Сай учился удивительно быстро. Те три песни, которые он раньше отрабатывал сам, как трейни, он уже к концу утренней тренировки не только оттанцовывал без ошибок, но еще и зачитывал текст не хуже Чанмина. Последние полчаса перед обедом они занимались только вокалом и Сай, как оказалось, не только танцы быстро учит, но и текст.

— Придется все записать, — напомнил Хару, — Скорее всего — сегодня скажут, когда пойдем в студию к Роуну.

— А… можно без Роуна? — слабым голосом спросил Сай. — Он меня пугает…

— Мы все сначала его боялись, — хихикнул Сухён, — А сейчас…

— Странный дядька, но прикольный, — закончил Тэюн.

— Я в любом случае пойду с тобой, — пообещал Хару, — Роун любит работать по вечерам, вечером расписания у меня не будет. Немного придержу нашего продюсера. Роун не страшный, правда. Просто он эмоциональный и вообще не умеет сдерживать проявления своих эмоций. Иногда даже извиняется потом, если был грубым и пугающим.

— Это факт, — подтвердил Сухён. — Передо мной он извинялся.

Сай неуверенно кивнул. Хару хлопнул его по плечу. Раньше парни тоже боялись Роуна. Сейчас как-то привыкли. Ну да, странноватый дядька. Не злой, просто… не умеет общаться с людьми так, чтобы им было комфортно. Если он в хорошем настроении, то старается быть как-то повежливее. Если опять не спал несколько дней — все, готовьтесь к едким комментариям. Хару как-то уже привык к этому. Не сказать, что он оправдывает Роуна и его тяжелый характер… но, наверное, все гении немного с приветом. А Роун в плане музыки вполне себе гениален.

Минсо была очень занята, свободного времени почти не было. Она пригласила Хару, но извинилась за то, что будет обедать в его присутствии. Предлагала и Хару, но он только что впихнул в себя обед и на повторение этого подвига готов не был. Попросил принести ему кофе.

— Так что случилось? — спросила Минсо. — Мне очень неудобно так с тобой разговаривать, но я очень голодная, а другого времени не будет.

— Ешьте, не переживайте, — тут же ответил Хару.

Это мемберы группы нервничают, но бездельничают, а стафф и продюсеры в такое время очень много работают. Хару это понимал, поэтому его не особо смущало, что его начальница при нем с аппетитом уплетала жареный рис с овощами. Так не принято, конечно — обычно либо едят в компании, либо оставляют еду на потом… но подобные отступления от правил поведения никогда не казались Хару чем-то преступным. Не ходить же ей голодной?

— Мы вчера устроили уборку после отъезда Чанмина, — начал рассказывать Хару, — И нашли распечатку его предсказания от мудан.

Минсо удивленно вздернула брови, словно выражая мимикой весь свой скептицизм.

— Это предыстория! — поспешно уточнил Хару, — Но, в целом, предсказание весьма похоже на то, что произошло недавно, я вам зачитаю…

Хару развернул принесенные листы, прочел нужные предложения вслух.

— До этого мы с Тэюном обнаружили, что мудан знала о нас то, что мы не рассказывали на публике, — продолжил Хару, — Что я родился раньше ожидаемого срока, а Тэюн — заметно позже. И еще вчера ночью я перечитал свое предсказание. Мудан говорила мне, чтобы я не спешил тратить деньги на недвижимость — с жильем мне может помочь какой-то друг. И потом Минхёк-ним… ну, вы знаете.

Минсо кивнула. Выглядела она уже более задумчивой.

— В общем, мы вчера с парнями обсуждали наши предсказания. Я сейчас зачитаю то, что было у Юнбина.

Хару перебрал несколько листов, ища нужные, зачитал вслух первую часть. И тут же сам пояснил, что думает по этому поводу Юнбин.

— Вы считаете, что эта история может быть слита журналистам? — спросила Минсо. — Насколько я помню, дело там в сплетнях внутри школы — это некоторые дети считали, что Юнбин в чем-то виноват, учителя так не думали.

— Честно говоря, я все еще не совсем верю предсказаниям, — признался Хару. — Но в данном случае… наверное, лучше к такому готовиться заранее? Даже если это не факты, а просто сплетни — обвинения в буллинге в наше время…

Минсо отложила палочки, вытерла пальцы о салфетку и протянула руку. Хару понял ее без слов и вручил сразу всю пачку листов с предсказаниями. На какое-то время в кабинете стало очень тихо.

— Думаю, ты прав насчет необходимости подготовиться к подобному, — наконец сказала Минсо. — И, полагаю, тебе нужно знать еще кое-что. Мы вам не говорили, но это не секрет — родители Чанмина планируют использовать это в суде. Возьми, пожалуйста, рабочий планшет и зайди в галерею. Пин-код 3313. Вчерашний день, там просто тонны скринов переписки. Открывай первую и листай дальше.

Хару задумчиво кивнул, встал со стула и взял планшет. Такие есть у многих в офисе — достаточно мощные Samsung с большим экраном в специальном противоударном чехле. Это корпоративные планшеты, использовать их для личных целей строго-настрого запрещено. Хару помнил, как парни уговаривали менеджера Квон отдать им один такой, чтобы установить на нем какую-то игру…

Хару с легкостью нашел в галерее вчерашний день и начал листать скрины переписки. Он не с первого скриншота понял суть происходящего, но где-то к пятому…

— Подождите, кто-то намеренно обрабатывал Чанмина? — удивился он.

— Да, — кивнула Минсо. — Это был его личный пиар-консультант… теперь вам запрещено иметь личных консультантов, к слову. В общем, Чанмина с декабря обрабатывали, убеждая, что агентство не понимает, насколько он крут, подавали информацию под особым соусом, рисовали картину мира, в которой он должен требовать большего, потому что он — звезда.

Хару, озадачившись, откинулся на спинку стула. Он продолжал листать фотографии, но текст читал практически по диагонали — так, пробегал определенные фразы, лишь иногда уделяя некоторым моментам чуть больше внимания.

Судя по всему, Чанмин начал общаться с консультантом сразу после завершения шоу, но первоначально это были отдельные консультации, без постоянного контракта. Но с января переписка стала постоянной, иногда велась даже ночью. Хороший пиар-консультант — отвечает и в два часа ночи, и в пять утра. Хару бы такое показалось подозрительным, но Чанмин… кажется, он просто считал, что так и должен работать стафф.

— Кто этот пиар-консультант? — спросил Хару.

— Человек, которого нет, — ответила Минсо. — Это, конечно, полностью наша вина… хотя родители Чанмина тоже хороши. У Чанмина был контракт с пиар-агентством, но там утверждают, что не знают сотрудника, с которым работал Чанмин. А к нам, получается, приходил кто-то, кто представился их сотрудником, таковым не являясь. Телефон, с которого велась переписка, зарегистрирован на умершего человека. Но с этим уже полиции разбираться, конечно.

Хару удивленно покачал головой: вот это шпионские страсти.

— Подождите, — нахмурился он, — К чему такие сложности?

— Вот именно, — кивнула Минсо. — Никто не будет проворачивать подобное, чтобы просто посмеяться над глупым айдолом. Те, кто обрабатывал Чанмина, делали это не просто так. Вряд ли случай Чанмина — единственное, что эти неизвестные делают для дестабилизации группы и агентства New Wave.

— То есть, прошлым событием в жизни Юнбина они однозначно воспользуются, — сразу понял Хару. — Скорее всего, они начали узнавать информацию про всех. При желании, наверное, у каждого можно найти что-то не совсем хорошее. У меня — отец-игроман, у Тэюна была запись о драке в школьном файле…

— Ее удалили, когда Тэюн менял школу, — холодно сказала Минсо. — Что? Это недорого стоило, это же была средняя школа. Сумму внесли в его долг перед компанией.

Хару ошарашенно покачал головой:

— Погодите… почему у других айдолов такое не стирают из прошлого?

— Во-первых, не все рассказывают об этом агентству. Вы в этом плане поступили очень предусмотрительно. Во-вторых, имеет значение — сколько информации придется удалить. Если бы там были разборки на пятнадцать страниц, то такое изъять было бы просто невозможно. Но у него была крохотная запись «вступился за девочку, поставил синяк какому-то Киму». В файле «поставил синяк» заменили на «громко орал»… Там другими словами, разумеется. Взыскание осталось, просто оно стало менее опасным для репутации.