В помещении жарко. Мимо меня то и дело кто-то проходит. Приходится быть осторожной, чтобы не разбить дорогущую посуду. К концу смены я выбиваюсь из сил, сажусь на стульчик и смотрю, сколько сделала сегодня. Не удивительно, что после мне не хочется дома мыть тарелки, ха!

— Держи, — Галина протягивает мне конверт. — Сегодня заслужила прибавки. И ещё вот это Маша тебе собрала, — впихивает в руку пакет с контейнерами.

В них полно еды. Очень вкусной. Я много раз видела, как они делят между собой наготовленное. Мне не всегда, но перепадает. Мама уходит на смены. В выходные будет чем подкрепиться.

— Спасибо.

— Не за что, Ленчик. У нас впереди еще один фуршет, так что ждем тебя завтра и после завтра. Сможешь?

Киваю.

Прощаюсь со всеми и выхожу во двор. Темно. Даже луны не видно. Лишь вдалеке светит фонарь. Обхожу здание, накидываю капюшон на голову и вспоминаю, что я теперь с древним телефоном. Со стоном достаю его из кармана, вызываю такси с десятого раза, потому что линия занята, и делаю пару шагов вперед. Машина подъедет к парадному входу. Ежусь. Сентябрь, а уже холодно. Пора доставать ветровку. Завтра так и сделаю. Даю себе мысленную установку утеплиться и, глядя в меню телефона, иду дальше.

Не успеваю понять, как все случается. Мимо со скоростью света проносится спорткар. Пакет вылетает из рук вместе с мобильником. Я сама с трудом удерживаю равновесие.

— Ну что такое, а… — хлопаю ладонями по бедрам и опускаюсь, чтобы собрать контейнеры.

Хорошо, что все уцелело, а то получила бы потом нагоняй от Галины. Телефон тоже в порядке. Вот уж, действительно, древность. Рассматриваю его со всех сторон. Как раз в этот момент спорткар возвращается, а я медленно поднимаюсь, настороженно глядя на то, как тонированное стекло с водительской стороны опускается вниз.

— До дома добросить, сирена?

Нет, ну какой же козел…

А глаза у Стрельника, как у демона. Тем более в полумраке. Одна его рука покоится на руле, а второй он подпирает подбородок и смотрит на меня со скучающим выражением лица. Ночь. И чего ему дома не сидится? И почему именно ЗДЕСЬ Роман решил прокатиться? Мало улиц в городе?

— Язык проглотила? — криво улыбается. — Смотри, а то он у тебя слишком острый, как бы проблем с желудком не возникло.

ГАД!

— Зато тебе нечего бояться, — прищуриваюсь, сжимая телефон и ручки пакета пальцами, — твой-то через забрало свисает.

Свой я вот и проглотить не могу и прикусить не получается. Вместо того, чтобы разозлиться, как все ребята, Стрельник усмехается.

— Садись, — кивает на соседнее сиденье, — а то нарвешься на неприятности.

— С чего вдруг такая забота? А на неприятности я могу нарваться, сев к тебе в машину.

И вообще откуда у него спорткар? Ни разу не видела Стрельника за рулем. Его всегда привозит отец или водитель. Он ведь пташка из высших слоев.

— Даже так, — улыбается, оголяя белые зубы, которые в темноте можно использовать вместо фонаря.

Так блестят, что ослепнуть, как раз плюнуть.

— Так даже, — злюсь на него.

В грудной клетке до сих пор переполох от испуга. Надо же⁈ Второй раз и снова на него нарваться! Вот не пересекались мы раньше, и бед не было, а теперь…

— Что же, — вдыхает и хитро прищуривается, — раз тебе твой телефон не нужен…

— Что? — в порыве эмоций делаю шаг к машине, но тут же застываю на месте, скашивая на него подозрительный взгляд. — Мой телефон? Так это ты его забрал?

— Ты садишься или нет? — темная бровь взлетает вверх и теряется в прядях волос, которые спадают на лоб. — Скучно с тобой стало… — отворачивается, помещая руки на руль.

Только сейчас замечаю, что одет он официально — в белую рубашку с галстуком, который болтается на шее развязанным. Ворот поднят вверх, а рукава закатаны по локоть.

Наверное, не стоит так глупить и садиться к нему в машину? В конце концов, можно походить и с динозавром в кармане. Не убудет же от меня? Единственное, что плюхается на чашу весов с запросом «да», — компромат. Я обязана отнести его директору, если, конечно, информация на смартфоне уцелела.

Пока я размышляю с напряженным выражением лица, Стрельник уже активно жмет на педаль газа, показывая, что ждать не намерен. Ноги дергаются вперед корпуса, и я практически теряю голову около ресторана. И ведь правду, видимо, говорят, что от него девчонки с мозгами прощаются. Лиза, например.

Долго дергаю на себя ручку, пока Роман не поднимает дверь сам. Взгляд насмешливый, словно я тут вместо клоуна. Быстро убираю древний телефон в карман. Стыдится нечего, но антураж в салоне, и я со своими находками с раскопок, уж слишком играем на контрасте. Сажусь и аккуратно опускаю дверь. Сердце срывается на неровные скачки.

Теплый поток воздуха неожиданно расслабляет, а еще в салоне пахнет кожей и парфюмом с древесными нотками. Ерзаю по сиденью, когда машина резко срывается с места. Адреналин тут же прыскает в кровь. Мамочки!

Сильнее прижимаю пакет к себе и смотрю, с какой скоростью несется спорткар по дороге. Ужас!

— Первый раз? — Стрельник скашивает на меня насмешливый взгляд.

И что он имеет в виду, простите?

Мой страх или гонки по горизонтали?

— И последний, — ворчу вполне уверенно, вжимаясь спиной в сиденье.

— Можешь пристегнуться, — посмеивается, а я…

Я опускаю пакет в ноги и дергаю ремень безопасности, потому что слишком жутко находиться в салоне Боинга.

Рывок.

Заедает.

Со стороны Стрельника слышен смешок.

Дергаю повторно.

Та же песня…

— Нежнее, сирена. Это тебе на кнопочный телефон.

Щеки моментально припекает.

Заметил…

Я сцепляю зубы вместе и делаю то, что он говорит. Пристегиваюсь, славам всем богам! Хорошо, что на голове до сих пор капюшон, а так бы Роман увидел, НАСКОЛЬКО эмоционально я воспринимаю каждое его слово. Немного успокоившись, вспоминаю, зачем села в машину.

— И где мой телефон?

— Его здесь нет, — Стрельник спокойно пожимает плечами.

Поворачиваюсь корпусом к нему. Глаза увеличиваются до гигантских размеров от возмущения.

— Прошу прощения, что?

Мои губы сами расплываются в истеричную улыбку. Села-таки в тачку к маньяку! Прям дешевый американский фильм ужасов!

— Прощаю, сирена, — скалится гад, поворачивается и подмигивает мне. — А сейчас держись, прокатимся с ветерком.

Что⁈ Так это мы без ветра ехали⁈

Меня мутит…

Картинки за стеклом меняются нереально быстро…

Я даже не могу понять, где мы находимся.

Скашиваю взгляд на Романа, и поражаюсь!

Он успевает не только следить за дорогой, но и уверенно переключает музыку, которая играет тихим фоном в салоне. От кистей вверх идут узоры татуировок, на которых я залипаю.

Вообще я не фанатка таких «украшений», но не могу отрицать тот факт, что маньяку за рулем они к лицу.

— Пялишься на меня, — не спрашивает, а бетонно утверждает.

И да! Я пялюсь!

Всегда видела его только издалека и намеренно отводила взгляд, чтобы не вставать в один ряд с Лизой и другими девчонками, которые по нему сохнут. Конечно, Рома не единственный симпатичный парень в школе. Все его друзья ничего так.

— Запоминаю черты лица и отличительные особенности, — прищуриваюсь, — чтобы при неприятном исходе событий точно описать тебя полиции.

— Хм, как интересно, — улыбается, бросая на меня насмешливый взгляд, — но, насколько я знаю, трупы не разговаривают.

Открываю рот, чтобы ответить, но так и застываю, возмущенно втягивая в легкие кислород. Надеюсь, что Стрельник так глупо пошутил. Пошутил, конечно. Пошутил ведь?

— Умеешь, как рыбки делать? — улыбается гаденыш и свободной рукой нахально сжимает мне щеки, от чего мои губы складываются бантиком. — Милота, — скалится, когда трескаю ему по пальцам, освобождая себя от вражеского захвата.

А ему смешно!