****** SaddyM: Еще бы! После всех дурацких придирок… Воду он не так пил! Идиотизм в чистом виде.

* NinaRi: Я рада, что айдолы начинают говорить о психологическом давлении. Хару поднял важную тему, я горжусь им.

** BobbyBro: Я очень надеюсь, что его «аналитики будут меня ругать» — это устно пожурят, а не заставят писать извинение от руки, как это обычно делается в Корее.

*** NinaRi: За позицию в отношении Нобу ему извиняться не пришлось. Думаю, именно Хару может такое говорить.

* WarmCap: Все говорят о его смелости, и это понятно. Но я обратила внимание на фразу по поводу Чанмина: этого человека он считал другом, но слава изменила его настолько, что Хару не просто перестал его понимать, но и уважать больше не может. Это тоже очень смело для айдола.

** SKinHeart: Особенно тем, что он признал очевидное: он считал Чанмина другом. Но в прошлом. Один поступок заставил Хару полностью изменить к нему отношение.

*** WarmCap: Ходят слухи, что все началось еще раньше, до аварии. Возможно, сначала Хару перестал его понимать, а из-за аварии — уважать.

**** SKinHeart: Учитывая, что Чанмин говорил в суде… я тоже окончательно перестала его уважать.

Ближе к вечеру Минсо пригласила в кабинет Кахи, а Анки пришла сама. Она была бодрой и довольной — уже вечер, а она все еще хорошо себя чувствует, и так уже не первый день, что не может не поднять ей настроение. Кахи тоже выглядела безмятежно.

Разумеется, никто не собирался заставлять Хару извиняться. Мало того, Минсо внутренне надеялась, что он скажет что-то подобное. Просить его об этом не стали бы: это не сработало бы так хорошо, если бы его слова не были искренними. Любая фальшь — и поклонники отреагируют совсем иначе.

— Ну, как твои аналитические предсказания? — бодро спросила Анки.

— Сказал он лучше, чем я бы сама написала ему речь, — ответила Кахи, — Эффект ровно тот, на который я надеялась: фанбаза чувствует себя правыми воинами и готова за него в огонь и воду.

Минсо, не выдержав, хихикнула. Если бы Хару не сделал это сам сегодня, им пришлось бы просить его провести еще один стрим. Ввиду того, что ждет группу в будущем, им нужно максимально укрепить связь с текущей фанбазой.

— Четкая линия «свой-чужой» проведена, — продолжила Кахи, — Теперь внутри фандома все готовы их поддерживать во всем, ждать нормальных объяснений в любой кризисной ситуации.

— А что насчет тех, кто сохранял нейтралитет? — уточнила Минсо.

— Пока там все неоднозначно, — ответила Кахи, — Одни хвалят за смелость, другие ругают за наглость. Но это предсказуемо, учитывая, какую тему он затронул. Что говорят наверху по этому поводу?

Минсо улыбнулась, внезапно вспомнив:

— Директор Пак должен мне бутылку вина. Мы поспорили. Неделю назад, когда обсуждали кризис внутри фанбазы, говоря, что фанатам сложно долго поддерживать артистов, когда их постоянно хейтят, и нужен какой-то символ, чтобы убедить их в правильности выбора… Директор Пак тогда сказал, что нужно хорошо поработать с формулировками и подготовить Хару… а я сказала, что он может сказать это сам, на своем стриме ко дню рождения.

— Так вот почему вы запретили мне его инструктировать! — удивленно воскликнула Кахи. — Это был спор! Но как вы поняли, что он вообще заведет эту тему? Никаких предпосылок этому ведь не было…

— Хорошо его изучила, — честно ответила Минсо. — Он ненавидит терпеть что-то молча — либо выскажется, либо отомстит. До концертов в Токио я еще сомневалась, но на выходных поняла, что он чертовски зол. Вчера только убедилась в этом.

— Чертовски зол? — удивилась Кахи. — Мне наоборот показался очень расслабленным…

Анки тихо засмеялась, но причину своего смеха объяснять не стала, просто покачала головой.

Они втроем в полном молчании отхлебнули из чашек и Анки спросила:

— Я правильно понимаю: боссы телеканала на нашей стороне в плане условий продвижения группы?

Минсо кивнула:

— Их с самого начала влияние интересовало больше денег. Но проблема как раз в том, что денег на группу у них пока нет… особенно после этого конфликта с актерами…

И снова молчание, теперь уже печальное.

Конфликт с актерским отделением начался еще весной, когда в агентство пришла сотня новых трейни. Помещений не хватало, и директора отдали два актерских зала музыкальному отделению. Девчонок-трейни особенно много, они конфликтовали между собой, часто сидели толпой в коридорах, занимали места в прежде пустовавшей столовой. Старшему составу учителей актерского направления это жутко не нравилось, они начали жаловаться. Потом еще из-за Black Thorn начались попытки проникнуть в агентство через боковые двери, из-за чего их попросту закрыли, запретив выходить через них даже ради перекура. Это стало причиной еще большего недовольства у актеров — там-то курит каждый второй, это певцам и танцорам сложно выдерживать темп тренировок из-за одышки от сигарет.

Уже тогда начались первые жалобы руководству — трейни с музыкального слишком много, еще эти сасэнки, постоянно какая-то беготня, парни-айдолы вечно занимают тренажеры в спортзале, не хватает мест в столовой… Минсо не обращала на это внимания — просто старички опять хотят жить в своем болотце, подальше от перемен. Не учла только, что актеры с телеканалом уже давно и могут продавливать нужные им решения.

В общем, музыкальное отделение в следующем году переедет. Не сразу, разумеется, а осенью, потому что здание в процессе строительства. Минсо задавали вопросы по поводу устройства помещений, количества комнат и тренировочных зданий, взяли контакты ее племянника — новое здание проектировал Им Чимин. Это было еще весной. Но тогда она и представить не могла, что все сделают настолько быстро, Чимин еще не закончил окончательные расчеты, а уже начали копать котлован под здание.

С одной стороны — отдельный офис решает множество проблем. Прекращает споры с ворчливыми актерами, например. Еще позволяет перевести офисных сотрудников из съемных помещений внутрь агентства. Ну, и в новом здании будет отдельная, заранее спланированная пристройка для студии звукозаписи — то есть, Encore тоже переезжает.

Но есть и другая сторона — именно из-за строительства нового здания у телеканала нет возможности самостоятельно спонсировать камбеки Black Thorn еще как минимум полтора года.

Телеканал создавал агентство талантов и собственную группу не столько ради денег, сколько ради расширения влияния. Деньги, разумеется, тоже важны, но популярность в данном контексте им важнее. Они готовы были бы подождать немного. Если бы не чертово здание…

Минсо тряхнула головой, прогоняя эти мысли. Строительство не остановить, котлован и подземные этажи уже готовы, все делают так быстро, словно от скорости зависит чья-то жизнь. Значит, с текущей ситуацией придется справляться самостоятельно. Директор Пак, правда, предлагал личные инвестиции, но он не располагает достаточными суммами.

— О чем задумалась? — спросила у нее Анки.

— Сейчас поняла, что Хару вечно везет, — хмыкнула Минсо, — Новое здание строится рядом с Сонбук-дон. Он снова сможет ходить домой пешком.

На несколько секунд повисла тишина, а потом Анки и Кахи тоже начали тихо хихикать. Кахи напомнила:

— Универ, в который он хочет поступать, тоже рядом.

Минсо оставалось только качать головой. Ей вот предстоит искать новую квартиру, потому что ездить каждый день на работу из Каннам-гу будет очень проблематично. Может, попросить Хаджин сдать ей в аренду пару комнат? Дом-то огромный, вдвоем им там слишком просторно… Надо будет подумать об этом.

Хару внутренне ожидал, что ему позвонит недовольная Кахи и отругает за нечаянный монолог про психологическое состояние группы. В сети из-за этого, по всей видимости, поднимался настоящий шторм, который Хару не ожидал.