— Меня зовут «Первый», — сообщил левый.

— Меня «Второй», — заявил правый.

— А меня мистер Янус. Но если хотите, зовите «Третьим», я не обижусь, — пожал я плечами.

Гарти уже предупредил меня, что их личные данные скрыты, с чип-карт считывается лишь информация о принадлежности к корпорации «Родман бразерс». Камеры скрытого наблюдения в переговорной отсутствовали. Ну, или были отключены. Работающих электронных приборов у сидящих напротив «корпов» Гарти не обнаружил. Единственный подозрительный элемент он нашёл у «Первого»:

«Похоже на батарею для бластера».

«А сам бластер?»

«Сам бластер, если он спрятан и неактивен, распознать невозможно. Поэтому будь осторожен. Уверен, что эти ребята настроены разговаривать жёстко».

— Начнём, пожалуй, — заявил «Первый» и выложил на столешницу пирамидку светло-серого цвета.

Потом что-то нажал на ней, пирамидка засветилась зелёным.

Я вздёрнул брови.

— Отключает любые записывающие устройства, в том числе, те, что в ид-чипах, — пояснил «Второй». — Разговор у нас будет конфиденциальный. Обычная предосторожность.

«Врёт, — заявил искин. — Это устройство подавляет любые радио- и звуковые сигналы в радиусе до четырёх-пяти метров. Кому-то очень не хочется, чтобы ты мог воспользоваться тем приборчиком, что дал тебе Эйч».

— Я понимаю. Обычная паранойя, — наклонил я голову.

«Отключить его аккуратненько сможешь?»

«Попробую».

— Итак, начинаем, — ровно продолжил «Первый», сделав вид, что иронии в моей фразе он не услышал. — Но сперва надо кое-что уточнить. Имеете ли вы, мистер Янус, полномочия заключать сделку от имени продавца?

— Имею, — опять наклонил я голову. — Встречный вопрос. Имеете ли вы, господа, полномочия заключать сделку от имени покупателя?

— Имеем, — ответил «Первый». — И в доказательство готовы продемонстрировать это.

«Второй» вынул откуда-то три пачки денег и положил их на стол.

— Здесь сто двадцать тысяч наличными, как и было указано в предложении. Будете пересчитывать?

«Пересчитывать будешь?»

«Уже. Купюры все подлинные. Сумма соответствует».

— Не буду.

— Отлично, — «Первый» кивнул «Второму», и тот убрал деньги. — Теперь хотелось бы посмотреть на товар.

Я молча прищурился.

— Понимаю, — кивнул покупатель. — Обмен будет происходить удалённо. Деньги здесь, товар там. Куда надо съездить, слетать?

— Не надо никуда ездить, — сунул я руку за пазуху и достал «лепесток». — Товар у меня с собой.

«Зачем⁈» — возопил искин.

«Надо».

Оба «корпа» застыли соляными столбами. Такой глупости от меня они, похоже, и вправду не ожидали.

— Могу я… взглянуть? — пробормотал «Первый».

— Можете. Но не дотрагиваясь.

Я приподнял «лепесток», держа его двумя пальцами.

«Первый» снял с глаз очки и наклонился к товару.

— Да, это он. Определённо он. Лепесток от Цветка Шантары, — выдохнул он секунд через десять, снова надев очки.

Я спрятал товар обратно за пазуху (точнее, под кожу, где рёбра, но покупатели это не видели) и перевёл взгляд на «корпов»:

— Ну, что? Берёте?

«Корпы» переглянулись. «Второй» достал из кармана… нет, вовсе не деньги, а стеклянную капсулу и… резко ударил ей о столешницу. Над осколками капсулы «закурился» желтоватый дымок.

«Яд!» — вскрикнул Гарти.

Ну, да. Всё верно. Чего-то подобного я как раз ожидал. Поэтому «судорожно сжал в пальцах» коробочку аварийной сигнализации, затем выпучил по-рыбьи глаза, схватился руками за горло, словно мне невозможно дышать, и наконец брякнулся носом в стол, дёрнулся «в предсмертной конвульсии» и затих.

«Кожаный, ты случайно не помер?» — ехидно поинтересовался искин.

«Не дождёшься, железяка безмозглая», — ответил я в тему.

За попытавшимися убить меня «покупателями» я наблюдал «глазами» своего подселенца. В инфракрасном диапазоне они выглядели довольно причудливо. О том, что на мне бронегель и он не только защищает носителя от физического воздействия, но и фильтрует поступающий в горло воздух, злодеи не подозревали.

— Готов? — спросил «Первый».

— Вроде да, — ответил «Второй».

— Лепесток забери.

— Сейчас…

Меня грубо перевернули на спину, и в ту же секунду я врезал склонившемуся надо мной говнюку ладонями по ушам.

Оттолкнув очумевшего «Второго» (лопнувшие барабанные перепонки никому радости, как правило, не доставляют) и опершись рукой о столешницу, я, как заядлый гимнаст, перемахнул через стол и с разгону влепил ногой «Первому». Чётко по черепу, он даже «Мама!» сказать не успел — брякнулся на́ пол вместе со стулом.

Следующим движением я сорвал с него маску.

«Дыхательная», — прокомментировал Гарти.

«Заранее, суки, готовились», — сдёрнул я маску и со «Второго».

Пусть в полной мере насладятся той гадостью, какую они приготовили для меня.

Жалеть этих мразей я не собирался. Даже крысы из банды Тихого Сэма выглядели поприличнее. Те хоть ничуть не скрывали своих намерений — жили на дне и жили по правилам дна: кто сильней, тот и прав.

Эти… эти могли заплатить, у них были деньги, и я подозреваю, что не последние, но они предпочли не просто взять даром то, что им нужно, а решили ещё и убить продавца.

Так что я просто вновь убедился в известной истине: крысы с деньгами гораздо опаснее и подлее, чем крысы без денег. Нищие грабят и убивают, в первую очередь, чтобы выжить. Богатые — чтобы просто умножить своё богатство.

Есть, впрочем, ещё одна категория крыс — облечённые властью. Но с ними я тут пока не встречался, поэтому не буду и говорить. Хотя, если честно, уверен — за две с лишним тысячи лет менталитет их нисколько не изменился…

Оба корпа из «Родман бразер» померли, по оценкам Гарти, за десять секунд. Мне даже жалко стало, что всё так быстро закончилось. Думал, агония от воздействия боевого ОВ длится несколько дольше, но, с другой стороны, судя по вывалившимся языкам и посиневшим физиономиям, перед смертью эти уроды всё же помучились, пусть и недолго.

Деньги у них я забрал. Сто двадцать тысяч дитов наличными, двухсотенными и полутысячными купюрами, тютелька в тютельку. Нормальная такая компенсация «за непереносимые моральные и физические страдания» едва не ограбленного и почти что убитого.

Плюс я ещё обнаружил у «Второго» игольник, а у «Первого» мини-бластер.

А, б… говорили, что со стволами нельзя. Врали, выходит, стюарды вшивые! В доле они, выходит, были с этими крысами…

«Всё. Пирамидку я отключил», — заявил довольно искин, и в то же мгновение на стенах переговорной вспыхнули яркие транспаранты «Внимание! Всем оставаться на месте!». А ещё через миг их продублировал громкий металлический голос, несущийся отовсюду:

— Внимание! Зафиксировано нарушение безопасности! Включается протокол защиты клиентов! Всем оставаться на месте! Внимание! Зафиксировано нарушение безопасности…

«Какую ещё, к бебеням, пирамидку⁈» — заорал я искину.

«Ну… эту, которая на столе. Ты же сам попросил».

«Идиот!»

«Кто идиот?»

«Я идиот! Идиот, что забыл, что ты тоже придурок, только многозадачный!»

«Я понял. Я виноват», — дошло, наконец, до искина, но ситуацию это, увы, уже не спасало. За стенами переговорной завыла сирена. Вырубленный подавитель сигналов, та самая серо-зелёная пирамидка, хакнутая моим цифровым подселенцем, работала теперь против нас. Коробочки аварийно-сигнальных устройств, включённые, по всей видимости, не только мной, но и «корпами», вопили теперь буквально во всю Ивановскую.

Из переговорной я выскочил через дверь, в которую сюда заходили «корпы».

Первым, кого я встретил снаружи, был стюард Кей. Без всяких раздумий он пальнул в меня из игольника, но получив в ответ то же самое, шлёпнулся наземь. Я перепрыгнул труп и рванулся по коридору.

«Куда?»

«Четвёртая слева дверь. Эвакуационная лестница», — проинформировал Гарти.