Поспал два часа на башне беспокойно, ожидая в любой момент тревоги. Но вместо этого стал ломиться посыльный, крича, что с Тулы на нас надвигается огромное войско!

Вот и приплыли.

По уточнённым данным рать вышла из Тулы ещё ночью и движется пока ещё в районе Белёва. При этом передовые конные отряды подошли уже к Мыцкому. По предварительной оценке, Юрий собрал войско в семнадцать с половиной тысяч. А у меня в Мыцком всего–то пять сотен бойцов.

Подлый князёк подгадал удачный момент для атаки. Наши силы скованны в обороне, я — измотался, а исполин ещё не до конца восстановлен. Пока я тут вожусь, туляки легко захватят спорное село. Ничто не помешает им пройти через Звягинки и ударить с северо–востока. Или они сделают лучше — просто заблокируют направление, замкнув кольцо окружения во взаимодействии с поляками. А при удобном случае начнут штурм.

Конечно, в первую очередь я ожидал от князя подвох, не рассчитывая на его благородство. Ведь Юрий затаил на меня обиду за убитых ратников.

Я уже собрался хватать с ремонта исполина и пороть горячку. Но пока летел через город, заметил небольшой отряд всадников с тульскими знамёнами, несущихся со стороны Академии. Они явно не шли в атаку, скорее это были посланники.

Со скептическим настроем у ворот встретил их сам, эффектно приземлившись. Вставшие на дыбы три лошади, побросали своих седоков. Четвёртый удержался и посмотрел на меня с укором.

— Не узнал своих, Ярослав? — Выпалил Светогор, откидывая немужским жестом свою распущенную белую гриву.

— Свои дома сидят, — парировал я несколько накрученный.

— Юрий тебе подмогу ведёт, а ты что подумал? — Добавил витязь обескураживая.

Подмогу⁈

— Некогда думать, — заворчал я. — Сорок тысяч поляков мы уже положили, ждём ещё пять раз по столько же.

— И нам оставь! — Воскликнул лежащий на земле Лучеслав.

— Милости прошу, братцы, — выдохнул и махнул, чтоб открывали ворота.

Хорошо, что с ними нет Деяна.

Что–то совестно мне вдруг стало. Как вообще мог подумать, что туляки на нас пойдут? Юрий и Вячеслав родня как–никак, сватами друг другу приходятся. А мне всё демонические мысли в голову лезут, что все вокруг хотят меня уничтожить.

Тульские отряды у Мыцкого стоят на безопасном расстоянии, не пересекая границ. Тянуть не стал, сам явился, чтоб поприветствовать гостей.

Порталом до башни, оттуда по воздуху полкилометра. Прилетел к голове колонны, выстроенной на дороге, двадцать метров прошёлся до князя. Юрий впереди всех на коне высиживает гордо, будто знал, что я вот–вот нагряну. В сплошные синие доспехи облачён, экипирован по–взрослому.

— Доброго здравия, Юрий! — Первым поздоровался я. — Честно, не ожидал, что после нашей ссоры…

— Кто старое помянет, тому глаз вон! — Перебил князь, спрыгнул с коня бодренько и поспешил ко мне.

Обнялись, как старые друзья.

— Ты прости меня, — начал я негромко.

— Но, но, сам виноват, — перебил Юрий сварливо. — Это ты меня прости, Ярослав, что сразу не явился. Сидел у себя, да сиськи мял. Хотя доносили по десять раз на дню о поляках. Слышал, ты уже наподдал супостату? Нам–то кого оставил?

— Не переживай, поляков, хоть задницей ешь, — выпалил я с улыбкой. — Сорок тысяч мы уже положили. С наскока они нас взять не смогли, отступили и теперь окапываются, дожидаясь подкрепления с курских земель, с брянских, ну и с новгородских.

— Сукины предатели, — выругался князь. — Емельяна давно надо было на кол сажать, чего ты его отпустил тогда? Видно же было, что мутный.

— Да он уже давно в Брянске не главный, дочку его воевода польский взял в жёны, а фактически в заложницы. Вот он и плясал под их дудку.

— Ох, гады. Доберусь я…

— Уже нет необходимости, — перебил.

— Кончил паскуду? — Ахнул князь с надеждой.

— Скажем… разобрался. Я ж Емельяна в первую очередь проведал. А как узнал ситуацию, пожалел князя, разобравшись с воеводой Корнелем и его псами. Ладно, что на дороге стоять. Можем порталом или по воздуху прокатиться до города.

— Ты это бросай, по воздуху вздумал! — Отшатнулся Юрий, а у самого восторг в глазах проскочил.

— Не, не, князь, не ведись! — Ворчат воеводы с сёдел, на меня посматривая недоверчиво.

— А ну цыц, сам решу! — Возмутился вдруг князь и мне воровато: — А не уронишь? А то с доспехами я, что двое.

— Ни в коем случае! С таким войском в придачу, понесу, что хрустальную вазу, ваше сиятельство. Прошу на борт!

Вырастил кабину за три секунды, туляки в шоке. Юрий смотрит ошарашенно. Кое–как уговорил залезть. Взмахнул крыльями, тяжело набирая высоту. Но не ударил в грязь лицом перед вояками. Перестроившись, уверенно понёсся. Юрий поначалу притих, а затем рассмеялся.

— Вон оно как птицы видят! — Захлёбывается от восторга, глядя в окошки. — Вот диво! Ох, земля русская хороша… А как высоко можешь?

— Километра три–четыре, — предположил, хотя выше полутора тысяч метров не поднимался. — Дальше дышать тяжело, воздух разряжен.

— Ну чудеса! А я и думаю, чего ты всё летать–то любитель… А быстрее можешь?

— Могу, — кричу. Ему то хорошо в коробке говорить, а мне ветер в маску хреначит.

Все полтора часа пассажир не замолкает, пока летим до Ярославца. А там и городу моему подивился с высоты. Приземляться я не спешил. Круг по периметру сделал, прокомментировав, где поляки лезли. Затем ещё на запад прошвырнулся с ним до линии блокады, позиции врага показать. Когда мат–перемат пошёл, я вернулся в замок, где благополучно высадил его на площади.

Поднялись в малый зал, где нам быстренько накрыли поляну. Вскоре явилось моё семейство — Василиса, Истислава и тесть. Вячеслав пришёл здороваться со сватом, брони не сняв.

— Явился! — Воскликнул он сварливо. — Неужели тронули мои бумажонки?

— Это какие? Где ты писал, чтоб ноги здесь моей больше не было? — Выпалил Юрий и рассмеялся. Обнялись они, бронёй стукнувшись, расцеловались в щёки.

Не скрывая очарования, Юрий пару комплиментов моей жене отвесил, поздравив с беременностью, затем бабуле сказал, что она молодеет на глазах.

— Кабель, — усмехнулась Истислава кокетливо.

После обеда собрал военный совет в большом зале, задействовав командиров основных подразделений и ударных групп, чтобы ввести в курс дела Юрия и обсудить наши совместные действия. Учитывая такое солидное подкрепление, теперь можно и разгуляться. Но есть одно «но» — тульский князь хочет сам рулить своим войском. Приняв во внимание, что Тула в состав Тёмного королевства не входит, никаких возражений я не выразил. Мы просто обговорили его дальнейшие действия.

Из семнадцати с половиной тысяч бойцов нам на оборону Юрий готов выделить две тысячи. Остальной же оравой хочет воевать, а не отсиживаться. В этой связи я предложил войсковую операцию по уничтожению юго–восточной группировки врага. К сожалению, Сосково с большим преимуществом мы не успеваем отбить с его помощью. Пока дотащатся войска с Тулы, к врагу придёт подкрепление и с курских земель. Учитывая имеющиеся силы поляков в том районе, войска Юрия будут в значительном меньшинстве. Наших будет вдвое меньше. Но даже с таким раскладом сил хватит, чтобы блокировать вражеские полки.

— Трое суток потребуется для ускоренного марша, — прикидывает Юрий сроки продвижения своей армии. — Ещё сутки на отдых, и можем выступать.

— Против нас будет примерно тридцать пять тысяч солдат, — обозначаю указкой район Сосково. — Вы двинете по дороге частью войска, другую спрячете в лесу, пехота Пересвета прикроет с юга. С ним пойду и я. Когда враг приготовится встречать, ударю с тыла великаном, отвлекая часть их сил. Таким образом, сумеем разбить их по кускам.

— А если подоспеет подкрепление с юга? Коль блокада уже стоит, они одним рывком доберутся, стянув немало, — рассуждает Юрий. — Одним великаном из дерева не управишься. Закидают стрелами, сожгут.

— Да куда сожгут, пытались уже, — посмеивается Пересвет.