— Ладно… — Внезапный прилив жара сбивает мне дыхание. — Какой твой лучший навык?

Он не задумывается ни на секунду.

— Переговоры.

Я закатываю глаза.

— Ну конечно. Как неожиданно.

— Теперь моя очередь.

— Чт…? — Я собиралась возмутиться, ведь я только начала задавать вопросы, но он вонзает в меня два пальца, и по телу тут же проходит волна желания.

— А что тебе нравится больше всего на свете?

Мозг полностью отключается, все мое внимание сосредоточено только на ощущении его медленных, томных движений внутри меня.

— Я… я не знаю…

— Музыкальная шкатулка? — В его голосе слышна игривая насмешка.

— Эм… нет… может быть.

— Танцевальные туфли?

— Нет, точно нет. Они только для вида, я предпочитаю танцевать без них.

— Машина?

Я качаю головой, едва находя слова сквозь блаженство, разгорающееся между ног.

— Может быть, если бы она не разваливалась.

Он замирает, и я тут же срываюсь на жалобный всхлип.

— А может быть, тебе больше всего нравится, когда я засовываю в тебя свой член?

Святые небеса. Киска ноет от желания, и я всего на полсекунды пытаюсь решить, что хуже, чувствовать смущение или наполненность им?

— Прямо сейчас? Наверное? Да?

— Вот это правильный ответ, сладкая.

У меня кружится голова, и где-то в этом тумане я чувствую, как он поднимает мою правую ногу и прижимает головку члена к самому входу, а потом медленно, легко входит в меня.

Наши вздохи сливаются, и он прижимает ладонь к моему животу, вжимая меня в себя до конца. Я кладу руку ему на бедро и чувствую, как мышцы напрягаются и наливаются под каждым его толчком.

— Следующий… вопрос… — выдыхаю я.

— Что приятнее… — его голос хриплый, обволакивающий. — Мой член или мой язык?

Я задыхаюсь и сжимаюсь вокруг него. Как вообще можно ответить на такое? Это же так… грубо.

— И то и другое… — стону я.

— А ты когда-нибудь смотрела, как кончаешь?

— Что? — Мой писклявый ответ заставляет его остановиться.

— Ты ни разу не смотрела, как кончаешь?

— Н-нет… А так можно?

Он не отвечает. Вместо этого он впивается пальцами в мои бедра, перекатывается на спину и усаживает меня сверху, лицом от него, в позу наездницы. Отводит мои ступни назад, и я оказываюсь на коленях, с его членом все еще глубоко внутри.

Потом его хриплый голос звучит у меня за спиной:

— А теперь смотри.

Я поднимаю взгляд на отражение в огромном зеркале. Щеки у меня пылают, глаза распахнуты и затуманены, а волосы выглядят так, будто я попала в торнадо. Я замираю.

Он обхватывает мои бедра ладонями, аккуратно поднимает меня вверх, до самого кончика, а потом снова опускает.

— Ты смотришь? — Его глубокий голос дрожит, срывается на дыхании.

Я чувствую себя такой неуверенной, что не могу вымолвить ни слова, просто еле заметно киваю.

— Смотри еще.

Он снова поднимает меня, и я вижу, как его толстый член появляется дюйм за дюймом. И продолжаю смотреть, как он медленно опускает меня обратно, заполняя меня до упора.

— Ты видишь, как я вхожу и выхожу из твоей прекрасной киски?

Мой голос звучит для меня чужим:

— Да… вижу.

— Продолжай двигаться, — шепчет он, хрипло. — И продолжай смотреть.

Я подчиняюсь, сохраняя мучительно медленный ритм, заданный им, и все сильнее захватываюсь этим зрелищем, как его член медленно входит в меня, как я наполняюсь им до последней капли.

— Проведи руками по волосам, — говорит он, сдавленно, наполовину стон.

Я выпрямляюсь, чуть выгибаюсь, и провожу ладонями по бокам, дразняще. Одновременно с этим я сжимаю мышцы внутри себя, обхватывая его член, и ловлю стон, сорвавшийся у него из глубины горла.

— Черт, твоя задница… Такая попка должна быть вне закона.

Он гладит ладонями мои круглые ягодицы, пока я запускаю пальцы в волосы, позволяя голове откинуться вбок. Я точно расслабляюсь. Я отпускаю контроль, как в танце, и это ощущается потрясающе.

— Тебе нравится смотреть, как ты трахаешься со мной? — спрашивает он, голос у него хриплый и сухой.

Я снова смотрю в зеркало, и вижу совсем другую женщину. Та, что смотрит на меня в отражении, выглядит так, будто полностью контролирует ситуацию и получает от нее максимум удовольствия. Она выглядит так, будто использует мужчину под собой. От этого видения я начинаю подниматься выше и опускаться ниже, забирая и дразня каждый чертов дюйм его члена, пока его дыхание не становится резким и прерывистым.

— А что, если я буду играть с тобой, пока ты меня трахаешь?

Живот проваливается от желания, киска пульсирует в ожидании. Он обводит мою талию и кладет большую татуированную ладонь на лобок.

— Смотри, — произносит он резко, будто стоит на самом краю.

Он останавливает меня на полпути вниз по его члену и вводит палец в меня. Я вскрикиваю от этого растяжения, но не могу оторвать взгляд от зеркала. Он вынимает мокрый палец и проводит им вверх, по клитору.

Я снова задыхаюсь. Я и не заметила, как близко подбираюсь к разрядке.

— Я буду играть с тобой, Контесса. А ты будешь продолжать трахать меня. Ты поняла?

Я слышу его слова, но будто издалека.

— Боже, как же я люблю чувствовать, как двигаюсь внутри тебя. Я же предупреждал, правда? Я говорил, что не смогу остановиться. Я знал, что это будет чувствоваться настолько охуенно.

Все мои чувства зациклены на ощущениях в центре тела. Бедра раздвинуты до боли, и я ускоряюсь, гоняясь за нажимом его пальцев на моем клиторе. Я держусь из последних сил. И именно его слова сталкивают меня за грань.

— Я хочу почувствовать, как ты дрожишь у меня под пальцами, Тесса. Я хочу видеть, как твой оргазм стекает по моему члену. Ты почти там. Я чувствую, как ты сжимаешься. А-ах, вот так. Давай, детка. Раздвинь эти губы. Смотри, как ты кончаешь.

— О, боже! — Мои пальцы сжимаются в кулаки в волосах, дыхание вырывается из легких, и все тело дергается в конвульсиях от силы оргазма. Пальцы Бенито не отпускают меня, пока я продолжаю сокращаться вокруг его члена. Я больше не в силах двигаться, и тогда он сам резко двигается бедрами, снова и снова вбиваясь в меня с такой мощью, что у меня звенит в костях. Потом замирает, и дикий рев взрывает мне уши.

Я едва успеваю осесть на его бедрах, как он тут же выходит из меня, переворачивает меня на спину и опускается между моих ног.

Я сжимаю бедра, потому что… что? Он не может хотеть этого после того, как мы только что… это…

— Раздвинь ноги, Тесса.

Я вскрикиваю:

— Зачем?

Раздражение скользит по его лицу.

— Потому что я хочу узнать, как ты на вкус, когда внутри тебя я.

У меня перехватывает дыхание, и вся кровь стремительно отливает из головы вниз.

— Это же… грязно?

Он сжимает пальцами мою кожу, раздвигая бедра:

— Ага. И что?

Он опускает взгляд к моей киске и наблюдает, как его сперма медленно вытекает из меня.

— Мы переведем тебя на противозачаточные, — произносит он хрипло.

Я уже собираюсь спросить зачем, но ответ очевиден. Если все пойдет по-моему, меня ждет еще до хрена секса с Бернади. Было бы логично защититься.

Он наклоняется и прижимает язык к самому входу, потом с наслаждением проводит им вверх, к клитору. Я все еще настолько чувствительная, что едва не подскакиваю на кровати. Он поднимает голову и снова смотрит мне в глаза.

— Ты знала, что если продолжать кончать, пока сперма все еще внутри, то сокращения втягивают ее глубже в матку, и шансы забеременеть увеличиваются?

Я качаю головой:

— Похоже, я пропустила этот урок.

— Ну, я точно не собираюсь просто кончить и на этом закончить, детка. Я собираюсь доводить тебя до оргазма снова и снова. Так что… надо бы перевести тебя на противозачаточные.

Я смотрю на него, не в силах вымолвить ни слова, пока он снова опускается между моих бедер и начинает вылизывать меня до тех пор, пока у меня не скручивает пальцы на ногах, кулаки не сжимают простыни, а имя, срывающееся с моих губ, не наполняет собой всю эту прекрасную комнату.