивается под меня. А это приятно.

Уже оказавшись в самолете, я полностью расслабляюсь, но на задворках души все равно скребут кошки. Он никак не дал о себе знать. Но тут же успокаиваю себя тем, что так надо, ради всех нас. Марк сидит рядом и что-то пишет у себя в блокноте.

— Ты поспи, — не отрываясь от письма, говорит он мне. — Тебе надо как следует отдохнуть.

— Да, вы правы. Пожалуй, воспользуюсь вашим советом.

Марк мимолетно смотрит на меня, нежно улыбается, а затем продолжает писать дальше.

— Моя умница. А теперь спи.

И я, не желая больше тратить время на разговоры, отворачиваюсь от него и закрываю глаза.

А ведь он даже просто не написал…

Приземлившись, мы с Марком оказываемся в заполненном людьми аэропорту. Такое чувство, что все население Москвы решило сегодня полетать, о чем я и говорю вслух.

— Просто ты не привыкла с такому скоплению людей, на самом деле это еще мало, — говорит мне Марк и берет за руку. — Это чтобы не потеряться в толпе.

Я мгновенно смущаюсь, ощущая тепло его руки, что нежно сжимает мою ладонь. Он слегка поглаживает мою кожу большим пальцем, ведя меня, как я понимаю, к выходу. Не знаю, сколько времени мы затрачиваем на такое тяжелое занятие — пробираться сквозь такое столпотворение, но, наконец, оказываемся за пределами огромного здания и можем вздохнуть свежего воздуха. Марк отпускает мою руку, нежно сжав напоследок. Теперь же, пока пытаюсь отдышаться (мать моя женщина, так и фобию недолго получить), я чувствую вибрацию в сумочке и тянусь за телефоном. Господи, ненавижу женские сумки, чтоб их и чтоб меня. Так, Таня, успокойся. Все хорошо…

— Таня, — зовет меня Марк и убирает выбившуюся прядь с моего лица, мимолетно касаясь рукой моей скулы.

— М? — Смотрю на него, а сердце только словно сейчас начинает свой разбег.

— Все хорошо, я подожду, когда ты восстановишься, поэтому используй столько времени, сколько понадобится.

— Уффф, — выдыхаю я, игнорируя вибрацию смартфона, и поднимаю взгляд к пасмурному небу. В отличие от моего города, где не было ни одного облачка, здесь тяжелые тучи словно давят. — Спасибо. — Телефон замолкает, и я успокаиваюсь. Вот в чем была причина — в этом звуке. Надо отключить.

— Легче? — спрашивает преподаватель и улыбается мне.

— Да, стало легче. Оказывается, меня вывела из себя вибрация. — Теперь уже без лишних нервов достаю телефон.

— Нет, просто она стала спусковым крючком, что, впрочем, неудивительно, учитывая, через какой стресс ты сейчас проходишь.

— Думаю… да, я действительно сейчас не на своем месте, — подтверждаю я и перевожу взгляд на телефон, включая дисплей.

— Идем, нас уже ждет такси, — говорит он, и мы начинаем новый путь через суетившихся прохожих и припаркованных автомобилей.

Понимая, что лучше смотреть под ноги, а не в телефон, я от греха подальше убираю аппарат в карман джинс и стараюсь не спускать взгляда с моего преподавателя. Как бы то ни было, я в Москве впервые, и лучше прилипну к Марку и буду в безопасности, чем начну включать альфа независимую и строить из себя Сусанина в юбке, то есть в джинсах.

На удивление, такси мы находим быстро, и, уже сидя внутри автомобиля, Марк дает мне инструкции:

— Итак, сейчас мы едем в отель и несколько часов пробудем там. Затем направимся уже непосредственно в ЦВК на открытие форума, познакомимся с большими шишками, так сказать, изучим точную программу выступления на ближайшие три дня и еще раз, по возращению в отель, повторим нашу речь. Наше выступление состоится на второй день. Так что пока можешь выдохнуть. — Улыбается он и озорно подмигивает.

— Уж лучше бы стразу отстреляться и забыть все, как страшный сон, — ворчу я.

— Ты такая забавная, знаешь? — Ну это уже ни в какие капельницы не входит!

— Я вас попрошу, Марк Ал…

— А, а. — Машет указательным пальцем он. — Ты превышаешь лимит, дорогая.

— Какой лимит? — Не понимаю я.

— Перехода на отчество. Еще раз подумай, прежде чем его используешь, — серьезно отвечает Марк, складывая руки на груди.

— Можно подумать, я какой-то устав нарушаю, произнося вашу фамилию, — тихо говорю я, надеясь, что меня не услышат. Но услышали.

— Танюш, — наклоняется ко мне Марк, — для меня важно, чтобы ты обращалась ко мне именно по имени, хотя я не против и ласковых прозвищ, но довольствуюсь малым.

— Что это меняет? — просто спрашиваю я.

— Для тебя — ничего, а для меня — все. — И на этом мы заканчиваем наш диалог до самого отеля.

Не скажу, что между нами присутствует подавляющая тишина, напротив, мне комфортно. Остановившись около парадных дверей помпезного здания, Марк помогает мне выбраться с такси, подав свою огромную, по сравнению с моей, ладонь. Мой взгляд оказывается прикован на то, что предстает передо мной. Вау, а здесь вполне впечатляюще! Надо же, как расщедрился университет на наше проживание. Небось, сутки тут сто́ят как моя годовая зарплата? Мысленно фыркнув, я иду вслед за Марком, стараясь разглядеть здесь все, что только можно. Но мы не задерживаемся в фойе надолго. Подойдя к ресепшену, называем свои данные и нам дают ключи на два номера. Я так понимаю, у они нас соседние, удобно и… неловко. Затем направляемся к лифту, который, к счастью, не занят, и молча входим в него. Быстро преодолев несколько этажей, мы оказываемся в роскошном коридоре, пол которого покрыт красным ковром, а его стены увешаны красочными картинами природы, судя по всему, советскими художниками, хотя я могу и ошибаться, так как никогда не интересовалась живописью. Миновав несколько метров, мы останавливаемся напротив двери с вывеской на ней «100», затем Марк делает пару шагов вперед к своему номеру и переводит взгляд на меня.

— Советую тебе хорошенько отдохнуть, так как нас ждет насыщенный день. Я заранее сообщу тебе, когда нам нужно будет выдвигаться, — говорит он напоследок и, дождавшись моего кивка, открывает электронным ключом свою дверь и входит внутрь.

Я жду еще пару секунд, прежде чем повторить его действия и оказаться в шикарном номере, от которого у меня дух перехватывает. Какое здесь все… дорогое. Двухспальняя кровать, небольшой диванчик бардового цвета, компьютерный стол, крупногабаритный телевизор, но что больше всего притягивает мой взгляд, так это завораживающий вид на город через панорамное окно.

Итак, что мы имеем:

1. Несколько часов для того, чтобы заняться, чем душа пожелает, но в рамках этого номера.

2. Не делать ничего, а просто лечь спать, хотя бы на часик.

3. Стоять истуканом, пытаясь определиться между позициями один и два.

Кстати, третий вариант самый действенный, потому что именно сейчас он прекрасно мной выполняется. Да уж, я просто нереально продуктивный человек. Аве мне. От досады на себя же закатив глаза, бросаю сумку у входа, подхожу к кровати и со всего своего роста плюхаюсь, испуская громкий выдох. Нет, все же, чувствую, что сон меня одолеет в этом неравном бою, поэтому достаю с кармана телефон и устанавливаю будильник на час. Не хочу раздеваться, настолько лень, что мгновенно уплываю в сон.

Слышать мелодию, которая насильно вытаскивает тебя от сладкого сна — больно, очень сильно больно.

— Дайте мне поспать, а не это все, — стону я и мееееедленно поднимаюсь с постели. — Таня, сначала душ, потом все остальное, — говорю вслух и иду прямиком в ванную комнату, раздеваясь на ходу. После, наспех освежившись, я, обмотанная полотенцем, сижу на кровати и просматриваю пропущенные сообщения и звонки. В основном от Кати, которая беспокоилась, долетела я или нет. От Дани одно сообщение, чтобы я ему позвонила, как буду на месте. И ни одного от него.