— Не жарковато тебе, командир? — раздался девичий голос сбоку.

Я повернулся и посмотрел на Искру.

Она расположилась чуть поодаль, в зоне барбекю. Вытащила пластиковый шезлонг на улицу, устроилась в нём, накинув на плечи куртку, и листала какой-то глянцевый журнал, найденный в доме. Рядом, в костровой чаше, уютно потрескивал огонь, облизывая пару поленьев. Пиромантка развела его чисто «для настроения», как она сама заявила. Потому что тепла здесь и без открытого огня хватало с избытком.

— Не хочешь присоединиться к труду и обороне? — поинтересовался я. — Труд, он, знаешь ли, облагораживает. Сделал из обезьяны человека. Вдруг и из мага огня что-то путное получится?

Искра лениво перевернула страницу.

— Милый, ну я же выполняю твой прямой приказ! Присматриваю за качками! Держу «Огненный Кнут» наготове! Вдруг эти тестостероновые реакторы внезапно взорвутся? Нужно внимательно следить за ними, а это требует предельной концентрации.

— Работаешь, смотрю, не покладая рук, — с иронией заметил я, подходя ближе.

Девушка потянулась, как сытая кошка, и зевнула.

— А то! — прыснула она. — Бдю, как ты и велел. Глаз с них не свожу. Видишь, какие они послушные? Это всё моё благотворное влияние.

— Очень ответственный подход, — хмыкнул я. — Не переутомись.

— Постараюсь, командир.

В этот момент дверь коттеджа открылась, и на крыльцо вышла Вера. На ней был толстый вязаный свитер, который делал её ещё более хрупкой. В руках она держала поднос, на котором дымились три большие керамические кружки. Девушка осторожно спустилась по ступеням, стараясь не расплескать, и направилась ко мне.

— Лёша, я чай заварила. Ты уже три часа на ногах, сделай перерыв. Вот, горячий, с липой и чабрецом. Мёд нашла в кладовке, настоящий, гречишный.

Она протянула мне кружку. От напитка исходил божественный аромат. Я с благодарностью принял обжигающую керамику.

— Спасибо, Вер. Ты просто спасительница.

Я сделал глоток. Горячая, сладкая жидкость обожгла горло и тут же умиротворяющей волной прокатилась по телу. То, что нужно. Посмотрел на Веру поверх кружки. Она улыбалась своей фирменной, доброй улыбкой «сестры милосердия».

Однако пальцы, держащие поднос, едва заметно дрожали. Девушка храбрилась, изо всех сил делала вид, что всё в порядке, но я видел её насквозь. История с проклятием и пропажей её белья выбила медсестру из колеи. Она боялась. Боялась, что станет следующей. Что где-то там сидит колдун и уже тянет к ней невидимые нити.

— Как ты? — едва слышно спросил я. — Василий же нарисовал тебе знак? Ты при всех постеснялась, вы в сени выходили.

Девушка невольно коснулась живота через свитер.

— Нарисовал… Да, Лёша, всё хорошо. Правда. Я просто… волнуюсь за ребят. И за Олега Петровича.

Она врала, но я не стал давить.

— Отнеси парням, — кивнул я на реку. — Они там сейчас железо тягают.

Вера кивнула и поспешила к берегу. Берсерки встретили её радостными возгласами, словно она принесла не чай, а ящик пива.

— Верочка! Спасительница! — голос Медведя прогремел над водой. — Дай бог тебе жениха хорошего! — на этой фразе он выразительно ткнул локтем Бориса.

— Спасибо, Верунь! — добавил Борис и вернул другу тычок.

Их благодарность была куда более бурной и искренней. Борис принял кружку так бережно, словно это хрусталь. Вера смущённо улыбнулась, на этот раз теплее.

Когда она, собрав пустые кружки, направилась обратно в дом, её окликнула Искра:

— Эй, мать Тереза! А про меня забыла? Я тут, между прочим, на посту!

Вера остановилась, обернулась и с невиннейшим выражением лица произнесла:

— Ой, Аня… Прости. Я посчитала только тех, кто работает.

И, вздёрнув носик, упорхнула в дом.

Я расхохотался. Искра села в шезлонге, возмущённо глядя ей вслед.

— Ты слышал⁈ — она резко повернулась ко мне. — Это что за бунт на корабле? «Кто работает»! Да я сейчас…

— Остынь, — усмехнулся я. — Она тебя уделала. Техническая победа.

Искра фыркнула и, демонстративно полезла в инвентарь. Извлекла маленькую пачку апельсинового сока с трубочкой.

— Ну и ладно. Сама справлюсь. У меня свои запасы. И вообще, от мёда попа слипается.

— Тебе это не грозит, — заметил я, снова активируя интерфейс. — Ты столько калорий сжигаешь на генерацию сарказма, что можешь есть сахар килограммами.

Берсерки забрали следующую секцию забора. Я снова перебросил центнер стали из недр инвентаря в виртуальную плавильню. Посмотрел на оставшуюся ману и поморщился. Создание сплава и формовка жрали энергию, как не в себя. Мана таяла на глазах, как снег на раскалённой сковороде. Даже с моим возросшим интеллектом и пассивными бонусами, поддерживать работу трёх таких монстров было чертовски затратно.

Но я не унывал. План «Дойка», как его ехидно окрестила Искра, работал безотказно. Каждые два часа я обходил весь наш табор с Кровавым Рубином, выкачивая из каждого по половине запаса маны. Народ ворчал, но подчинялся. Они видели результат. Видели, как на их глазах из ничего вырастает крепость.

Сегодня вечером нужно сделать им подарок. Для общего блага. У меня и так хороший запас опыта, и он растёт с каждой выплавленной деталью и каждым крафтом на «Верстаке». Так что пора прокачать хотя бы тех членов группы, кого могу. И себя тоже. Выше уровень, больше маны.

Поглотив очередной кристалл, я продолжил работать.

Дверь дома снова открылась. На этот раз вышла Алина. Кутаясь в чёрный кардиган, она выглядела ещё бледнее, чем обычно. Девушка подошла ко мне и протянула сложенный вчетверо листок бумаги.

— Я всё сделала, — тихо сообщила она. — Расставила дощечки у всех окон и дверей, как ты сказал. И сняла мерки.

Я развернул листок. На нём схематически изображались оба этажа коттеджа и мансарда. Возле каждого окна две цифры, высота и ширина проёма. Двери из прихожей на улицу, из гостиной в бассейн и из нашей с Искрой спальни на балкон тоже получили пометки.

— Отличная работа, Алин, — кивнул я, убирая листок в карман. — Спасибо. Это сэкономит мне кучу времени. Запущу производство сразу после забора.

Брюнетка слабо улыбнулась уголками губ, но глаза оставались печальными. Хм, то же самое, что с Верой. Только дело не в страхе.

— Я просто… пытаюсь быть полезной, — прошептала она, обхватив себя руками. — Все что-то делают. Строят, лечат, охраняют. А я… будто застряла. Чувствую себя балластом.

— О, начался час самобичевания, — прокомментировала Искра, потягивая сок. — Алин, ты посуду хорошо моешь. Уже польза.

— Прекрати, — осадил я Искру, а затем внимательно посмотрел на Алину. — Ты не балласт. Но ты права в одном: ты застряла. Четвёртый уровень. Ты пришла к нам с ним, и с тех пор ни на шаг не продвинулась. Даже Олеся тебя уже догоняет.

Алина опустила голову.

— Я знаю. У меня просто… нет подходящих навыков для… для битвы. Я не способна убивать мутантов так легко, как вы. У меня не получается.

— Не бывает плохих навыков, — возразил я. — Бывает плохое применение. Покажи мне, что у тебя есть.

Девушка замялась, но послушно вывела перед собой полупрозрачное окно. Я подошёл и вчитался в список.

НАВЫКИ:

Навык: «Стрела Тьмы»

Описание: Выпускает сгусток тьмы, наносящий урон цели. Базовое атакующее заклинание.

Время действия: Мгновенно.

Стоимость: 5 маны

…

Навык: «Сглаз»

Описание: Ослабляет цель, снижая её меткость и координацию движений. Вызывает чувство подавленности и меланхолии.

Время действия: 2 мин.

Стоимость: 10 маны

…

Навык: «Покров Тени»

Описание: Окутывает мага тенями, делая его менее заметным для врагов. Снижает вероятность быть атакованным.

Время действия: 2 мин.

Стоимость: 20 маны

…

Навык: «Прикосновение Тьмы»

Описание: Накладывает на врага проклятие, которое наносит периодический урон тьмой, вызывая приступы слабости, озноба и головокружения.