— Какого охотника? — нахмурился коренастый.

— Который голема завалил, если верить россказням. Говорят, живёт где-то здесь, в лесу, словно зверь лесной.

Вакс презрительно фыркнул, и рыжая борода качнулась.

— Байки для тупых селян. Голема голыми руками не завалишь, это тебе не зайца душить и не курице шею сворачивать. Деревенские любят приукрасить, сочинить страшилку для детишек.

— Но экспедиция графа действительно потеряла людей, — заметил худой, и в его голосе прозвучала нотка сомнения. — Двенадцать из шестнадцати, если верить слухам. Это не выдумка — слишком много свидетелей.

— Потеряла. В лесу, от тварей. — Рыжий поворошил угли палкой, и сноп искр взлетел к тёмному небу. — Не от какого-то мифического лесного бомжа. Обычные опасности глуши — хищники, болотные монстры, ядовитые растения. Здесь полно дряни, способной убить неосторожного. Или даже осторожного, но невезучего.

— А если он реальный? Если всё-таки существует?

— Тогда мы с ним побеседуем. — Вакс многозначительно похлопал по рукояти меча, и сталь глухо звякнула в ножнах. — У меня есть богатый опыт бесед с теми, кто лезет поперёк дороги. Обычно они становятся очень сговорчивыми после первых нескольких минут разговора.

— Вот именно, — ухмыльнулся молодой Крыса, обнажая мелкие, желтоватые зубы. — Покажем местному лесовику, кто тут главный. Научим уважать серьёзных людей.

Я невольно хмыкнул — про себя, конечно, не издав ни звука. Интересная самоуверенность, граничащая с идиотизмом. Пятеро мужиков, из которых реальную угрозу представляет разве что Вакс — и то под большим вопросом, — пришли на территорию, которую я готовил к визиту целый месяц. На территорию, нашпигованную ловушками разной степени смертоносности. На территорию, где каждый куст, каждое дерево, каждая подозрительная кочка знакомы мне как собственные ладони.

И они собираются показать мне, кто тут главный.

Ну-ну. Посмотрим.

Оставался главный вопрос — что делать с незваными гостями?

Первый вариант напрашивался сам собой: убраться подальше, затаиться, переждать, пока они сами уйдут восвояси. Башню не вскроют — я видел собственными глазами, как это пыталась сделать экспедиция графа, выглядящая куда как внушительнее этих бичей. Ничего не вышло, если что. У этих шансов ещё меньше — ни магической поддержки, ни нужных знаний. Порыскают недельку, убедятся, что без ключа никуда, и свалят восвояси, проклиная потраченное время.

Логичный план. Безопасный. Но какой-то частью сознания я понимал, что это трусость, замаскированная под благоразумие.

Второй вариант — заявиться в открытую, потребовать убраться. Территория моя, здесь действуют мои правила. Если не послушают — огребут так, что потом долго будут рассказывать в тавернах.

Проблема в том, что их пятеро. Даже если Вакс и компания — не особые бойцы, пять на одного — хреновые шансы при любом раскладе. Особенно если старик действительно маг, пусть и слабенький.

Третий вариант был самым интересным. И самым рискованным.

Подождать. Понаблюдать. Собрать максимум информации о противнике. А потом — если понадобится — использовать все преимущества территории, которую знаю вдоль и поперёк.

Они не знают, что я здесь. Не знают местности — каждая тропинка для них загадка. Не знают ловушек — я расставил их десятки за прошедший месяц. Не знают, с кем связались, принимая меня за обычного лесного отшельника.

Я знаю всё.

Охота — это не про силу и не про численное превосходство. Охота — это про терпение, тщательную подготовку и выбор правильного момента для удара.

И, судя по всему, охота только начиналась.

Гости обустроили лагерь — криво, косо, без малейшего представления о маскировке и защите периметра. Костёр горел постоянно, даже днём, когда дым был виден за километры, словно приглашение для каждого хищника в округе. Палатки — две штуки, потёртые и дырявые, явно видавшие не один сезон — стояли на самом видном месте, будто их специально выставили напоказ. Охранение… а не было никакого охранения. Вообще. Ни дозорных, ни сменных постов, ни даже элементарных верёвок с колокольчиками.

Я чуть не офигел, когда осознал это в полной мере. Серьёзно? Пришли в неизвестную местность, полную хищников и неведомо чего ещё — и не выставили даже одного дозорного на ночь? Они совсем страх потеряли?

Или просто идиоты. Что, по здравому размышлению, представлялось гораздо более вероятным.

К вечеру группа выдвинулась к башне — все пятеро, никого не оставив в лагере. Типичная ошибка новичков, которые не понимают ценности тыла. Я следовал параллельным курсом, держась в тени деревьев на границе пустоши, скользя от укрытия к укрытию. Камуфляж работал отлично — они прошли в тридцати метрах от меня, переговариваясь на ходу, и ничего не заметили. Даже не почувствовали.

В башне начался настоящий цирк, и мне пришлось приложить усилия, чтобы не рассмеяться вслух. Собственно, начиная с момента, когда клоуны бодрым стадом вломились в неё, даже не подумав выставить охранение.

— Вот эта хрень, — Вакс ткнул пальцем в массивную каменную плиту под магическим кругом, без видимых швов и замочных скважин. — Как её открыть?

Старик с посохом подошёл ближе, осторожно провёл сухой ладонью по древнему камню. Его пальцы дрожали — то ли от возраста, то ли от волнения, то ли от прикосновения к чему-то, что ощущалось даже мне с такого расстояния.

— Запечатано, — произнёс он после долгой паузы. — Магия Старых. Очень сильная, очень древняя. Такие чары живут тысячелетиями и не слабеют с годами.

— И? — нетерпеливо бросил Вакс.

— И ничего. У меня не хватит силы это вскрыть. Даже если потрачу всю ману до капли, даже если сожгу себя дотла — этого не хватит и на сотую часть.

— Тогда какого хера мы тебя с собой тащили⁈ — взвился Крыса, сжимая дубинку так, что побелели костяшки пальцев. — Кормили, поили, терпели твоё нытьё!

— Чтобы я определил, что это настоящее хранилище, а не пустышка-обманка, которых Старые оставили немало для отвода глаз. — Старик невозмутимо пожал плечами, словно не замечая угрозы в голосе молодого психопата. — Это настоящее. За этой дверью — а это именно дверь — артефакты Старых, гарантирую. Я чувствую их присутствие, как чувствуют тепло очага в морозную ночь.

— И что толку, если мы не можем войти? Будем стоять и облизываться, глядя на закрытую дверь?

— Можем. Нужен ключ. Или очень, очень много времени и ресурсов — армия магов, работающих днями без перерыва.

— Ключ, — повторил Вакс задумчиво, почёсывая рыжую бороду. — Где его взять?

— Был у голема, который охранял башню до недавних событий. Если верить слухам.

— Голема больше нет. Развалили его.

— Значит, ключ где-то здесь, в округе. Или его забрали те, кто убил голема.

Ночью они напились.

Я не шучу и не преувеличиваю. Притащили с собой несколько бурдюков с какой-то местной бормотухой — судя по запаху, дешёвое пойло из забродивших ягод — и накачались до состояния полного нестояния. Песни орали на весь лес — фальшивые, непристойные, с припевами про разные части женского тела и подвиги на любовном фронте. Кто-то блевал за палаткой, судя по характерным звукам. Кто-то лез драться, размахивая кулаками.

Охотничий инстинкт фиксировал всё это безобразие в мельчайших подробностях, которые я предпочёл бы забыть. Хищники в округе тоже фиксировали — и благоразумно держались подальше от источника шума. Пьяный гвалт отпугивал лучше любой магии или охранных заклинаний.

— Сказочные долбоёбы, — вздохнул я себе под нос, устраиваясь на ночлег в развилке дерева метрах в ста от их лагеря. — Как их только из больницы выпустили.

Но долбоебы с оружием и желанием забрать то, что им не принадлежит. Недооценивать нельзя — даже дурак с мечом опасен, если подпустить слишком близко.

— ТВАРЬ! — орал Вакс и со всей силы врезал кулаком в камень. Хрустнуло — кажется, костяшки пальцев. — СУКА! НЕНАВИЖУ!

Это развесёлая компания искателей наживы попыталась вскрыть, очевидно, портальный камень. С помощью кирки и молотка. С предсказуемым результатом. Остальные благоразумно держались на расстоянии от впавшего в ярость командира. Я наблюдал сверху, с безопасной позиции на дереве, и мысленно делал заметки для будущего использования.