«Как ей удаётся быть такой сильной?»

— Думаю, вы, мальчики, знаете не всё, что, как вам кажется, знаете.

За это она получила пощёчину.

Бен дёрнулся вперёд, пытаясь приблизиться к ней, но тщетно. Он не мог сдвинуться с места. И всё, чего ему хотелось, — убить кого-нибудь.

«Никто не смеет трогать то, что принадлежит мне».

Мысль ударила, как ток.

«Моя? Почему это кажется таким естественным? Неужели я начинаю вспоминать? Она говорила правду? Мы были вместе?..»

В комнату вошла Мадам. Она бегло осмотрелась, делая вид, будто ей всё равно. Он знал — это ложь. Для неё всё происходящее было лишь спектаклем.

— Я пыталась решить, какое наказание назначить вам, мистер Лавель, — её глаза удовлетворённо блеснули. — Но прежде чем мы перейдём к этому… — она повернулась к агенту, державшему Шири. — Где второй «аномальный»? Вы его упустили?

— Кто бы это ни был, он уже ушёл, когда я сюда попал, — мужчина побледнел.

— Это неприемлемо, агент. Вы знаете свою работу.

— Да, Мадам.

Она подошла ближе.

— Вы ведь не хотите жить в Учреждении, не так ли? Потому что именно это происходит с теми, кто терпит неудачу. Ваша удобная жизнь за его стенами исчезает.

Он кивнул, дрожа. Бен поймал себя на мысли:

«Если он отвлечётся, Шири может сбежать…»

— Примите мои глубочайшие извинения, Мадам.

— Как трогательно, — голос Шири сочился сарказмом. — Он очень, очень сожалеет.

Мадам закатила глаза.

— Уведите её в камеру предварительного заключения. Видишь ли, девочка, не имеет значения, что ты взорвала Учреждение. Мы переехали и сейчас собираем всех беглецов. Им не выжить без нашей помощи. Они даже не способны прокормить себя.

— Лгунья, — выплюнула Шири.

Бен больше не выдержал.

— Шири…

Она не остановилась.

— Их можно научить, как и любого другого. Ты не вернёшь их. Лгунья.

— Забери её отсюда.

— Нет! Чёрт возьми!

Бен рванулся вперёд и получил удар локтем в нос. Боль не имела значения. Он был готов выдержать тысячу ударов, лишь бы не допустить того, что вот-вот случится.

Он не закрывал глаз. Смотрел на неё, будто мог удержать одним лишь взглядом.

— Шири…

Она покачала головой, смахивая слёзы.

— Всё в порядке, Бен. У меня было пять дополнительных лет жизни. Настоящей жизни. Это был подарок. Помни об этом, когда будешь думать обо мне.

Он понял, что по его щекам текут слёзы.

«Когда я плакал в последний раз? Как я могу так любить женщину, которую не помню?..»

— Бен, я люблю тебя.

В следующее мгновение она исчезла.

Рана внутри него распахнулась. Гнев захлестнул, и он яростно рвался из невидимых оков.

Этого не могло быть.

Мадам усмехнулась.

— Думаю, наказывать тебя не нужно. Думаю, достаточно того, что ты проживёшь долгую, несчастную жизнь без неё, зная, что я убила её. — Она театрально вздохнула. — Или, возможно, я вернусь и убью тебя. Никто не знает. Особенно ты.

Когда агент «Гнева» исчез вместе с Шири, комната опустела. Бен рухнул на пол, словно лишённый мышц. Он не обращал внимания на боль — напротив, она его утешала.

«Девочки исчезли. Шири у Мадам. Я больше никогда её не увижу».

«Нет».

Эта мысль была неприемлема.

Он найдёт способ вернуть её. Любой ценой.

Джин ворвался в комнату в сопровождении своих людей.

— Бен. — Джин опустился на колени рядом с ним. — Ты в порядке?

Взволнованный тон брата заставил его поднять голову.

— Нет, я, чёрт возьми, не в порядке.

Двое мужчин схватили его за руки и посадили. Им следовало оставить его лежать на полу.

— Мне так жаль, Бен. В прошлый раз парни так легко её одолели. Я думал, всё будет так же. Они придут, мы их разгромим, и у нас появятся ответы.

Бен видел искреннее раскаяние в глазах своего старшего брата. Он хотел простить его, хотя и не был уверен, что сможет.

— Это был чертовски глупый план. У них было время подготовиться к нам. Это не похоже на одну из твоих операций. Мы не можем просто крушить всё вокруг, пока не получим желаемое.

— Я знаю это. — Джин заметно сглотнул. — Теперь.

— Оглядываясь назад, что ты этим хочешь сказать? — Бен изо всех сил старался не ударить брата. Вся его жизнь была огромной выгребной ямой, и он понятия не имел, что с этим делать.

— Слушай, признаю, я облажался.

— Ты так думаешь? Девочки пропали. Один из друзей Шири забрал их, но я понятия не имею, где они и увижу ли я их когда-нибудь снова. — Он закрыл глаза. — Шири попала в руки самой дьяволицы, и её собираются убить. Я даже не могу злиться на тебя, потому что ты просто делал то, что всегда делаешь, именно так, как привык.

Ненадолго между ними повисла гнетущая тишина.

— Что ты собираешься делать, Бен?

— Понятия не имею. — Он стал бить кулаком о пол, не заботясь о том, что сломает все кости в руке.

Джин схватил его.

— Бен!

— Ну разве это не трогательно?

Бен едва расслышал говорящего из-за грохота в собственной голове. Он тяжело дышал, поднимая глаза, и увидел мужчину, который забрал его дочерей, небрежно прислонившегося к комоду Эллы.

Бен вскочил на ноги.

— Где девочки? С ними всё в порядке?

— Они с друзьями. Они беспокоятся о тебе и о Шири, но с ними всё в порядке. Через несколько часов их отвезут в безопасное место, где никто не причинит им вреда и не найдёт их.

— Я не могу этого позволить. Они мои дочери. Вы не можете просто так забрать их навсегда, не сообщив мне, где они находятся.

Роман кивнул.

— Согласен.

«Правда?»

Бен не ожидал такого ответа.

— Согласен?

— Да. Ты очень хороший отец, хотя и конченный мерзавец.

— Эй, полегче, — крикнул Джин у него за спиной.

Роман в два шага преодолел расстояние до Бена.

— Я люблю её, придурок. Любил почти всю её жизнь. Я спас ей жизнь. Отвёл в безопасное место, а она даже не смотрит в мою сторону. Она никогда даже не думала обо мне в таком ключе. Нет, пять лет она только и мечтала вернуться к тебе. И что происходит, когда она возвращается? Её забирают, пока она спасает твою никчёмную задницу.

Бену хотелось врезать Роману.

«Он любил Шири».

Бен не имел права ревновать — женщина только что призналась ему в любви, — но он ревновал. Всё это было так хреново. Тем не менее он попытался найти разумный аргумент, хотя внутри у него всё горело от правдивости обвинений Романа.

— Я не помню её. Кто-то забрал мои воспоминания. Я не располагаю никакой информацией. Я не знаю, кому можно доверять.

Роман поднял брови.

— Я думал, ты смелее. — Он пожал плечами. — Похоже, я ошибался.

— Что это значит?

— Хочешь вернуть свои воспоминания? — Роман щёлкнул пальцами. — Вот, забери их обратно.

Перед глазами Бена замелькали вспышки света. Он услышал чей-то крик и понял, что это был его собственный голос. Он упал на пол, чувствуя, что голова вот-вот взорвётся.

«Семь...»

Шири медленно приходила в себя. Осознание возвращалось к ней постепенно. Сначала она поняла, что лежит на холодном, твёрдом полу. Из этого следовало, что она не дома, не в своём пляжном домике, в полной безопасности, и единственное, что её беспокоило там, — это отсутствие Бена и девочек. Затем её внимание привлекла боль в основании черепа — именно туда её ударил тот мерзавец из «Гнева».

Боль была чертовски сильной. Она застонала, жалея, что не вернулась домой, где Лорел могла бы её исцелить. Но этому не суждено было случиться, а место, где она сейчас находилась — где бы это ни было, — не было тем местом, где сбываются желания. На самом деле отсутствие надежды определяло облик этих Учреждений. Именно в них умирали мечты.

И вот она снова оказалась в одном из них.

Шири считала, что неплохо провела время на свободе, и, если задуматься, за эти годы она постарела на пять лет и приблизилась к сорока — возрасту, когда её должны были лишить жизни. По крайней мере, Мадам приблизит её к установленной законом дате.