— Ладно. Тогда тихо и не ходи тут, — произнес Старичок. — Она, кстати, тебя звала. Там, когда в наркоз уводили.

— Не меня, — тихо отозвался Кот, продолжая поглаживать руку девушки. — Меня Семеном зовут.

Старый реаниматолог поджал сморщенные от времени губы, молча кивнул и вышел из палаты, оставив парня рядом с пациенткой.

Капельница продолжала неспешно выдавать по капле в секунду. Мониторы нарушали тишину своим писком, словно в унисон.

Пик-пилик.

Пик-пилик.

Осунувшийся Семён сидел на стуле у кровати и молча гладил кисть Лены.

Семен стоял в трениках и майке, задумчиво смотря на кипящую кастрюлю перед ним.

— Как Лена? — подал за его спиной голос Кирилл, что сидел задумчиво с чашкой чая.

— Нормально. Вроде обошлось, — отозвался Кот и, встав на одну ногу, почесал икру второй. — Там… Вроде проникающее ранение, но ничего жизненно важного не задето.

— Шрам останется, наверное, — вздохнул Осетренко.

— Ну, есть такое… — кивнул Семен и нахмурился. — Знаешь…

Тут он умолк, почесал голову и произнес:

— Мне кто-то говорил, что пельмени готовы, если они всплывают.

— Ну, я что-то такое же слышал, — кивнул друг и поднялся с места.

Подойдя к кастрюле, он заглянул в воду и обнаружил слипшийся комок из теста и кусочков мяса.

— По-моему, мы что-то делаем не так, — буркнул он. — Ты посолил?

— Да.

— Лавровый лист?

— Нету.

— Может дело в нем?

Семен тяжело вздохнул взял ложку и попытался помешать пельмени. Те превратились в единый комок, поэтому когда парень к нему прикоснулся, пельмени по краю тут же развалились и по воде поплыли кружочки мяса.

— Блин… — буркнул Кот. — Может их надо было еще поварить?

— Нет, и так уже двадцать минут кипят, — хмыкнул Кирилл. — Брось… Давай я лучше яйцо пожарю?

— Ну… — с сомнением глянул на него Кот.

— Что? Уж яйцо-то я пожарю, — хмыкнул Кирилл и полез за сковородкой.

Кот тяжело вздохнул, взял полотенце и стянул кипящую сковороду с конфорки.

— Слушай, не думал… Куда теперь? — спросил Осетренко, поставив сковородку на конфорку.

— В смысле?

— Ну… На предприятии теперь заправляют столичные, к кооператорам нам нельзя, — задумчиво произнес Кирилл. — Чем теперь займемся?

Семен хмыкнул, глядя в кастрюлю со слипшимся пельменями и произнес:

— Знаешь… Когда это случилось… Ну, там, в арке, я задумался. Знаешь, о чем?

— О чем?

— У меня рядом труп и Ленка раненная, а я… — тут Кот глянул на друга. — А я сделать ничего не могу.

— Ну, мы как бы…

— Как бы целители, — закончил за него Семен. — Артефакторы вроде бы неплохие, а целители…

Кирилл согласно кивнул.

— Что мы учили? — задумчиво произнес Кот. — Целительского? Ну, диагностика функциональная… Ну, еще ткани сращивали, но там… там примитивно все было.

— Ты пока скорую ждал, не…

— Киря, там нож вошел внутрь, ну сращу я ткани, а что внутри? — вздохнул Семен. — Я же не дурак, понимаю, что внутри ничего не смогу… Да и не знаю, что там.

Кирилл молча кивнул.

— Ты извини, что я… Ну, что меня не было, — буркнул он и достал яйца. — Просто… не думал, что так получится.

— Получилось как получилось, — кивнул Кот и спросил: — Слушай, а куда теперь эти пельмени… Если это еще можно назвать пельменями. Куда их девать?

Кирилл разбил яйцо о край сковородки, вылил на нее четыре яйца, умдрившись не испортить желток, а затем накрыл сковороду крышкой.

— Ну, — подошел он к другу и заглянул в кастрюлю. — Это больше на… черт его знает, на что похоже. Может в унитаз?

Семен с силой вогнал в ком из теста и мяса ложку и приподнял его над водой.

— Думаю, за такое нам по шее дадут. Сразу, — буркнул он. — Трубу забьет.

— Тоже верно… — кивнул Осетренко и выдал мысль: — А ты его порежь!

— В смысле? — растерялся Кот.

— В прямом. Ножиком порежь на куски и смой.

Семен хмуро глянул на продукт своей кулинарии, затем на друга, а потом пожал плечами.

— Ну, а почему бы и нет?

Парень взял нож и прямо в кастрюле начал нарезать тесто с мясом. Кирилл же усмехнулся, подошел к окну и глянул на прототип мопеда.

Да, уже не ведро с рамой и стальной тумбой. Выглядел он относительно прилично. Установлены обшивки, сиденье нормальное, но именно на этом мопеде с шильдиком «00001» была обкатка технологии с последующей доработкой.

— Жалко мопеды не успели себе собрать, — подал голос Кирилл. — Так хотя бы два мопеда было.

— От нас это не зависело, — буркнул Кот, держа кулинарное извращение ложкой и нарезая его пластами. — Сан Саныч совсем лютует. Один раз в столовку сходили, так он уже вой поднял.

— Он за нас боится, — пожал плечами Осетренко.

— Он боится отчетов писать, почему не уследил? Как так вышло? — хмыкнул Семен и тяжело вздохнул. — Но да… Жалко… Нам два бы в самый раз. Один тебе, другой мне. Мы ведь постоянно куда-то порознь мотается.

— Ну, если честно, то и мотаться теперь особо некуда, — вздохнул Кирилл. — Теперь.

— Не вешай нос, Киря! — усмехнулся Кот. — Со мной точно не пропадешь! Что мы, шабашку не найдем?

— Ну, так-то да, но… Мы с тобой такое дело сделали, а теперь снова… Бетон принимать и товарку на РайТорге грузить? — спросил друг.

— А что в этом плохого? — Семен глянул на него и с улыбкой произнес: — Не важно сколько раз ты упал. Важно сколько раз встал. Надо будет — еще что-нибудь придумаем.

Тут он постучал пальцем по виску.

— Мы сделали раз, значит и второй раз сделать можем. Опыт-то есть!

— Ну, наверное, — кивнул друг. — Просто обидно… Ну, это же все мы…

— На обиженных воду возят, Киря, — кивнул Кот и тут же вздрогнул от строгого женского голоса.

— Кот! Ты какого черта тут делаешь⁈

Семен обернулся и растерянно уставился на Марию, что иногда ему готовила, пока не сдружился с Леной.

Тут парень глянул на вилку и кусок слипшихся пельменей у себя в руке, а также на ножик.

— Маш, долго объяснять… В общем, пельмени режу.

За спиной хрюкнул Кирилл.

Тут с улицы раздались гудки. Кирилл тут же метнулся к окну и с улыбкой обернулся к другу.

— Наши приехали!

Семен бросил в кастрюлю слипшиеся пельмени, Кирилл направился к выходу, но их остановил резкий окрик Марии.

— А ну стоять! Вы тут спалить все решили⁈

Осетренко быстро подошел к плите, выключил и передвинул сковородку на пустую конфорку.

— И это с собой забери! — указала девушка на кастрюлю. — На помойку унеси!

Кот молча забрал кастрюлю и аккуратно ретировался вслед за Кириллом.

Во дворе общежития расположились полтора десятка мопедов.

Они встали не на проезде, а чуть в стороне, но все равно зрелище получилось достаточно необычным.

Дело было в том, что каждый водитель, примотов веревками, надев на руль, просто держа в руках, вез запчасти. Панели, части рамы, основные элементы.

— Ключ на семнадцать! — раздался Крик Фазы, что собирал раму.

— Дак, ты попади сначала! Наживи, а потом крути!

— Парни, кто кислоту на протравку брал⁈ — крикнул Истукан, что собирал основной привод. — У нас косяк с рунами…

— Так это на блок по скорости, — отозвался Семен. — Без него обойдемся.

— Там силовая проходит, — покачал головой старшекурсник. — Не прокатит.

Ребята оккупировали поляну, ту самую, на которой Кот когда-то с Осентренкео жарил шашлыки. Ребята работали целой толпой, умудрившись разложить все детали на траве.

Работа шла быстро. Рама получилась быстрее, а вот с приводом пришлось повозиться. Часть рун плохо протравились и их пришлось наносить заново. А для этого Кирилл с Семеном бегали раз пять в общежитии. То за чернилами, то за кислотой, то кисточку удачнее выбрать.

— Как у вас там, — спросил Семен, толкнув в бок Фазу, что смотрел как четверо студентов соединяют привод и раму.

— Выше… Еще чутка, — согнувшись в три погибели произнес Толик. — Лови отверстия!