— Как тебе имя Аврора? — спросила Селена. — Оно означает закат. У неё будут насыщенные алые волосы…

— Почему алые? — удивился я.

— Когда проснётся магия. Не знаю как пояснить… особенность моей расы.

— А она у тебя какая-то особенная?

— Архитар. Я происхожу от светлых богов и вознёсшихся тари. Волосы меняют цвет, когда чароедей применяют магию. А её источник похож на мой, но мана выглядит красной.

— Это плохо?

— Это просто особенность. Но иногда такое встречается. У моей сестры Мелисы магия природы приобретала синий цвет…

— Аврора Алых Лесов, — усмехнулся я. — В вашем стиле. Но звучит вроде мило.

Селена улыбнулась:

— Однажды она будет править природой.

План Селены по выходу из Оазиса потерпел крах вскоре после того, как она окрепла достаточно, чтобы колдовать.

— Как будем выбираться снизу? — спросила Альма. — Верхняя дверь открывается?

— Только на вход, — покачала головой Селена.

— У нас снова будут работать в полную силу пространственные навыки, — напомнил я.

— Может призвать Сильвана? — предложила Альма.

— Он сейчас на десятом, на базе. Я специально его призывал туда, чтобы наши книги и остальное было доступно Ордену, пока я не могу призывать навык. А сейчас там может быть кто угодно. Не хочу сюда телепортировать мирных, да и проходчиков тоже. Тут бы Странник с его порталами…

— Портал сделать можно, — задумалась Селена. — На самом деле, ты сам можешь это сделать, Арктур. Астральный путь, направленный на этаж над нами.

— Хм. Вариант. Барьер ведь прозрачен. Для активации нужна прямая видимость. Цифровая труба у нас есть. Нужно только сделать дыру.

— В потолке будет морочно, — вздохнула Альма. — Расплавленному камню некуда стекать. Помнишь как в Оазисе Селены мучались?

— Значит делам с краю, опыт уже есть. Пусть течёт за пределы Стены к летунам. Лишь бы сработало всё остальное.

На этом план был принят единогласно, и мы взялись за реализацию.

Сперва нужно было проплавить отверстие, под таким углом чтобы его было видно от выхода из Оазиса. Затем нужно было создать достаточно разумного древня, который будет перевозить коляску.

Потому что мы этого, к сожалению, делать не сможем.

Системе нужны три погибших бога и простой проходчик. Нам троим необходимо будет симулировать свою смерть. Чтобы возродиться уже на свободе.

У нас с Селеной были для этого специальные навыки. С Альмой было сложнее. Решение они позже придумали вместе — богиня трав создавала одноразовый артефакт, задерживающий срабатывание заклинания через время. Так в момент смерти Альмы срабатывал сперва удерживающей душу стазис, а затем — возрождение.

Оставались формальности.

— Система! Аудитор Арктур! Обнаружен проходчик с духовным ресурсом.

Идёт сканирование.

Объект незарегистрирован. Проведите процедуру регистрации.

Внимание, модератор Альма. Проведите процедуру регистрации.

Награда: предмет необычной редкости.

— Её имя Аврора, — сказала Альма, за что вскоре получила медный браслет волка на плюс один к выносливости.

После обряда инициации мы приготовили всё необходимое, подошли ко входу, собрались с силами выпили сладкий напиток, сделанный Селеной. Смертельный яд, вызывающий мгновенную потерю сознания и смерть. Но к ней мы были готовы.

Флегматичный сприган, слуга дендроид на основе тела некроманта, подвёл коляску к выходу.

Выход заблокирован. Необходимо победить босса локации.

После этого казалось бы, стоило совсем упасть духом и сдаться. Но меня это насторожило. Почему он требует убить босса даже в такой ситуации? Ведь осталась только Аврора, а она точно не бог, если говорить об уровне угрозы.

Что заставляет Систему думать, что здесь есть кто-то, кроме неё?

Я принялся лихорадочно размышлять, однако решение нашлось неожиданно. Нужен был способ скрыть сами наши фрагменты и души, чтобы система была уверена, что мы точно не можем воскреснуть за пределами Оазиса.

Начал перебирать всё подряд, а Альма сидела перед входом и смотрела на надписи. После родов первым в списке богов, которых нужно победить, стал я. Потому она неотрывно пыталась выйти и смотрела, буду там я, или кто-то другой. Если моё имя исчезло бы, это значило, что способ скрыть присутствие найден.

— Арк, что ты только что делал⁈ — взбудоражено спросила Альма всего на третий день попыток.

— Да ничего уже. Я ж сказал что надоело, и я пойду возиться с лангольером.

— Тогда иди возись обратно! — бросила она и побежала обратно.

Я попытался для чистоты эксперимента делать всё то же, что и пять минут назад и залез внутрь.

— ЭТО ОНО, АРК!!! — послышалось со стороны выхода.

Так мы узнали, что без лангольера покинуть Оазис было так же невозможно, как без ребёнка.

Недостаточно просто притвориться мёртвыми. Нужно исчезнуть. И Система никак не могла нас видеть, когда мы находились в чреве чудовища.

Все кусочки наших таких разных планов слились воедино, сотворив новую картину нашей реальности. Я закрыл глаза и представил весь план глазами Системы.

Мы убиваем друг друга. Лангольер теряет хозяина, выходит из под контроля и поглощает нас. В убежище остаётся только ребёнок, монстр и древень. Ни один из них совершенно точно не является богом.

Я широко улыбнулся.

Пришло время покинуть Оазис!

Выход заблокирован. Необходимо победить босса локации.

Так выглядит ответ Системы, если в локации есть я или Альма. В моём случае, если выйти в одиночку в Оазис Тефнут и поговорить с терминалом, выдаётся квест:

Уничтожить: бог-самозванец Арктур Алолесный

Это я-то самозванец, ага… что это вообще за сарказм у Системы? Чёртов эстер издевается?

Уничтожить: Миса Зеркальных Вод

Так было у Мисы, если она выходила в одиночестве. Мы рассчитывали время и открывали проход для неё.

Селене не говорили ничего, только:

Выход заблокирован.

Ситуация казалось патовой.

Выход заблокирован. Системная директива.

— Кто может отсюда выйти?

Тишина.

Выход заблокирован. Необходимо победить босса локации.

Когда мы испробовали всё, что могли, то решились на экспедицию в Оазис Селены. Была ещё мысль как-то устроить ловушку для одного из осколков. Но эксперимент пришлось закончить раньше срока.

Оазис Селены стал местом, в котором невозможно жить. Это ещё одна причина, по которой Миса была готова на всё ради побега.

За время нашего отсутствия место не изменилось внешне, но с первого шага по зелени я почувствовал липкий привкус страха. Находиться долго в таком состоянии было невозможно. Что-то давило на разум.

В дальнем конце её Оазиса мы нашли первую дыру, ведущую к Оазису Мисы. Там уже копошились невесть откуда взявшиеся уже знакомые нам черви.

Следом за ними листву захватывала кромешная чернота, которая заставила меня вспомнить истории Странника о властвующей где-то за пятнадцатым цепи Цвета.

Если эти двое осколков враждебны друг другу, то они, скорее всего, реально разнесут полСтены. Если же нет… впрочем, нас к тому моменту в любом случае уже не будет — оба осколка убивали мгновенно: чёрный распылял, а Ёрш — превращал в белые статуи.

Но запас прочности у нас был, и я хотел хотя бы попробовать управлять чудовищем. Итогом стало то, что тварь-таки вошла в Оазис Селены, а эманации ужаса стали достигать Оазиса Тефнут.

— Очевидно, что тащить их мы не сможем. Способы заканчиваются. Остаётся лишь суицидальный риск.

— Как минимум, есть ещё идея с лангольером.

— Ассимиляция займёт слишком много времени. Гораздо больше, чем требует мой план. И тебе вообще почти ничего делать не нужно. Потом можешь о нас забыть, — продолжила тянуть свою идею Селена.

— Нет уж, так дело не пойдёт. Ты присягнёшь на верность Ордену, и чтобы без фокусов. Даже если я согласился бы, не позволил бы ребёнку расти безотцовщиной. Хотя растить детей в Стене — вообще извращение.