Доктор нас внимательно осматривает и ждет, когда кто-нибудь поднимет руку и ответит на вопрос, который мы еще не проходили.

— Катерина Быстрова? — От неожиданности, девушка вздрагивает и смотрит на преподавателя. — Вы сможете ответить на это интересный вопрос?

— Простите, Михаил Андреевич, но я не компетентна в этом вопросе, так как недостаточно уделяла время изучению вашей дисциплины.

«Зато честно», — думаю я.

Доктор Хмелев несколько мгновений сердито смотрит на мою бедную, притихшую подругу, но затем переводит свой взгляд на меня. О, нет...

— Никитина, может, вы знаете ответ на мой вопрос?

— Конечно, Михаил Андреевич. Наиболее частая причина систолодиастолические шума — открытый артериальный проток. По мере нарастания давления в аорте громкость шума увеличивается, это происходит от того, что градиент давления между аортой и легочным стволом достигает максимума в конце систолы, и в это же время отмечается максимальное звучание шума, и оканчивается он в середине или в начале диастолы. Часто шум сопровождается дрожанием. Громкий шум слышен над всей областью сердца, но имеет максимальную интенсивность во втором левом межреберье, откуда иррадиирует в третье межреберье; в положении больного лежа шум усиливается. Аневризма синуса Вальсальвы при прорыве ее в правый желудочек сопровождается систолодиастолическим шумом, который выслушивается слева от грудины.

— Прекрасный ответ, Татьяна. Пожалуй, я вами займусь позже, — строгим голосом говорит доктор Хмелев и продолжает свою лекцию. Во время записи в тетради о характеристиках диастолического шума сердца Катя спросила у меня, что наш преподаватель подразумевал, когда говорил о том, что займется мной позже. В ответ я лишь пожала плечами, надеясь, что меня не ждет какой-нибудь выговор, или еще хуже — отчисление, хотя, если подумать, меня не за что отчислять из университета. Надеюсь.

Занятие длилось три часа, и к восьми часам вечера мы с подругой были как две ходячие ваты. Выйдя на улицу, я увидела Даню, ожидавшего меня с букетом алых роз.

— Катя, я сегодня не с тобой.

— Я так и поняла, — с грустью ответила подруга. — Удачи тебе.

Мы на прощание обнялись и пожелали друг другу спокойной ночи. Все это время мой парень терпеливо ожидал меня. Но как только стоило подруге отойти от меня на два шага, как тут же мой парень двинулся ко мне.

— Привет, — говорит он и протягивает букет. — Прости меня, любимая.

— И тебе привет, — с улыбкой отвечаю я, принимая розы. Сначала я вдыхаю запах цветов, еще сильнее улыбаюсь, а затем обнимаю Даню.

— Мне не за что тебя прощать, это ты прости меня, — говорю я и нежно целую его.

Даня сразу же прижимает меня к себе и со страстью отвечает на поцелуй. Как я по нему скучала.

— Куда пойдем? — спрашиваю я. — К твоим друзьям?

— Нет, дорогая, пойдем лучше к тебе, посидим, посмотрим какой-нибудь фильм. Если хочешь, можем сделать что-то более приятное, — мурлычет он и зарывается лицом в мои волосы, щекотя своим дыханием. Отчего я начинаю хихикать.

— Пошли! Я по тебе сильно скучала! — Целую его еще раз.

— И я, — отвечает Даня.

Взявшись за руки, мы идем ко мне домой смотреть какой-нибудь фильм, возможно, с продолжением.

Если вы думали, что у нас была горячая ночь, то глубоко ошибаетесь. Мы действительно начали смотреть фильм, точнее, боевик, но уже на первых пятнадцати минутах я просто уснула. И что опять снилось… Мне уже пора обратиться к узкому специалисту? Иначе не знаю, что с моим мозгом, и почему он выдает такие фантастические сновидения. Я видела Макса, который стоял и неотрывно смотрел на меня испуганным взглядом, будто умолял помочь ему. Но больше всего поразила другая картина: вокруг него на четвереньках передвигался Рома и громко лаял. И чем дольше мы смотрели друг на друга, тем громче наш общий друг издавал звуки и бледнее становился Максим. И когда уже, казалось, было невыносимо слушать, я резко просыпаюсь.

Открыв глаза, пару минут бездумно смотрю на потолок. Поворачиваю голову вправо, надеясь застать спящего Даню, но соседнее место оказалось пустым. С протестующим стоном встаю со святого места и иду принять утренний душ. Сегодня суббота, а значит Даня поедет работать в качестве личного шофера для своего босса. И снова весь день я проведу без него.

— Куколка! — раздается за дверью ванной голос любимого.

— Да?

— Я приготовил тебе завтрак. Будь паинькой и не скучай, я поехал.

— Хорошо, позвони мне, ладно? — отвечаю я и слышу звук уходящих шагов и хлопок входной двери.

Странно... Ведь он всегда на прощание меня целует. Может, он уже опаздывает? Быстро обтираюсь полотенцем, одеваюсь и прохожу на кухню. От увиденного завтрака на столе, омлета с беконом и стакана апельсинового сока, на моем лице расплывется улыбка. Это так приятно, на самом деле. Чтобы не тратить время, быстро кушаю, прибираюсь за собой и звоню Кате, чтобы уточнить, где мы будем с ней заниматься. На втором гудке она отвечает:

— Доброе, Таня.

— Приветик! Ты готова?

— К чему? — не понимает она.

— К подготовке к экзамену! Уже забыла?

— Не забыла… Ай! Ром, прекрати! — кричит уже не мне. — Да, я сейчас приеду к тебе! Жди, дорогая, сегодня у нас с тобой будет насыщенный день! — И сразу отключается.

— Оу! Ну хорошо, жду! — удивлено говорю я, глядя на телефон.

Через полчаса ко мне приходит лохматая раскрасневшаяся подруга. Я несколько минут молча смотрю на нее у порога своей квартиры.

— Я не поняла, ты так и будешь на меня пялиться или уже впустишь, наконец?

— Да, прости… Ты просто выглядишь так, будто бежала ко мне со всех ног, нечаянно запнулась и всю оставшуюся дорогу проехала на голове. По лестнице. Вверх.

— Ха-ха-ха, очень смешно. Обхохочешься, — ёрничает Катя.

— Тогда почему у тебя такой вид? — спрашиваю я.

— Да это все Рома. Видите ли, ему захотелось перед моим уходом познать прелесть быстрого секса, — снимая с себя джинсовую куртку, произнесла подруга.

— И почему я не удивлена, — закатив глаза, протянула я. — Кролики — они и в Африке кролики.

— Ой, вот не надо строить из себя невинность, — раздраженно отвечает она. — Можно подумать, вы с Даней в постели за ручки держитесь и от волнения потеете.

— Фантазерка, — ласково произношу и приобнимаю подругу за плечи. — Не дуйся, я просто успела по тебе соскучиться.

— Оно и видно, — фыркает она, но я вижу проблеск улыбки на ее губах.

— Итак, пойдем на кухню, я принесу свои конспекты, и начнем творить бесчинство.

Катя резко останавливается, театрально кладет ладонь в области сердца и громко, с выражением говорит:

— О, господи! Неужели я слышу такие слова от правильной девочки, которая в стенах универа пай-пай, даже несмотря на то, что пределами оторва? Иди, помой свой рот с мылом, — уже откровенно издевается надо мной она.

Вдохнув в легкие побольше воздуха, я медленно выдыхаю и замечаю:

— Кое-кто в своих выражениях повторяется.

— Ну и ладно. Давай уже начнем разбирать вопросы. — Переключаемость из одной темы в другую на высоком уровне.

— Давай-давай. — Я направляюсь в комнату за конспектами, пока Катя достает свои тетради из сумочки.

На протяжении трех часов мы разбираем темы, которые вызывают затруднения, спорим, смеемся и просто иногда дурачимся. Что мне нравится в ней, так это то, что она легка на подъем. В Кате нет фальши, она за честность в любых отношениях. На самом деле, я ей восхищаюсь — она всегда может постоять за себя и не дать в обиду тех, кто ей дорог. И я не знаю никого более открытого и яркого человека, как она. Катя стала мне сестрой по духу, и я всегда буду беречь свою любовь к ней.

Решив остановиться на двадцатом билете, мы собрали тетради и канцелярию и попили чай с эклерами. Все было просто замечательно, пока мне на телефон не пришло сообщение от неизвестного номера.