Хорошо. Теперь нужно создать подходящий протокол для интерактивного мониторинга состояния наших берсерков.

Активирован навык: «Базовое программирование».

Передо мной поплыли строки кода. Я прописал логику «срыва» и алгоритм оповещения: звуковой сигнал через интерфейс, вибрация на моём телефоне и телефонах тех, кто окажется рядом, вывод показателей на главный экран. Интегрировал. Скомпилировал. Готово.

Создан новый протокол: «Кардио-Страж».

Протокол интегрирован в ядро «Техно-Око».

Получено опыта: 150 × 3 = 450

— Держите, — я протянул браслеты Борису и Медведю. — Надевайте. И не снимать. Даже в душе. Теперь я буду следить за вашим сердцебиением в реальном времени.

Берсерки надели приборы и застегнули ремешки. В углу моего интерфейса появились два новых виджета. «Пульс Бориса: 75». «Пульс Медведя: 78». Ровные, спокойные синусоиды.

— Работает, — удовлетворённо кивнул я. — Но этого мало. Нужен кто-то, кто сможет их угомонить или хотя бы задержать.

Я повернулся к Искре. Она поймала мой взгляд и вопросительно подняла бровь.

— Твой «Огненный Кнут» отлично себя показал в бою с ними, — сказал я. — Тьма боится огня. А кнут позволяет держать их на расстоянии, не нанося летального урона.

Пиромантка усмехнулась.

— Хочешь назначить меня их нянькой? Дрессировщицей медведей?

Я шумно выдохнул. Идея мне не нравилась. Совсем. Она моя девушка, а я собираюсь сделать её первой линией обороны против бешеных громил. Но другого выхода пока нет.

— Я хочу, чтобы ты была их предохранителем, — серьёзно ответил я. — Если они сорвутся, ты единственная, кто сможет их сдержать до нашего прибытия. Ты справишься, Ань. Я видел.

Она самодовольно прыснула и повернулась к смущённым гигантам.

— Ну что, мальчики? Теперь я ваша госпожа. Шаг влево, шаг вправо — получите огненной плёткой по филейным частям. Будете у меня шёлковыми. Слушаться мамочку, ясно?

Борис и Медведь синхронно кивнули.

— А теперь, — я достал Кровавый Рубин. — Прежде чем мы начнём есть этот прекрасный плов, нужно поработать донорами. Передаём по кругу. Не сопротивляемся. Мне нужна мана. Много маны. Нам предстоит грандиозная работа.

Мы перестали быть беглецами. Мы стали захватчиками.

Двор нашего убежища превратился в филиал преисподней, совмещённой со стройплощадкой. Воздух дрожал и колыхался маревом от жара. Прямо над мощёной площадкой висели три моих персональных солнца, три одновременно запущенных «Тигля Инженера». Каждый из них представлял собой медленно вращающуюся голограмму плавильного горна, от которого исходило яркое свечение. Осенний воздух плавился вокруг них.

Раньше работающий «Тигель» почти не излучал тепла. Оказалось, что всё дело в настройках. Немного подвигав бегунок, я выбрал такой режим, чтобы находиться во дворе было комфортнее, и теперь избыток жара сбрасывается не в небытие, а в атмосферу. Главное, чтоб никто руки не тянул, иначе наши медики получат дополнительную практику по исцелению ожогов четвёртой степени.

Модуль: Плавка и Литьё

Температура: 1510 °C

Состав сплава: Сталь 97,3%, Углерод 0,12%, Марганец 1,5%, Кремний 0,8%, Медь 0,3%.

Объём: 100 кг.

Форма для литья: Стальные прутья (10 шт.)

Я стоял, скрестив руки на груди, и наблюдал за процессом. Три одинаковых интерфейса висели передо мной, как три окна в операционной системе. Конвейер. Я запустил конвейер по производству безопасности нашего будущего. Из трёх с половиной тонн трофейной танковой брони, срезанной с музейных экспонатов, я плавил будущее, в котором нам не придётся оглядываться на каждый шорох. Ну, и надо же её куда-то переработать, правильно? Раз мы собираемся грабить металлобазы, то скоро я получу доступ к хорошему сырью.

Сейчас металл, минуя стадию физической выгрузки, телепортировался напрямую в виртуальное чрево «Тигля», плавился там за счёт моей маны и превращался в то, что нам жизненно необходимо. Забор.

Наш элитный коттедж хорош всем, кроме одного: выход к воде. С трёх сторон у него высокий кирпичный забор, а со стороны реки только пирс и открытое пространство. И пусть мутанты к нам не подойдут благодаря печатям Василия, но людей они не остановят. Так что к нам в любой момент может причалить лодочка с вооружёнными энтузиастами. Оно нам надо? Нет, не надо. Так что укрепляемся.

Броневая сталь плохо годилась для моих целей, так что я поиграл с настройками, постаравшись довести её до состояния кортеновской стали. Эти манипуляции жрали дополнительную ману, но результат меня радовал. Плюс я получал бесценный опыт, и речь не про очки, которые отправлялись в мою копилку.

Я понизил содержание углерода для хорошей свариваемости. Увеличил содержание марганца и кремния. Добавил медь, это ключевой элемент.

Такой забор не будет нуждаться в уходе и покраске. На воздухе он быстро покроется слоем ржавчины тёмно-коричневого цвета, который будет защищать основу. Прочность, надёжность и простота.

Расплавленный металл поступал в литейные формы, а после деталь наскоро остывала без потери необходимых свойств, и я перебрасывал её на «Верстак», где проходила финальная «сварка» секции забора по чертежу. Делать секции цельнолитыми нецелесообразно, это бы снизило прочность конструкции.

Неподалёку, у самого пирса, трудились наши штрафники, Борис и Медведь. Сняв куртки и оставшись в одних тельняшках, они напоминали былинных богатырей. Их мускулистые шеи и руки блестели от пота, несмотря на прохладный ветер с реки. Они устанавливали винтовые сваи, которые я отлил ещё час назад. Каждая свая представляла собой стальной стержень с острым наконечником и широкой спиральной лопастью, покрытой толстым слоем оцинковки для защиты от коррозии.

Берсерки насадили на сваю тяжёлый стальной оголовок с проушинами, зафиксировав штифтом. В проушины вставили два длинных лома. Взявшись за их концы, они упёрлись и начали вращать, превратившись в единый механизм. Стальная свая со скрежетом и хрустом вгрызлась в плотный грунт.

Я заранее осмотрел берег. Он оказался укреплён профессионально. Бетонные плиты уходили под воду, образуя надёжную стену, а выше находились массивные габионы, проволочные короба, набитые крупным камнем. Бывшие хозяева явно не хотели, чтобы их участок сполз в реку. И это нам сейчас только на руку.

— Хорошо идёт! — крикнул Борис, упираясь ногой в землю. — Ещё пол-оборота!

— Ага, как в масло вкручивается! — отозвался Медведь, налегая на рычаг. — Лёхины сваи вещь!

«Не в сваях дело, — подумал я. — А в силушке богатырской».

Берсерки успели полностью восстановиться после ранений, пообедали и помылись, так что теперь поигрывали мышцой и бурлили энергией, которую требовалось направлять. Желательно, в мирное русло.

Звонкий системный сигнал отвлёк меня от созерцания их трудового подвига. Я специально настроил оповещение, чтобы не пропускать готовность изделий. «Верстак» в очередной раз закончил работу.

Изготовлен предмет: «Секция забора».

Получено опыта: 100 × 3 = 300

— Мужики, ловите! — крикнул я.

Берсерки, оставив рычаги, тут же подбежали ко мне. Я мысленно подтвердил получение. С характерным сиянием из воздуха материализовалась массивная секция забора. Не какая-нибудь сетка-рабица, а решётка из прутьев толщиной в два пальца, сваренных в жёсткую раму. Каждый прут заканчивался пикой, заточенной так, что муха сядет — пополам разрежется. Вес одной такой секции переваливал за сто пятьдесят килограммов.

Решётчатая рама качнулась, угрожая рухнуть в грязь, но четыре могучие руки тут же подхватили её.

— Опа! Взяли! — крякнул Борис. — Хороший металл, тяжёлый.

— Прям с пылу с жару! Как пирожок, только остывший! — подхватил Медведь, не замечая противоречий в собственных словах.

— Несите к остальным, — скомандовал я.

Берсерки с довольными улыбками, потащили тяжёлую секцию к импровизированной стапельной площадке, где уже лежали восемь других, остывающих сегментов. Я перебросил следующую партию заготовок на «Верстак». Один из «Тиглей» как раз закончил работу, так что я закинул в него очередную порцию металла прямо из инвентаря. Голографический горн вновь наполнился сталью, и процесс пошёл по новой.