— Меня, кстати, Таира зовут, — заложница встала из кресла, подошла ко мне и всмотрелась в лицо. — О-ля-ла! А что это у тебя тут такое? — ничтоже сумняшеся, она провела мне пальцами по щеке. — Тебя что, пытали?

Молли презрительно фыркнула, а я улыбнулся:

— Это всего лишь шрам. Ерунда. Бандитская пуля.

Сказал и опешил. Видеть под бронегелем моё лицо она не должна, но…

— А для чего ты надел на себя эту плёнку? — розоволосая каким-то невероятным образом смогла подцепить ноготками мой гель и даже чуток оттянуть его, примерно на сантиметр. — А! Понимаю! Это для маскировки, — отпустила она наноплёнку, и та снова приклеилась к моей коже. — Жесть! Мой папенька тоже такие изобретает, но у него пока не получается.

— А… у кого получается? — пробормотал я внезапно осипшим голосом.

— У меня, — бесхитростно сообщила Таира. — Только я папеньке не говорю, а то он расстроится. Но у меня они не такие… не такие продвинутые, как у вас…

«Надо было её сразу прикончить!» — прислала мне сообщение Молли.

«Ещё не вечер. Посмотрим, что будет дальше», — передал я ответное.

— Ух, ты! А кто тебе эту маску надел? — сеньорита Мартинес шагнула к Молли и так же, как и со мной, потянулась руками к её лицу.

Напарница отшатнулась от розоволосой, как чёрт от ладана:

— Э-э! Куда лезешь? Я тебе не манекен.

— Боишься, я тебя кусь? — засмеялась Таира. — Не бойся. Я только проверю, можно ли её снять, и аюшки.

— Ты что, можешь снять её? — нахмурилась Молли.

— Конечно, — кивнула похищенная. — Такие спецмаски производит «Васаби Кано», но всю программную оболочку делаем мы. Без наших программ они не работают.

Она опять потянулась к лицу моей спутницы, и на этот раз та мешать ей не стала.

Таира несколько раз пробежалась пальцами по щекам у «подопытной», после по носу, по лбу…

— Пфуй! Дурацкая плёнка! Она мешает. Сними её.

Молли взглянула на меня.

Я кивнул.

— Ладно. Так уж и быть, — проворчала бывшая узница.

Секунд через десять гель полностью перетёк с неё в капсулу.

— Какая интересная технология, — пробормотала сеньорита Мартинес и вновь принялась ощупывать у «пациентки» щёки, лоб, нос… Затем она трижды куда-то нажала и…

— О! Теперь шикардо́с! — весело помахала Таира оказавшейся у неё в руках маской, как флагом.

Молли, будто не веря случившемуся, тронула себя за лицо.

Повернулась с ошарашенным видом ко мне.

Я продемонстрировал ей большой палец.

Дама метнулась к комоду и вытащила из ящика маленькое карманное зеркальце.

Насмотревшись в него, она опять повернулась ко мне и хитро прищурилась:

— А теперь ты.

— Что я? — сделал я вид, что не понял.

— Вот это самое, — Молли изобразила жестом, как она стягивает с себя бронегель.

Я удручённо вздохнул и сделал, что она попросила. Просто не было больше смысла прикидываться «мистером Икс», когда рядом с нами присутствует кто-то, кто видит нас как облупленных, невзирая на гелевую маскировку.

— А знаешь, ты даже лучше, чем я надеялась, — хмыкнула Молли, закончив меня рассматривать.

— А уж я-то как рад, что ты наконец-то без маски, — вернул я ей пусть и сомнительный, но всё ж таки комплимент. — Вот прямо и съел бы, сырой и без масла. Но сначала, конечно, раздел бы. Факт.

— Вы не брат и сестра, — заявила следящая за нами Таира.

— Легенда такая, — развёл я руками.

— Логично.

Сеньорита Мартинес снова уселась в кресло, наморщила лоб и упёрла глаза в одну точку.

«Размышляет», — прокомментировал Гарти.

«О чём? Как сдать нас охране?»

Искин засмеялся:

«Отнюдь. Я отчётливо вижу: наше внушение действует. Она продолжает считать, что это игра, и думает, что делать дальше».

— Знаете, что? — закончила думать Таира. — Я предлагаю вывезти вас с этой планеты у меня в багаже, на Тахо-курьере. Досмотру он не подлежит, запрещать ему взлёт никто не посмеет.

— Хороший план. Мне нравится, — согласился я с ней и сделал знак Молли, чтобы не вмешивалась.

— Отлично. Значит, так и поступим. Но только дайте пару минут, мне надо определиться по тактике, — она откинулась в кресле, закрыла глаза и застыла, как в ступоре.

«Что она, шило в печень, несёт⁈ Какие ещё, нахрен, минуты?» — непонимающе уставилась на меня Молли.

«Она думает: это всё интерлюдия в вирт-игре, и её сейчас перекинут в начало новой локации. Ну, или в конец предыдущей», — отправил я ей сообщение и обратился к искину:

«Давай, начинай внушать ей, что делать, а после…»

«Я знаю, что после. Не беспокойся, — перебил меня Гарти. — Всё будет зашибись, командир. Обещаю…»

Через минуту, после очередного электроимпульса Таира обмякла.

— Надеваем личины, берём её за́ руки, за́ ноги и уносим, — скомандовал я напарнице.

— Уносим? Куда?

— Назад в «Орхидею».

— Зачем?

— Объясню по дороге…

Путь обратно дался мне не в пример тяжелее. Особенно сильно это ощущалось на лестнице, где пришлось подниматься на две сотни метров с грузом в полцентнера или около. Хорошо хоть, что сила тяжести здесь на Уре была процентов на десять меньше земной, а не то бы мы добирались до верхнего яруса существенно дольше.

У выхода из шлюзовой никто нас, к счастью, не поджидал, и, как сказал Гарти, на полицейских частотах чрезмерной активности не наблюдалось.

До отеля мы снова ехали на роботакси, но только не том, которое оставляли у парка, а на идентичном, вызванном через диспетчерский центр. Гарти с ним, ясное дело, чуток поработал, так что кого конкретно оно везло и куда, никто никогда не узнал бы. Ну, если б конечно кто-нибудь сделал такую попытку, да и то лишь из чисто спортивного интереса, а не по необходимости.

Машина остановилась в соседнем от «Орхидеи» квартале. В отель мы проникли через тот же служебный вход, из которого выходили. В «зал психо-, нейро- и вирт-расслабления» не поднимались. Пребывающую в трансе Таиру оставили в небольшом не просматриваемом камерами техническом закутке. В себя она, если верить искину, должна была прийти минут через двадцать.

Этого времени нам более чем хватило, чтобы спокойно покинуть отель и удалиться от него примерно на километр, к началу парковой зоны. А дальше мы просто уселись на лавку под деревом и принялись ждать.

Кавалькада из трёх бронированных мо́билей остановилась около нас спустя четверть часа. В среднем открылась передняя дверца, оттуда вылез коротко стриженый мордоворот в строгом чёрном костюме. Он открыл заднюю дверцу и махнул нам рукой.

Мы медлить не стали. Запрыгнули внутрь, дверь за нами закрылась, машина тронулась с места.

— Приветик! — бросила нам сидящая на заднем диване Таира.

Мы с Молли устроились на таком же напротив, «задом» по ходу движения. Кроме нас в салоне никого не было. Водитель и громила-охранник находились за полупрозрачной перегородкой и нас не слышали, как и мы их.

Салон в бронированном «внедорожнике» мало чем отличался от аналогичного в лимузине. Ну, разве что места в нём было немного побольше, особенно в высоту. Не отличающаяся гренадёрским ростом Таира, да, пожалуй, что и моя напарница тоже, вполне могли здесь не только сидеть, но также стоять, ходить и даже немножко подпрыгивать, не боясь задеть потолок.

— О! Я гляжу, вы успели сменить имена, — окинула нас внимательным взглядом сеньорита Мартинес. — Кевин и Джейси О’Хара, прибыли с Лимериды. Неплохо, неплохо. Скажу своим, что мы познакомились в «Орхидее» и я пригласила вас в гости.

— Свои — это кто? — спросил я на всякий пожарный.

— В гости — это куда? — поинтересовалась, в свою очередь, Молли.

— Ой! Да какая вам разница? — отмахнулась Таира. — У папани здесь, кроме дурацкой башни, ещё десяток домов, в каком-нибудь да остановимся. Ну, а свои — это просто свои. Охрана, советники, персонал… Они к такому привыкли. Все думают, что я обычная дурочка, только богатенькая и всё такое. Так что забейте! К вам они будут относиться практически так же, как и ко мне. Выполнять все дурацкие прихоти и не мешать веселиться.