Когда Сай переезжал, парни решили сменить соседей. Тэюн занял кровать Чанмина в комнате Сухёна. На место Тэюна переехал Юнбин, а кровать Юнбина в комнате Ноа отдали Саю. Первоначально это делали, чтобы новенькому Саю было чуточку комфортнее. Все в группе понимали, что ему будет сложно стать частью сработавшегося коллектива. Подселить его в комнату к тому, с кем он хорошо общался все это время — это их попытка уменьшить уровень стресса. Тогда Тэюн предложил заодно и Юнбину поменяться местами — он переедет к Сухёну, потому что у них похожие ритмы сна и бодрствования, одинаковые увлечения, а Юнбину будет лучше с более спокойным Шэнем. Так и сделали. Итоговый вариант, судя по всему, нравился всем больше первоначального… особенно Сухёну. Если раньше их макнэ постоянно тусовался в гостиной, стараясь лишний раз не беспокоить Чанмина, то теперь по вечерам он громко хохотал вместе с Тэюном, и это несмотря на усталость. Шэнь с Юнбином купили себе огромный Lego и собирали его на одном из письменных столов, фоном то ли смотря, то ли слушая какие-то мистико-фэнтезийные сериалы. Тоже спелись, так сказать. Хотя Тэюн говорил, что они с Сухёном тоже хотят купить конструктор, но уже после тура. Хару был уверен, что Ноа с Саем не отстанут от общей тенденции — 100% купят себе набор через месяц. Хару про себя подумал, что ему конструкторы как-то неинтересны, так что отсутствие соседа по комнате стало особенно кстати — он бы не смог разделить восторг от собирания дракона из цветных кубиков.
В этот день Хару казалось, что он от волнения не сможет уснуть, поэтому он оттягивал этот момент — неспешно принял душ, выпил ромашковый чай, обменялся сообщениями со всеми, кого пригласил на концерт.
Во всей этой нервотрепке он всё же не забыл, что отправлять билеты положено не только родственникам, но еще друзьям и дружественным брендам, для чего Хару пришлось заранее всех обзвонить — он сделал это еще на прошлой неделе. Агентство предоставляет артистам по три бесплатных билета. Остальных своих гостей артисты спонсируют сами. Хару в общей сложности пришлось купить девятнадцать билетов. Представители фэшн-брендов взяли по одному месту. А вот Пак Вонбин, директор банка, лицом которого является Хару, смущенно попросил прислать два билета, для дочери. Хару только уточнил — исполнилось ли дочери шестнадцать. Еще Хару пригласил Минхёка с семьей, нескольких знакомых ведущих… рэпера Бохёна. Хотел пригласить и кузину, но не получилось — ей нет шестнадцати. Хансу тоже не придет по этой же причине. На фанмитинге к этому относились проще, но тогда и ситуация была другой. Если сейчас в сети узнают, что на концерт 16+ пришли несовершеннолетние родственники мемберов… это лишь добавит хейта.
Почти все приглашенные люди будут сидеть на отдельной трибуне. Так делается преимущественно для того, чтобы у друзей и партнеров группы не было необходимости сражаться за билеты с фанатками. Если места на особой трибуне не разойдутся по знакомым, их выставят на продажу перед концертом… это в теории. На деле остатки обычно распродаются знакомым знакомых.
Хару сказали, что большая часть приглашенных на концерт потом аккуратно возвращает деньги за билеты. Но он действительно не видел ничего ужасного в таких подарках, несмотря на приличные траты. Концерты проходят не особо часто, а большая часть приглашенных, на взгляд Хару, — неплохое вложение в будущее… Да и сам факт того, что все эти люди согласились прийти на концерты в самый разгар такого мощного скандала вокруг группы… Это ценно.
Поэтому перед сном Хару еще раз проверял сообщения, чтобы убедиться, что все придут. Большая часть приглашенных будет именно завтра, в воскресенье придет только представитель Cartier. Ему, к слову, Хару удивился больше всего. В отличие от Calvin Klein и Bouchard, контракты с которыми действительны, с Cartier ничего не подписывали — так, пара фотосессий, да еще Хару с Тэюном ходили на открытие бутика. Кахи осторожно заметила, что ювелирные бренды очень осторожны — вряд ли они предложат контракт в ближайшее время. А жаль. Кольца с пантерами Хару нравились.
Как бы там ни было, он просидел с телефоном почти до часа ночи. А потом решил, что все же попробует уснуть… и провалился в сон, как только поудобнее устроился в постели.
* * *
Подготовка к концерту начинается не особо рано утром. Сам концерт в шесть, саундчек (а он проходит перед зрителями) — в четыре. Встать нужно до полудня. Репетиции перед самим концертом не будет, потому что вокруг стадиона уже полно фанатов. Чтобы занять выгодное место у баррикад, многие девчонки занимают очередь еще в четыре утра. Они бы и ночевали на улице, у стадиона, но полиция их разгоняет.
По словам менеджеров, девушки сидят на земле с раннего утра и до открытия регистрации. Еще утром открываются палатки с мерчем и лайтстиками.
У New Wave это первый концерт, фанмитинг зимой был пробной версией такого события. Они кое-чему научились на собственных ошибках. Например — мерч теперь можно не только покупать, отстаивая длинную очередь, но и заказывать через интернет для самовывоза, заходя за заказом в другую палатку.
Хару и остальных парней привезли на стадион к трем часам. Они немного разогрели голоса перед саундчеком, еще раз походили по сцене, пообщались с режиссерами, выслушали напутствие от Минсо.
В гримерке Хару слышал сплетни стаффа. Из-за концерта было особенно много малознакомых людей, поэтому царила атмосфера легкого хаоса, что немного… воодушевляло. По крайней мере — его. А еще забавляли некоторые моменты.
Например, бегущая по коридору женщина, которая громко кричала в динамик телефона:
— А я сказала — вези лайтстики немедленно! Ты представляешь, сколько мы денег теряем⁈ Грузите их сейчас же!!!
Когда Хару уже направлялся на саундчек, эта же женщина бежала в обратную сторону:
— Да сделают этих пантер для Японии! Вези всё сюда!
Кажется, продажи мерча идут особенно хорошо… Это радует — чем больше они заработают на концерте, тем лучше будет отношение к группе. Сейчас, когда группе перемывают косточки все СМИ страны, это будет особенно важно.
У них — крытая арена, не совсем стадион. Воздух прохладный из-за работы кондиционеров, поэтому на саундчек парни выходили в худи и толстовках. У сцены — те, кто купил вип-билеты, именно они имеют ранний доступ. Трибуны пока свободны. Хару про себя подумал, что лично он не стал бы приходить на концерт за три часа до начала, чтобы посмотреть, как артисты исполнят пару песен без хореографии и сценических костюмов, но… фанаткам виднее, конечно.
Выйдя на сцену, они выстроились в линию, кланяясь. Хару сразу начал говорить — он нервничал и решил признаться в этом заранее.
— Это наш первый саундчек, — сказал он, — Мы немного волнуемся…
В зале раздались возгласы поддержки. Хару продолжил:
— Возможно, будем звучать немного неуверенно. Простите за это.
Он поклонился. Парни повторили его маневр.
Это не обязательно — саундчек и не должен проходить весело и задорно. Но сейчас у группы такое время, что лучше извиняться вообще за всё.
Включили музыку, они исполнили первую песню, потом вторую. В толпе уже мелькали игрушки, в том числе — лягушонок Сая. Он сам выбрал себе маскота, еще и доказывал стаффу, что действительно хочет лягушку и понимает, что его зеленая лягушка будет в оранжевом костюме, ему плевать. Цвет костюмчика, в итоге, сильно приглушили, сделав его пыльно-терракотовым, очень спокойным. Хару эти лягушата веселили. Пока одни комплексуют о внешности, Сай: «У меня большой рот, длинные конечности и я умею высоко прыгать, хочу быть лягушкой». Это одновременно и забавно, и очаровательно. Не такой уж большой у него рот, к слову.
Еще интересна история с птичкой Юнбина. Первоначально это был белый голубь. Но в Корее не приняли этот маскот, все ворчали, что даже белый голубь — это все равно «летающая крыса». Поэтому голубь осторожно превратился в «просто птичку» — все еще белый, но уже не похожий на какой-то определенный вид. Хотя Юнбин немного расстроился — Голубка Мира казалась ему хорошим отражением его личности.
