Немецкие генералы в Украине вскоре разочаровались в своих левых подопечных. Украинское правительство не имело действенного административного аппарата на местах, было неспособно поддерживать порядок и, что для немцев было важнее всего, не могло обеспечить заготовку зерна, в котором так нуждались Центральные державы. Уже в марте-апреле 1918 года немцы взяли под свой контроль железные дороги, отменили земельное законодательство Рады и объявили военное положение. До сих пор они мирились с существованием Центральной Рады, так как ждали подписания договора, который бы обязал Раду к концу июля поставить Германии и Австро-Венгрии 1 миллион тонн зерна, 600 миллионов яиц, а также огромное количество другого продовольствия и сырья. 23 апреля договор был подписан и судьба Центральной Рады, заведомо неспособной его выполнить, была предрешена[128]. Имея на руках этот договор, немецкие войска принялись сами собирать продовольствие.

В конце апреля состоялась секретная встреча между главнокомандующим немецкими войсками в Украине генералом Вильгельмом Грёнером и украинским консервативным политиком Павлом Скоропадским. Потомок казацкого гетмана XVIII века по побочной линии Павел Скоропадский говорил по-русски и был генералом царской армии; он приобрел известность летом 1917 года как организатор украинских добровольческих полков на базе своего кавалерийского корпуса. Грёнер посвятил Скоропадского в планы немцев по восстановлению монархии в Украине и предложил ему гетманскую булаву. Стороны достигли предварительной договоренности, при этом Скоропадский сразу принял негласные условия, ограничивающие его власть. 29 апреля 1918 года съезд Союза хлеборобов в цирке на углу Крещатика и Николаевской улицы в Киеве провозгласил Скоропадского гетманом Украины. В тот же день заседавшая в другом помещении на ул. Владимирской Центральная Рада поспешно приняла конституцию и избрала Михаила Грушевского президентом Украинской Народной Республики, — этот президентский срок продлился менее одного дня.

Новый консервативный режим был установлен мирно, почти без кровопролития. Скоропадский, о котором историки часто пишут несколько уничижительно как о немецкой марионетке, на самом деле символизировал возвращение к власти в Украине дореволюционных элит: царской бюрократии, офицеров, помещиков, промышленников, а также городского высшего и среднего классов. Реставрация оказалась более легким делом, нежели создание нового государственного аппарата, поскольку старые кадры имперской бюрократии и офицеры охотно поддержали гетмана. Были быстро реорганизованы и приступили к работе министерства, во главе местных администраций встали губернские и волостные старосты, назначенные из помещичьего дворянства и бывших царских служащих. Впрочем, большинство гетманских чиновников не владели украинским языком и тайно мечтали о восстановлении Российского государства, в которое вошла бы и Украина. Все крупные украинские партии отказались сотрудничать с режимом Скоропадского, что неизменно приводило к сложностям при формировании кабинета, поскольку немцы настаивали на назначении министрами украинских деятелей.

Сегодня идеи администрации Скоропадского, представлявшей Украину как гражданское и территориальное, но не как этническое и культурное образование, выглядят более привлекательно, чем в то время. Как верно заметил украинский историк Ярослав Грицак, Скоропадский «стремился утвердить новую концепцию украинской нации, основанную не на знании украинского языка, а на лояльности к украинскому государству»[129]. Однако тогдашние украинские деятели не оценили этих концептуальных новаций, — гетмана и гетманских чиновников они в лучшем случае считали «малороссами» из имперского прошлого, а в худшем — русскими монархистами.

Гетманское правительство упразднило все законы, реформы и институции Центральной Рады, запретило забастовки и вернуло цензуру. Чувствуя отчуждение украинской интеллигенции и рабочих, Скоропадский попытался опереться на зажиточных крестьян, из которых он пытался воссоздать привилегированное казацкое сословие. Однако серьезной крестьянской поддержки ему добиться не удалось, так как у крестьян гетманское правительство прочно ассоциировалось с богатыми землевладельцами и немецкими экспроприациями. Карательные экспедиции немцев с целью подавления крестьянских грабежей поместий и принудительного изъятия зерна вскоре вызвали массовые беспорядки на селе. В июле 1918 года левое крыло украинских эсеров подняло 30-тысячное крестьянское восстание в Киевской губернии. Мелкие волнения вспыхивали повсюду.

Как это ни странно, из всех украинских правительств 1917–1920 годов режим Скоропадского достиг наибольших успехов во внешней политике, образовании и культуре. Под руководством Дмитрия (Дмытра) Дорошенко, чуть ли не единственного известного украинского интеллектуала среди министров Скоропадского, гетманскому министерству иностранных дел удалось установить дипломатические отношения и обменяться послами с Центральными державами, соседними странами и несколькими нейтральными государствами, например со Швейцарией и Швецией. В Киеве начали свою деятельность 11 иностранных миссий[130]. Помимо этого опытные гетманские администраторы сумели открыть 150 школ, в которых обучение велось на украинском языке, и два новых университета.

25. Гетман Павел Скоропадский среди офицеров

В трех уже существующих университетах создавались кафедры украинского языка, литературы и истории. Кроме того, при Скоропадском были основаны Украинская академия наук, Национальная библиотека, Национальный архив, Академия художеств, Государственный народный театр и множество других культурных учреждений, многие из которых существуют и сегодня[131].

Тем временем недовольство крестьян немецкими реквизициями продовольствия нарастало, а политическая оппозиция гетману начала объединяться вокруг Украинского национального союза (в сентябре главой Союза был избран Владимир Винниченко). В Государственном народном театре шли популярные пьесы Винниченко, а тем временем их автор готовил массовое восстание против гетмана Скоропадского.

Осенью 1918 года, когда близкое поражение Центральных держав стало очевидным, гетман предпринял несколько отчаянных попыток найти другую опору своей власти. Поначалу он вел переговоры с Украинским национальным союзом и, казалось, достиг в этом успехов, однако в ноябре 1918 года ситуация изменилась: капитулировавшие Центральные державы обязались вывести свои войска из Восточной Европы. Пытаясь понравиться Антанте, выступавшей за восстановление единой России, Скоропадский назначил явно пророссийский кабинет и подписал указ об объединении Украины с «будущей небольшевистской Россией». Однако эта последняя авантюра гетмана скомпрометировала его еще больше и подтолкнула Украинский национальный союз к вооруженному восстанию.

Координационный комитет восстания, названный по примеру французского революционного правительства 1795–1799 годов «Директорией», состоял из пяти человек, среди которых неформальными лидерами были Винниченко и Петлюра. В Белую Церковь под Киевом, где располагался штаб восстания, стекались десятки тысяч крестьян, на сторону мятежников также перешли лучшие соединения гетманской армии. Среди них были и элитные части Сечевых стрелков, сформированные в Галиции во время Первой мировой войны и посланные в Украину в составе австрийской оккупационной армии. 14 декабря 1918 года немцы ушли из Киева. Скоропадский оставил в столице подписанный акт отречения и, переодетый раненым немецким офицером, бежал вместе с немцами. Консерваторы не удержались у власти, и на политическую сцену Восточной Украины вышли их левые конкуренты.