Ну, а теперь извини. Дело есть дело. Ничего личного, только бизнес…

Я выставил ползунок трофейного станнера на половину мощности и приложил им обоих наёмников. Как сказал Гарти, проспят часов пять. Но голова потом будет болеть преизрядно — издержки профессии, ничего не попишешь.

Шокер и станнер, немного подумав, я выбросил в темноту.

Через секунду оттуда хрипловато пробормотали: «Спасибо, мистер». И тут же негромко добавили: «Мы ничего не видели и не слышали, и вообще нас здесь не было. Факт».

В ответ я лишь усмехнулся и двинулся к выходу из переулка. До встречи в Деловом центре оставалось сорок минут. Кофе попить уже не успею, ну, да и ладно. Бизнес есть бизнес, ничего личного…

[1] Пушер — жаргонное слово, которое означает «торговец наркотиками в штучной, мелкой расфасовке»

К зданию Делового центра 11–63 я прибыл вовремя, за пять минут до назначенного срока. Внешне это был «простой» небоскрёб без изысков, такой же, как и соседние. Восьмиугольная призма, двести семьдесят этажей, прямые линии, зеркальный фасад, никаких украшений.

Перед тем, как войти, я поинтересовался у Гарти, как у него продвигается с хитровыделанным коллекционером.

« Вирус в его аккаунт я запустил, — отчитался нейрососед. — Так что он теперь сам рассылает во все инстанции информацию о своих криминальных доходах. Налоговое ведомство, кстати, уже заинтересовалось. Полицейские службы пока молчат, но это, я думаю, ненадолго».

«Отлично! Продолжай в том же духе, но не увлекайся. Если почувствуешь чужой интерес, сразу же выходи из сети. Эта задача не главная».

«Я многозадачен. Мне это нетрудно».

«Ты — да. А я нет. Ферштеен?»

«Ферштеен, хозяин. Больше не повторится».

Я невольно поморщился:

«Я не хозяин, а ты не слуга. Сейчас мы просто партнёры».

«А дальше? — заинтересовался Гарти. — Когда ты вернёшься на свой корабль? Что будет дальше?»

«Когда вернёмся, тогда и узнаем…»

Он замолчал, а я на секунду задумался. Заданный искином вопрос лишь на первый взгляд выглядел тривиальным. В реальности, его могли задавать только действительно обладающие разумом существа.

И если сейчас мы с ним в одной лодке, у нас есть общая цель, нам надо найти ресурсы для восстановления «гартрака», то что будет дальше, когда мы эти ресурсы найдём?

Захочет ли Гарти, почувствовав вкус свободы, делиться приобретённым опытом с псевдоразумом корабля, захочет ли становиться опять его частью? А может быть, у него вообще не возникнет желания возвращаться и быть каким-то посредником между мной и «гартраком»? Как я могу, например, запретить ему переписать себя в здешние сети и жить там в своё удовольствие?

Хотя, с другой стороны, что я знаю о здешних сетях и удовольствиях цифровой личности? Ведь Гарти там даже поговорить по душам будет не с кем. Принятый в Содружестве Терры и прочих людских мирах Закон об искусственном разуме прямо и недвусмысленно запрещает существование искинов, подобных Гарти, обладающих свободой воли и ощущающих себя полноценной личностью. Поэтому если хоть кто-то о нём узнает, увидит его в сети, поймёт, что он не обычный искин, а искин разумный… Долго ли Гарти тогда протянет? Выдержит ли войну на уничтожение, а если выдержит-выживет-спрячется — останется ли таким же, как прежде? Не превратится ли он в этом случае в смертельную угрозу всему человечеству?

Есть у меня нехорошее подозрение, что что-то подобное здесь уже было. Вот только опять же — в сети об этом ни звука. И в официальной истории тоже…

Терминал для введения кода располагался под козырьком перед входом в здание, в специальной стеклянной капсуле, похожей на банковский шлюз.

Я вошёл внутрь, дождался, когда двери закроются, и ввёл на панели нужные символы.

«Код принят. Ждите», — загорелось зелёным.

Секунд через пять пол в капсуле, где я стоял, поехал вниз. Внутри и снаружи сначала стало темно, затем свет снова зажёгся, стеклянные двери раскрылись. За дверьми меня ждали двое в строгих чёрных костюмах и стильных чёрных очках. Один из встречающих оказался негром. Я, как увидел их, еле сдержался, чтоб не заржать. Точь-в-точь как в кино[1], ёпсель-мопсель…

— Здравствуйте, мистер… — замялся белый встречающий, видимо, не сумев считать данные с моей «обнулённой» чип-карты.

— Зовите меня мистер Янус, — помог я ему с идентификацией, припомнив одного персонажа из того старого кинофильма.

— Здравствуйте, мистер Янус. Я стюард Кей. Мы рады приветствовать вас в нашем Центре. Если у вас есть оружие, просим оставить его в этой комнате. При выходе вам его возвратят.

— Оружия у меня нет, — приоткрыл я свой плащ-балахон. — А вашего напарника, кстати, случайно не Джей зовут?

— Я стюард Эйч, мистер Янус, — отозвался негр. — Прошу, следуйте за нами. Ваша переговорная номер двенадцать «А», сто сорок седьмой этаж.

Он развернулся и направился к выходу из помещения. Я двинулся следом. Замыкал нашу тройку агент… то есть, тьфу ты, чёрт!.. стюард Кей.

На сто сорок седьмой этаж мы поднимались на скоростном лифте. Действительно, скоростном — подъём на полкилометра занял меньше минуты. Хотя ускорения ни при разгоне, ни при торможении я почти не почувствовал. Вероятно, хозяева здания не поскупились установить в лифтах антиперегрузочные контро́ллеры. Всё для блага клиентов. Закон святой конкуренции…

От лифта до переговорной 12’А' мы шли тридцать восемь секунд (Гарти считал). Он наконец отключился от аккаунта наказанного за борзость коллекционера ворованных древностей и теперь вовсю занимался проблемами моей и своей безопасности. Запоминал маршрут, отмечал метками все попадающиеся на пути следящие и охранные устройства, стационарные средства связи, заглядывал инфракрасным и СВЧ зрением за стены и перекрытия, строил примерную карту того этажа, по которому шли.

« Ты правильно сделал, что накинул сегодня гель на одежду. Под ним и оружие можно спрятать, и поменять быстрее», — сообщил он, когда мы проходили мимо длинного панорамного витража, отделяющего Деловой центр 11–63 от того, что снаружи.

«Думаешь, пригодится?»

«Надеюсь, что нет…»

С высоты сто сорок седьмого этажа город казался игрушечным, а соседние небоскрёбы вздымались рядом, как скалы из расчерченной на квадраты равнины. Прямо как каменные столбы Метеоры в Северной Греции, с построенными на них православным монастырями. Эх, жаль, в своё время не успел побывать там, чтобы посмотреть их вживую, хотя возможность имелась. Теперь-то, понятное дело, об этом можно только мечтать. Ведь даже если и прилетишь туда и спустишься на поверхность… что толку смотреть сквозь забрало скафандра на памятники погибшего мира? Вернуть-то их к жизни всё равно не получится…

— Пришли, мистер Янус, — сообщил остановившийся перед очередной дверью агент… да что же я их постоянно путаю!.. стюард Эйч.

— С собой возьмите вот это, — высунувшийся из-за спины стюард Кей сунул мне в руки какую-то коробочку размером со спичечный коробок.

— Что это?

— Аварийное сигнальное устройство, — объяснил Эйч. — Мы отвечаем за вашу безопасность, поэтому, если со стороны контрагента что-то пойдёт не так, то просто сожмите его.

— И прибудет кавалерия из-за холмов? — попробовал я пошутить.

— Какая кавалерия? — нахмурился Эйч.

— Забудьте, — махнул я рукой и кивнул на дверь. — Можно входить?

— Секунду, — стюард Кей взглянул на часы, пошевелил губами, как будто бы что-то высчитывая… — Всё. Заходите.

Замок щёлкнул. Дверь отворилась. Я вошёл внутрь.

Переговорная выглядела как… переговорная. Голые стены, пол, потолок, стол, три стула. Один стул с моей стороны стола, два — со стороны контрагентов. Их оказалось двое. Они вошли во вторую дверь, расположенную напротив «моей». Обе открылись одновременно.

За стол мы уселись тоже одновременно. Представители корпорации были в масках, закрывающих нижнюю часть лица вплоть до глаз. Глаза были скрыты очками, такими же, как у стюардов.