И это сделали его фанаты.

И не только это.

Но тут важна предыстория, конечно. Фанбазы Black Thorn вели себя достаточно взросло в плане реакции на аварию Чанмина. Они быстро переключились на защиту группы, был введен «фанатский локдаун» — запрет на комментирование негативных постов про группу. Фанбзы сосредоточились на двух вещах. Во-первых, делали вид, что Чанмин всегда был плохим и в группе был по ошибке. Во-вторых, создавали положительный контент группы. Кахи еще говорила, что такое характерно для фанбаз, которые долгое время поддерживают популярный коллектив — только большой опыт интернет-войн позволяет фанбазам быстро принимать решения и действовать настолько профессионально, словно там все — специалисты по медиа-войнам. Скорее всего, главой корейского неофициального фанклуба был кто-то опытный. Управление было очень четким, а сами роуз — достаточно послушными: как минимум, в корейской части интернета мало кто вступал в полемику в отношении Black Thorn. Они просто заваливали социальные сети бесконечными постами и видео про то, какие классные Шэнь, Ноа, Хару, Тэюн, Юнбин и Сухён.

Но это не значит, что не было недовольных таким решением. Большое количество людей внутри фандома хотело как-то высказать свое недовольство происходящим, слить весь негатив из-за поступка Чанмина.

К этому нужно прибавить те события, которые произошли у Хару под окнами. Если бы не авария Чанмина, это ночное происшествие обсуждали бы еще несколько недель. О нем и так не забыли, регулярно припоминали, потому что расследование все еще ведется… а еще на правительственном сайте висит петиция, требующая пересмотреть законы в отношении преследования айдолов сасэнами. В общем, про сасэнок никто до конца не забыл, просто обсуждение немного померкло из-за истории с пьяным вождением.

А тут — публикация личных данных. И они попали прямо в руки разгневанного фандома, который с прошлой среды сидит тихо и притворяется пай-девочками… Логично предположить, что пай-девочки не будут тащиться по группе с таким концептом, не так ли? В общем, агрессивно настроенные фанатки радостно переключились с Чанмина на сасэнок Хару. Кто-то даже пришел к дверям родителей той самой «HaruMarryMe», чтобы написать баллончиком на двери гадости про нее. Про кучу спама на телефонах ее родителей и говорить глупо — там был ад.

В агентство приходили следователи, разговаривали и со стаффом, и лично с Хару. Дело серьезное — по сути, кто-то организовал полноценную интернет-травлю.

Хару, разумеется, ничего не стал говорить до появления адвоката Чо. Потом они вместе разбирались с въедливым следователем, который как будто хотел обвинить во всем Хару. Конечно, у того ведь достаточно времени, чтобы на досуге промышлять хакерством.

В полдень пятницы вышло официальное объявление о том, что седьмым участником группы Black Thorn станет Сай. В пятницу же, в три часа дня, в сеть слили личные данные третьей сасэнки — китайской сталкерши Шэня. Там все было вообще жестко, девушка на тот момент времени находилась в Китае, ее даже кто-то нашел и избил. Причем сделали это так, чтобы не попасть под камеры, которых в Китае тоже немало.

Хару читал эти новости, пребывая в полнейшем шоке. Что вообще происходит? Как на это реагировать? Публикация личных данных, сетевой сталкеринг, потом и вовсе — нанесение особо тяжких… И это — их фандом? В смысле — это те же девчонки, которые приходили на фанмитинг, пищали при их появлении и дарили милые мягкие игрушки?

— Ты, наверное, вообще в шоке, — хмыкнул Шэнь, обращаясь к Саю. — И концепт у группы своеобразный, и фанатки ненормальные.

— Я в шоке, — не стал спорить Сай, — Но концепт мне всегда нравился, а фанатки… по-моему, адекватных вообще нет. Слив личных данных мне кажется менее странным событием по сравнению с тем, что сасэнки устроили под окнами Хару.

— Это факт, — уверенно кивнул Ноа. — Если бы не Чанмин, сейчас все говорили бы только об этом.

— Теперь снова об этом говорят, — ответил Хару, — Хотя я бы предпочел, чтобы о произошедшем забыли. Как-то неприятно видеть в новостях фото своего дома.

Они отдыхали от репетиций, сидя на полу. Читали новости с планшета менеджера Квон, тут же их обсуждали. Менеджер Квон сидел на диване, просто наблюдая за ними.

— В офисе говорят, что этот шум одновременно и помогает вам, и мешает, — сказал менеджер Квон. — С одной стороны — все временно забыли о Чанмине. Плюс фанаты получили способ слить негатив… пусть методы и своеобразные. С другой… это портит имидж группы. Благодаря Чанмину у вас и так с этим проблемы.

— Какие фанаты — такие и кумиры, — подытожил Хару. — Ожидаемо, конечно. Но вряд ли мы можем что-то с этим сделать. В офисе не говорят — будут ли еще публикации личных данных?

— Они не знают, — ответил менеджер Квон, — Фанбазы молчат. Крупные сообщества либо не стали комментировать ситуацию, либо написали — не нужно лишнего хейта, но, вообще, сасэнки сами виноваты, поделом им.

— Проще говоря — фанаты не видят в этих сливах ничего ужасного? — уточнил Тэюн.

— Ваши фанаты — нет, — ответил менеджер. — По крайней мере — в большинстве. Важное значение имело то, что первой слили данные той девушки, которая вела трансляцию у дома Хару. Её-то многие ненавидели.

Все печально вздохнули. А Хару все же решил уточнить:

— А что насчет реакции на седьмого участника?

— Пока что реакции смешанные — объявление слишком неожиданное, — сказал менеджер Квон, — Но сейчас больше возмущения самим фактом замены, чем личностью Сая. Многие хотели видеть группу из шести человек.

Хару видел, как Сай решительно кивнул. Ну да, он знал, на что подписывается. Приходить в сформированный коллектив сложно. Особенно в разгар скандала.

— Но тот факт, что добавили именно Сая, большинство оценило, — добавил менеджер Квон. — Если бы группу выбирали только зрители, Сонун был бы пятым, Сай — седьмым. Сонун уже дебютировал… Многие считают справедливым, что Сай все же стал частью группы.

Хару понимающе кивнул. Недовольные все равно будут, разумеется.

— Хару, у тебя есть полчаса, потом нужно собираться, — буднично добавил менеджер Квон.

— Собираться? — удивился Хару, — Куда?

— Сегодня пятница. Финал «Girls' secret», — немного удивленно напомнил менеджер Квон.

Хару поморщился: точно, финал шоу Сольги.

На шоу Хару привезли за несколько минут до начала трансляции. Легкий макияж ему делала визажистка шоу, получилось вроде неплохо. Он на бегу поправлял одежду, в свое кресло в зале опустился уже когда шел обратный отсчет запуска трансляции.

Родители Сольги, разумеется, приехали поддержать дочь. Они остановились в доме Хару, но он их не видел. Осторожно оглядываясь по сторонам, он пытался найти тетю. Ее мужа он видел только в детстве и на фотографиях, поэтому ему казалось, что не узнает его. Но оказался не прав — мощный, высокий мужчина заметно выделялся в толпе. При условии, что тетя Хару такая же миниатюрная, как мама… не только у мужчин Нам есть свой типаж — обе сестры нашли себе мужей, которым макушкой едва достают до подбородка.

Из-за того, что Хару поздно приехал, он не мог поговорить с Сольги до начала записи. Все было слишком быстро. Но потом девчонки проходили к своим местам мимо «почетных гостей», так что Хару смог обнять кузину и пожелать ей удачи. А потом удивленно покачал головой — в самом дальнем углу, среди почетных гостей, но вроде вне камер, сидела Наён. Хару от кузины удостоился быстрых объятий, а вот к Наён Сольги бежала с радостной улыбкой, и они обнимались около минуты — им даже замечание сделали…

Сам концерт проходил немного напряженно. Хару волновался за кузину. Он знал, что Сольги выступает с новым коллективом, в некомфортной обстановке, и наверняка сильно волнуется. Данби и Нари — единственные из первого состава группы, кто остался в одном коллективе, но даже там, судя по видео, репетиции прошли не особо хорошо.

Хару смотрел выступления и, разумеется, вспоминал свое участие в шоу. Тогда казалось — нет ничего сложнее… а оказалось, что это была легкая разминка. Сольги, скорее всего, тоже было тяжело. И вряд ли будет легче. Хару уверен, что Минсо не станет отправлять пятнадцатилетнюю девочку в подгруппу с провокационным концептом. При этом Данби и Нари будет органично смотреться именно в группе с дерзким поведением на сцене. Кто окажется в группе с Сольги?