Несмотря на все старания крайне консервативного Щербицкого, пытавшегося подавить политический подъем в республике, в марте 1989 года украинцы, как и все советские граждане, впервые ощутили вкус демократии. Это произошло на выборах нового союзного парламента — Съезда народных депутатов. Конечно, свободными и справедливыми эти выборы не были, поскольку треть мест оставалась за Коммунистической партией и другими всесоюзными организациями, власть по-прежнему контролировала средства массовой информации, а избирательные комиссии вычеркивали неугодных кандидатов. Однако Кремль объявил, что желал бы сделать эти выборы «демократическими», тем самым освободив граждан от страха наказания за голосование против представителей власти. В результате в больших городах и в Западной Украине, где манипулирование голосами и запугивание избирателей уже не действовали, партию постигло унизительное поражение. Четверо секретарей обкомов партии и один секретарь ЦК не смогли набрать необходимые 50 % голосов, хотя каждый из них был единственным кандидатом в своем округе. Первый секретарь Киевского горкома партии и председатель горисполкома также не были избраны. Из 231 депутатов от Украины более 40 принадлежали к демократической оппозиции. (88 % республиканских депутатов были членами КПСС, однако следует помнить, что формальная принадлежность к другим партиям, помимо Коммунистической, в то время была еще невозможна.)[351]

88. Памятник на могиле Владимира Щербицкого (Байковое кладбище в Киеве)

Осенью 1989 года процесс политических преобразований пошел быстрее, хотя по сравнению с бурными событиями, которые потрясали Восточную Европу, ситуация в Украине оставалась относительно спокойной. Наконец, вскоре после сентябрьского учредительного съезда Руха больной и разочарованный Щербицкий ушел на пенсию. (Он умер в феврале 1990 года.) Первым секретарем стал Владимир Ивашко (1989–1990), который поддерживал горбачевские реформы, а также подхватил некоторые идеи украинского суверенитета, до сих пор звучавшие исключительно из лагеря оппозиции. Однако Ивашко не был харизматичным лидером и не имел собственной независимой точки зрения, поэтому ему не удалось вдохнуть новую жизнь в КПУ. Партийные руководители, как и многие рядовые украинские коммунисты, чувствовали себя потерянными из-за быстрых темпов реформ и все более непредсказуемых шагов Горбачева. Вместе с тем обычные граждане, особенно в западных областях, считали крах коммунизма в соседних Польше, Венгрии и Чехословакии предвестником конца КПУ.

К следующим выборам партия также оказалась не готова. В марте 1990 года во всех советских республиках прошли выборы народных депутатов в республиканские и местные советы. В Прибалтике первые более или менее свободные выборы принесли победу оппозиционным Народным фронтам. Но этого не случилось в Украине: национал-коммунисты здесь еще не договорились с оппозицией, а голосами сельских избирателей, особенно на востоке, можно было по-прежнему манипулировать. Распространенным явлением была и подтасовка результатов голосования. Тем не менее Рух, «Зеленый мир», Общество украинского языка и другие оппозиционные организации объединились в Демократический блок, который получил около сотни из 450 мест в Верховной Раде. Впрочем, политическая самоидентификация депутатов оставалась крайне размытой: многие члены Демократического блока до сих пор входили в Компартию, и наоборот, некоторые коммунисты симпатизировали оппозиции.

В этот период беспрецедентной политической активности начался массовый выход из партии. В 1989 году из КПУ вышли лишь 6200 человек, а в 1990-м таковых было уже 250 951[352]. Большая часть из оставшихся в партии 3 миллионов давно в ней разочаровалась и носила партбилеты только по инерции. Среди тех, кто покинул КПУ, были и сторонники «Демократической платформы в КПУ» — украинской фракции всесоюзного реформистского движения за демократизацию внутри партии. Дем-платформа приобрела популярность в начале 1990 года, но распалась летом, после того как партийное руководство отклонило ее предложения. Некоторые депутаты перешли из Демократической платформы в оппозиционный Демократический блок.

В середине 1990 года 125 депутатов Верховной Рады принадлежали к Демократическому блоку, 239 составляли значительно уменьшившееся коммунистическое большинство, остальные же были формально независимыми[353]. Разительное отличие от советских времен заключалось в том, что Верховная Рада стала центром политической жизни республики. Ожесточенные дебаты транслировались по телевидению и часто сопровождались митингами протеста у стен парламента. Республиканское руководство не знало, как найти общий язык с депутатами. Первоначально местные чиновники ориентировались на Москву, где Горбачев был одновременно генеральным секретарем партии и главой парламента. В Украине эти должности совмещал Ивашко. Однако вскоре выяснилось, что крайне напряженная работа спикера Верховной Рады не оставляет времени для руководства партией. Ситуация стала еще запутаннее, когда в июле 1990 года Ивашко неожиданно подал в отставку и, получив должность заместителя генерального секретаря КПСС, переехал в Москву. (Ивашко все еще мыслил как советский карьерист, предпочитавший повышение по партийной линии должности в местном правительстве или парламенте. Останься он в Киеве, у него были бы шансы стать президентом Украины, а так после распада СССР он оказался в Москве ни с чем и вскоре после этого умер.)

89. Первый президент Украины Леонид Кравчук

Выбирая нового первого секретаря, руководство КПУ решило разделить должности председателя партии и главы парламента. Партию возглавил мрачный консерватор Станислав Гуренко, а руководство парламентом перешло ко второму секретарю ЦК КПУ Леониду Кравчуку. Кравчук роился на Волыни, когда она была частью Польши, прекрасно говорил по-украински и сделал карьеру в отделе пропаганды ЦК как специалист по национальному вопросу. Благодаря этому он прекрасно понимал логику своих бывших оппонентов националистов. В 1980-е годы партийное руководство поручало ему работу с украинской интеллигенцией; среди прочего он пытался препятствовать политизации Руха. Красноречивый и интеллигентный Кравчук в середине 1990 года казался лучшей кандидатурой на должность главы парламента, хотя некоторые сторонники жесткой линии уже критиковали его за слишком тесные контакты с оппозицией.

90. Митинг на площади Богдана Хмельницкого (ныне — Софийской) в Киеве, 21 января 1990

После выдвижения Кравчука Верховная Рада в июле 1990 года избрала его своим председателем. Демократический блок, который к тому времени стал называться Народной радой, его не поддержал, в итоге победу Кравчуку принесли голоса 239 коммунистов. 16 июля 1990 года, как раз перед избранием Кравчука, Верховная Рада приняла Декларацию о государственном суверенитете. Этот символический акт утверждал принцип суверенитета республики, но не означал провозглашения независимости. Это было скорее ни к чему не обязывающее заявление о верховенстве законодательства УССР, подобное декларациям о суверенитете, которые ранее приняли Российская Федерация и другие республики. Однако сам факт принятия этого документа свидетельствовал о постепенном сближении между коммунистическим большинством и демократической оппозицией, так как декларация прошла именно благодаря голосам коммунистов. Новые «нацио-нал-коммунисты», типичным представителем которых был Кравчук, быстро усвоили риторику суверенитета. Они поняли, что в эпоху массовой политики образ демократа и патриота сулит для сохранения власти больше, чем членство в Политбюро. Коммунисты внимательно следили за тем, как власть постепенно переходит от партии к государственным органам и от Москвы к республикам. Некоторые из них почувствовали, что в Украине вскоре будут делаться большие деньги и большая политика, а переизбрание в парламент будет зависеть от избирателей, а не от верности Коммунистической партии. Как позднее вспоминал Кравчук, в 1989–1990 годах некоторые депутаты-коммунисты размышляли вслух: «А может и действительно лучше отделиться?»[354].