В тот момент, когда партнерши открыли люки в своих «коробках», Наён даже привстала с кресла. Чтобы комфортно двигаться внутри коробок, у парней должно было быть достаточно места. Высота кубов — как минимум метр девяносто пять, потому что рост Шэня почти метр девяносто. Девушки, прежде чем спрыгнуть, сели на пол, опустили ноги в люк, а снизу их поймали парни… Все равно выглядит самоубийственно… Нет, Наён понимает, что этот «трюк» хорошо отработан — видно, что парни готовятся ловить партнерш, девушки даже на секунду не замешкались перед прыжком… но со стороны выглядит страшно.

Последующий совместный танец и разбитое стекло (если это вообще стекло) лишь усилили эффект чего-то невероятного.

Наён начисто забыла, что обещала себе вести себя прилично и не орать как ненормальная фанатка… но на этом моменте она начисто забыла об этом обещании — сорвала голос вместе со всем залом. Было немного неудобно, что в гостевой ложе так себя вела она и еще две девочки, на них все смотрели… Но эмоции в тот момент были слишком сильными.

Наён все же решилась и пошла вместе с папой за сцену, фотографироваться с Хару. И уже на месте поняла, что… некоторые вещи не понимает.

Ей казалось, что Хару выслал папе билеты, потому что тот как-то помогал ему с карьерой, фотографировал. Но их короткое общение было каким-то… более личным. Хару знал и Хаджин, и Чимина, у них были общие темы для разговора.

— Мы приготовили тебе подарок, — сказала Хаджин, — Ты же в понедельник будешь дома? Доставят с утра.

— Доставят? — удивился Хару. — Скажите, что это не стол в форме кота — Хансу шутил, я не настолько люблю котов…

Все почему-то начали смеяться.

— Нет-нет, не стол. И коты там никак не фигурируют, — ответила Хаджин. — Захотели сделать тебе небольшой подарок на новоселье, но быстро такие вещи не делаются, поэтому дарим позднее.

Наён нахмурилась: на новоселье? Она понимала, что Хару не останется в старом доме, после того «концерта» у него под окнами. Но почему папа с семьей был на его новоселье?

— Вы очень хорошо выступили, — уверенно сказал Чимин.

— Правда? Спасибо. Но я удивлен, что это говоришь ты… Мне даже как-то неловко, — смущенно признался Хару.

— Да, меня предупредили, что я — не целевая аудитория, — тихо засмеялся Чимин и хитро посмотрел на Наён.

Наён смутилась еще больше. Вообще, она тоже принесла Хару подарок. Так, на всякий случай. Хотя… кого она обманывает? Ей эта вещь не нужна, она заказывала ее через специального человека, ждала доставки из США — все это точно не для того, чтобы оставить подарок у себя. Поэтому она нащупала шершавую крафтовую бумагу в сумке, готовясь вытащить ее наружу, как только подвернется момент.

— Вы очень хорошо выступили, — продолжала нахваливать Хару Хаджин, — Такая сценическая экспрессия, такие красивые танцы. И я бы не сказала, что это выглядело слишком… как вы это называете?

— Фансервисно, — подсказал Хару, — Если вы имеете в виду — ориентирование на определенную категорию слушательниц.

— Именно. Все было понятно и стороннему зрителю, я не чувствовала себя некомфортно из-за слишком явных заигрываний с фанатками, — уверенно сказала Хаджин, — Я искренне наслаждалась.

— Мне тоже понравилось, — добавил Чимин. — Если весь к-поп такой — то я понимаю, почему музыка моей родной страны так популярна в мире.

Они снова начали тихо смеяться. Наён крутила головой, слушая всех по очереди, ощущая себя немного лишней. Как давно они знакомы? Почему настолько хорошо общаются?

Потом сделали несколько фото. Не для прессы, просто на память.

Наён познакомилась с мамой Хару. Та казалась совсем маленькой рядом с рослым сыном, смущенно улыбалась и цепко прижимала к себе красивую сумочку Chanel. Если быть точнее — она так крепко держала эту сумку, что даже костяшки побелели. Пиджак на ней тоже был от этого бренда, винтажный — сейчас так уже не шьют. Хару похож на маму. Не сильно, но общие черты однозначно прослеживаются.

Когда закончили с фотографиями и разговорами, папа с Хаджин и Чимином собрались уходить. Наён глубоко вздохнула, вытащила из сумки свой подарок и протянула Хару:

— Это подарок, в честь первого концерта. Книга.

— Книга? — удивился Хару и искренне улыбнулся: — Спасибо. Я почитаю.

— Возможно, ты ее уже читал на корейском… этот вариант на английском.

Хару благодарно кивнул. Наён мысленно поблагодарила корейские традиции не открывать запакованный подарок сразу после дарения. Хару вежливо передал сверток маме, чтобы та увезла его сразу домой — в понедельник посмотрит. Наён смущенно улыбнулась.

Она купила первое американское издание «На западном фронте без перемен» Ремарка… с прижизненным автографом автора. Хотелось надеяться, что подарок ему понравится… и не разозлит, когда Хару поймет стоимость. Но не могла же Наён подарить ему обычную книгу?

Телеграмм-канал «К-поп головного мозга»

Прошел первый концерт группы Black Thorn, и я хотела бы поговорить об этом. На концерт я иду завтра, у меня один из самых дешевых билетов, потому что я — бедная студентка, но и не пойти не могла. Рада, что я все же выкупила те билеты — сегодняшние видео в сети практически кричат, что это был лучший концерт за последние годы. И под «лучшим» я имею в виду именно организацию того, что происходило на сцене, без учета крутости исполнителей или уровня удобства для зрителей. Давайте просто признаем честно: не каждая топ-группа вкладывает столько денег в оформление и спецэффекты, сколько вложило относительно небольшое агентство. Про хореографию вообще молчу — сейчас вся Корея говорит о танце теней и прыжке партнерш в объятия мальчиков. У меня тоже екнуло сердечко в этот момент… раз пятьдесят — примерно столько видео с этими моментами я успела посмотреть.

Но сначала хочу поговорить вообще о группе.

Сейчас Black Thorn очень популярны и, увы, совсем не в положительном ключе. Разумеется, из-за Чанмина.

Я думаю, для любого человека понятно, что сесть настолько пьяным за руль — это уже «красный флаг». Если в таком состоянии ты стал причиной аварии на дороге, то лишение прав и штраф становятся справедливым наказанием. А если по твоей вине еще и пострадали люди — это уже повод для уголовного дела. Никто не хочет встречаться на дороге с пьяным водителем. То, что Чанмин — популярный айдол, лишь усиливает негатив. Мало того, что он совершил преступление, так он еще этим нарушил негласное правило медийной личности: ты должен думать, что делаешь, потому что являешься образцом для молодежи.

В странах Азии любой «плохой» поступок бросает тень на весь коллектив. Это то, что бывает сложно принять людям с западным мышлением: там ты сам как получаешь награды, так и отвечаешь за свои провалы. В Азии все не так. Если ты находишься в коллективе, то вы работаете сообща. И пускай за успех одного премировать всю команду не будут, но другие типы поощрения обычно бывают — как минимум, всех похвалят за поддержку такого ценного сотрудника. Это я к тому, что и в к-поп группах все так работает. Люди оценивают группу, не забывая о поведении каждого отдельного участника. Поэтому к Black Thorn как к коллективу есть ряд вопросов. На камеру парни делали вид, что дружат, что у них хорошие отношения. Почему они раньше не повлияли на Чанмина? Почему не проследили за тем, как он себя ведет? Быть может, они все такие, поэтому Чанмин так и поступил?

Фанаты, конечно, защищают группу. Сейчас нашли уже миллион подтверждений, что раскол в группе был заметен давно — и что Royal Four с момента финала шоу превратилась в Royal Three, и что в записях группы парни мало взаимодействуют с Чанмином, и что на Water Bomb он почти не общался с остальными, и что в аэропортах, на записях, он сидит отдельно. Некоторые даже говорят, что его исключили из группы сами парни, поэтому частично виноваты в его преступлении — типа, ему было одиноко, поэтому он стал… идиотом. Последнее — это уже доводы хейтеров.