Наверное, именно поэтому мне хватило времени, чтобы успеть не только расшевелить крышку люка, обнаруженного в «комнатке», но и сдвинуть железяку с места. После чего выбраться самому и начать вытягивать девчонок.

Вылез я, кстати, на каком-то перекрёстке, едва не угодив под машину. Правда, возмущение водителя я проигнорировал, лишь продемонстрировал неприличный жест одной рукой, а второй извлекая из недр земли Злату. Последней выбралась Мышь. Хотя я ей и говорил лезть сразу за мной.

Впрочем, выбраться успели все. И сделали это как раз вовремя. Так как, вытягивая Серову, я уже прекрасно слышал, как к нам на всех парах несётся недовольная толпа, увидевшая свет в конце тоннеля. А едва блондинка оказалась снаружи, как следом за ней из дыры в земле в небо взвился столб пламени.

— Ложись, граната! — изо всех сил заорал я в колодец, как только огонь иссяк. — Первая пошла!

Не знаю почему, но мне поверили. Как те, кто был внизу, так и мои спутницы.

Первые, судя по топоту, ломанулись обратно в тоннель, а вторые рухнули на асфальт, не обращая внимания на перепуганных прохожих и сигналящих водителей, мгновенно создавших пробку на перекрёстке.

Само собой, никакой гранаты у меня не было. Просто не хотелось, чтобы преследователи отстрелили мою дурную голову, пока я люк на место возвращаю. И не по причине гражданской сознательности, дабы никто машинку свою не повредил. Просто имелась ненулевая вероятность, что за нами рванёт какой-нибудь одарённый, во всех смыслах этого слова, преследователь. И выбравшись на поверхность, начнёт стрелять по быстро убегающим мишеням.

— Живые? Целые? — поставив крышку на место, я посмотрел на продолжающих валяться на асфальте девушек. — Отлично, тогда звоните своим. Пусть мчатся за вами.

Я тоже достал телефон, пусть родителей у меня и не было. Хотя позвонить было кому.

— Что-то срочное? Я сейчас весьма занята, — после того как я четвёртый раз позвонил сбрасывающей трубку Бекеревой, следовательница, наконец, соизволила ответить.

— Ваша занятость случайно не связана с ресторанным бизнесом? — предположил я, слыша в телефоне на заднем фоне рёв полицейских сирен.

— А? А… Ты-то здесь при чём? — в голосе Алаайи мелькнуло удивление.

— Да так, мимо проходил. Впрочем, я знаю, где сейчас находится тот, кто владеет полной информацией, — я посмотрел на крышку люка, начавшую приобретать красный оттенок. — И, если вы хотите с ним поговорить, рекомендую поторопиться. Дело начинает пахнуть жареным…

Иркутск

Полицейский участок

9 августа 2046

Четверг

Полночь

— Кофе?

— Пожалуй, на сегодня хватит, — закончив выстраивать пирамидку из пустых пластиковых стаканчиков, я посмотрел на вошедшую в кабинет Бекереву. — Какие новости?

— На удивление, неплохие, — девушка в повседневной униформе, то есть в светло-синей рубашке с галстуком и синей юбке, устало упала на стул и небрежно уронила магическую «глушилку» на стол. — По крайней мере, для меня. И благодаря вам.

— Всегда пожалуйста, — дунув на пирамиду, я обрушил её, после чего начал вновь строить. Только в этот раз башню. Действительно, чем ещё заниматься в двенадцать часов ночи в полицейском участке?

— Спецотряд задержал людей, что преследовали вас, — глядя на получающуюся конструкцию, произнесла следовательница. — И что самое главное, среди них оказался один из организаторов нападения. Тот самый одарённый с аспектом огня. Кстати, те, кто спустился в канализацию, оказались единственными выжившими из всех нападавших.

Я с удивлением посмотрел на Бекереву. После чего, хмыкнув, перегнулся через стол, забрал стоящий перед ней стаканчик и, допив остатки кофе, водрузил его на вершину башни имени меня.

— Чую, увлекательнейшую историю вы мне поведать желаете, господин следователь…

— Ну не то что желаю. Скорее вынуждена, — изобразила улыбку Бекерева. — План Шишковых, это те самые налётчики, провалился. Они рассчитывали избавить от Каменских полностью, пока новоиспечённый барон не подмял под себя весь род. Вот только когда они добивали последних конкурентов за «престол», на веселье пожаловали Вишняковы…

— М-м-м… Лебедь рака щукой… Классика. Хотя в моё время классика, это когда двое. Ох уж эти современные нравы… — я принялся разбирать башню, размышляя, что же ещё можно собрать из пластиковой тары. Отпускать меня в ближайшее время, похоже, не собираются, а убить время как-нибудь надо.

— Кхм… Максим Витальевич… — кашлянула девушка. — В общем, кто-то слил Вишняковым информацию о планируемом нападении, и те, выждав время, решили добить ослабших конкурентов.

— Да-а-а… Весело у вас здесь, — протянул я. — И что, так каждый день? Вам хоть молоко за вредность выдают?

— За такое дают только дополнительные дежурства, — судя по вздоху, полному грусти, Бекерева не шутила. — В общем, фактически из верхушки Шишковых остался только Бахти, что вас преследовал. Он, кстати, правая рука главы семьи. Его уже доставили в участок и допрашивают.

— А с самим главой что?

— Шишковых? Неизвестно. Дома его нет. В местах, где он обычно появляется, его тоже не видели, — пожала плечами девушка. — Так что есть два варианта. Либо он спрятался, едва ему доложили, что всё пошло не по плану, когда на вечеринку явилась третья сторона. Либо ему помогли спрятаться. Да так, что живым мы его уже не найдём.

— Я бы ставил на второй вариант, — произнёс я, складывая один стаканчик в другой. Что-то на ум, кроме пирамиды и башни, ничего не приходило. — Раз уж эти Вишняковы рискнули влезть в игру, то вряд ли оставили бы в живых баро Шишковых.

— Угу. Дикие люди. Дикие и опасные, — кивнула Бекерева, пристально глядя на меня.

— Алаайа Ивановна, может, хватит ходить вокруг да около? — подвинул стопку стаканов на середину стола, после чего забросил в верхний артефакт-глушилку. — Какие ваши предложения? Вы же явно от меня что-то хотите. Иначе бы не оставили в участке, а, как и всех остальных, отпустили домой.

— Хочу, чтобы вы забыли о произошедшем. Совсем.

— Вот сейчас не понял, — я с удивлением посмотрел на девушку.

— Фактически вы и ваши спутницы будут проходить по этому делу в качестве свидетелей, — произнесла следовательница. — Однако для нас было бы выгоднее, если бы вас всех и вовсе не упоминали во время расследования.

— Хм… А вот тут, если можно, всё же поподробнее, — нахмурился я, не улавливая логики.

— Всё очень просто. Этот Бахти уверен, что преследовал Милоша Каменских. И друг друга вы не видели. Поэтому он продолжает прибывать в уверенности, что Милош жив и находится в бегах, — девушка слегка улыбнулась, явно радуясь удачному стечению обстоятельств. Хотя почему «словно»? — Однако, если вы будете фигурировать в нынешнем деле, даже как свидетель, мы будем вынуждены раскрыть вашу личность.

— Хм… А в чём вам польза от всей этой комбинации? — поинтересовался я. — Или это уже служебная тайна?

— Вообще-то, действительно тайна. Но раз у нас с вами выстраиваются доверительные отношения… — Бекерева сделала многозначительную паузу. Правда, всё же слегка перетянула с ней. Ну да ладно. Неопытность и всё такое. — В общем, весь этот род, куда входят Каменские, Шишковы и Вишняковы, давно стоит у местного начальства поперёк горла. Наркотики, торговля людьми, добыча ресурсов из «дыр», вымогательство… Я могу ещё долго перечислять, но поверьте мне, Максим Витальевич, ничего хорошего вы не услышите.

— Хм… А смерть предыдущего баро-барона была случайностью? Или кто-то умный решил таким образом поджечь фитиль, тянущийся из бочки с порохом? — задал я вполне закономерный вопрос, на что в ответ получил лишь улыбку и едва заметное пожатие плечами. Ну да, вслух очевидные вещи можно и не произносить.

— Фактически сейчас две крупных семьи паразитов выбыли из игры полностью, — продолжила девушка. — Однако, если сейчас остальным дать возможность передышки, эта мерзость вновь начнёт набирать силу. И через месяц-другой всё станет как прежде.