Ответом мне послужило лишь снисходительное фырканье и лёгкая улыбка на губах, но, когда её ладонь оказалась в моей, клянусь, я был самым счастливым идиотом на этом свете.

— Просто не растопчи мне платье своими драконьими лапищами, оно новое, — улыбнулась Фэйт, стоило нам присоединиться к остальным парам на танцполе.

И я был бы совершенно счастлив, если бы через пару минут, едва мы начали наш первый танец, рядом с нами не возникла Аманда.

— Нужно поговорить, у меня есть информация о Виктории, — она скрестила руки на груди, бросив в мою сторону надменно-отчуждённый взгляд и вызывая у меня разочарованный вздох, который я едва успел сдержать.

Черт возьми! Снова! Снова это проклятие. Я надеялся на что-то нормальное, без Лиамов, без раскаяний на башне Нарциссы, без погони за неуловимой Викторией. Просто что-то нормальное, обыденное, где есть только я и Фэйт.

— Что? – её ладонь выскользнула из моей, заставляя сердце упасть камнем в область пяток. Лицо Фэйт мигом утратило всю лёгкость, которая была минуту назад. – Откуда ты знаешь?

— Моя подруга проболталась, что её старший брат безумно влюблён в Викторию, — понизив голос и воровато оглянувшись по сторонам, произнесла Аманда. – И он работает в одной из крупных компаний по работе с мощными артефактами и зельями. Подруга боится, что Вик сделала что-то с ним, потому что её брат словно одержим ею.

Проклятье! Она не использовала это зелье на мне, но нашла для своих целей кого-то другого. И не то чтобы мне становилось легче от этой мысли, сердце сжала стальная лапа. Чёртова Вик! Чёртова Вик, думающая, что может управлять чужими судьбами, словно игрушками из коробки.

— Нужно сказать родителям, и тебе придётся пойти с нами, Стормахт.

Шанс на нормальный вечер был испорчен.

Дрянь! Стерва!

Вереск рядом пискнул, приземлившись мне на плечо и сочувственно ткнувшись носом в щёку, пока внутри всё бурлило от гнева.

И всё ради чего? Для достижения каких-то целей? Чтобы пробиться на верх? Злость внутри не унималась ни на секунду, и даже рука Эвана в моей руке, которую он не разжал даже в тот момент, когда мы пришли к родителям, не придавала полного успокоения.

Я надела это чертово платье, позволила себе почувствовать себя просто девушкой на празднике с парнем, который сводит её с ума.

И всё ради чего? Ради очередного грязного плана маньячки? Ради её больных амбиций?

Воздух вокруг меня сгустился, потяжелел. Тени от канделябров на стенах зашевелились, вытянулись в угрожающие когтистые очертания, повинуясь моему настроению. Я чувствовала, как мускулы на лице Эвана напряглись, его пальцы сжали мою руку чуть сильнее

Месть.

Чем больше я узнавала о Виктории, о её методах, тем точнее понимала, какое конечное решение приму, какая судьба её ждёт. Она заслужила участь намного хуже чем у Лиама. То, что стало с её кузеном, лишь цветочки по сравнению с тем, что ждало эту дрянь.

— Если все твои слова правда, то необходимо найти этого юношу, скорее всего он находится под действием любовного зелья, — произнёс отец, выслушав рассказ Аманды и холодно скользнув по Эвану взглядом.

В отличие от матери он всё ещё не мог смириться с его присутствием даже несмотря на возникшую между нами связь, и всячески выражал своё недовольство.

— Он работает в «Илд Индастриз», моя подруга говорит, что последний день он не выходил на связь, а до этого всё время твердил о Виктории, — голос Аманды прозвучал тихо. И на удивление, рядом с моими родителями терялись многие, но она… сидела ровно, спокойно смотря им в глаза. – Его зовут Гарольд Фонстейн.

— Моя сестра замужем за сыном владельца этой компании, выяснить, что там происходит, не будет проблемой, — подала голос мама, поднявшись с алого дивана, который каким-то образом уже оказался в комнате академии. Не удивлюсь, если его доставили сюда из-за неё. — И я думаю, что из их хранилища должны были пропасть некоторые артефакты.

— Моя подруга и её брат… — на секунду голос Аманды дрогнул, но потом она продолжила с прежней уверенностью. — Что с ними будет после того, как я рассказала? Я не хочу, чтобы они пострадали.

– Милая, – голос матери прозвучал притворно дружелюбно, — твои друзья не пострадают от нас. Напротив, они получат помощь. Этот молодой человек – жертва. А жертв мы защищаем. Особенно, когда их беда помогает нам выйти на ту, что причиняет боль нашей семье. За их судьбу ты можешь быть спокойна. Но нам нужно действовать быстро, время уже играет против нас, особенно, если этот молодой человек находится под действием зелья.

– Летиция права, – произнёс Абрахам, и Арлек встрепенулся на его плече. – Мы действуем быстро и тихо. Фэйт, Эван, вы возвращаетесь на праздник.

– Что? — вырвалось у меня прежде, чем я успела обдумать его слова. – Но…

— Чтобы всё сработало как надо, вы не должны привлекать к себе лишнего внимания, всё должно быть так, как будто бы ничего не произошло, — отец многозначительно посмотрел на Эвана как на главный источник проблем. – И самый лучший способ сделать это – вернуться обратно на праздник.

Слова папы не были лишены смысла, самым лучшим вариантом сейчас было не привлекать лишнее внимание, не давать Виктории хоть каплю преимущества и отправиться на праздник, сливаясь с толпой, но внутри творилась самая настоящая буря:злость, обида и желание стереть её с лица земли.

— Успокойся, — ладонь Эвана легла на мою талию, притягивая к себе, его губы касались моих волос, даря небольшое успокоение и тёплое ощущение в груди. Казалось, в его объятиях можно забыть обо всём, стоит только закрыть глаза.

— Хорошо, — я выдохнула, отстраняясь и заставляя себя выпрямиться. Мои пальцы сами собой потянулись поправить воротник его белой рубашки. Я любовалась тем, как в его серых глазах сверкают отблески света ламп из танцевального зала, – но тогда весь танец ты рассказываешь о себе.

Пусть в этот вечер будет хоть что-то нормальное. А потом, потом… Я заставлю её страдать. 

Ночной ветерок трепал волосы, пробирался под ткань платья, игнорируя пиджак Эвана, наброшенный на плечи. И кто знал, что этот двухметровый дракон окажется ещё тем романтиком?

Тёмное небо было усыпано множеством звёзд, что отражались в гладкой поверхности озера, куда Эван привёл меня в первую встречу. Его ладонь, покоящаяся на моей талии, медленно рисовала узоры .

Маленький миг нормальности в водовороте хаоса, который не желал заканчиваться. Праздник завершился полчаса назад, а от родителей не было ни слова, ни единой весточки.

— Только не говори, что даже сейчас ты думаешь о Виктории, после того, как я перечислил тебе всю свою биографию? — голос Эвана прозвучал над ухом, заставляя вздрогнуть, а сильные руки сильнее притянули меня к себе, прижимая к себе вплотную.

— Нет, — прошептала я, и это была правда. Сейчас я думала только о нем. О том, как это нелепо и прекрасно – стоять здесь, у озера, под звездами, когда весь мир рушится. — Я думаю о том, что ты все еще пахнешь сигаретами, несмотря на все свои клятвы.

Эван тихо рассмеялся.

— Это запах от Дастина, он сегодня нервничал и дымил как паровоз. Клянусь своими трусами с дракончиками.

— Как же жаль твои трусы, они ведь у тебя любимые? Если бы это был Дастин, то от тебя должно пахнуть энергетиками и чипсами! — я фыркнула, но прижалась к его груди крепче, вдыхая знакомый запах табака.

Эван тихо рассмеялся мне в макушку.

— Врешь. Ты обожаешь этот запах. Он тебя заводит, — Рейн проворчал это прямо в мои волосы, и по моей спине пробежали мурашки. Проклятый дракон. Он всегда знал, что сказать, чтобы вывести меня из равновесия.

И будто бы мне этого было мало, его рука шевельнулась на животе, опустившись чуть ниже, к самому краю трусиков, скрытых за тканью платья. Дыхание сбилось, когда его рука скользнула под подол платья, коснувшись края чулок, медленно пробираясь выше по внутренней стороне бедра.