А сейчас мы с сестрой Даяной сели.
- Две порции льняной каши и мятного чая. - Сделала скромный заказ настоятельница за нас обеих, когда все помещение постоялого двора пропахло ароматом жареного мяса. Я подумала, что мы настолько ограничены в средствах, что не можем позволить себе нормальной пищи. А на соседний столик, который заняли сопровождающие нас гвардейцы, уже несли уставленные ароматными блюдами подносы.
Стало обидно.
Я не вегетарианка, а ещё мясо очень полезное. Я бы даже на жёсткую курятину согласилась. В надежде хоть что-то изменить, я наклонилась к настоятельнице:
- Сестра Даяна, можно поинтересоваться, кто оплачивает наш обед?
- Конечно, сопровождающие. Графиня Хартман выделила на это средства. – Тихо ответила она.
Я без лишних слов подозвала прислужницу:
- Заказ на кашу мы хотим отменить, - под удивленным взглядом настоятельницы проговорила я. - Принесите нам то, что сейчас так аппетитно пахнет на весь зал. А к мятному чаю принесите сладкого хлеба.
Как только прислужница отошла, настоятельница заметила, что мы должны быть скромнее в своих желаниях.
- Это же просто обед, нам нужны силы, чтоб добраться до графства, - тихо ответила я.
И я не понимала, разве может обычный сытный обед считаться «нескромным желанием»?
Странно, но продолжение пути не было таким тяжёлым. Трясло нас уже не так сильно. Может, это сытная еда так подействовала на мое восприятие мира. А может, дороги стали намного лучше. Когда мы проезжали мимо живописного озера, настоятельница заметила, что с этого момента мы находимся на землях графа Хартман.
А земли моего будущего покойного супруга оказались очень обширными и богатыми. Помимо озера мы проехали через парк, луга, несколько, довольно-таки, небедных деревень, несколько речек, шести стоящих в ряд мельниц, даже настоящий кожевенный завод. И это все только по пути нашего передвижения. Эх, богатой я была бы графиней, если вышла замуж за живого графа. Но этому графу, будь он живой, скорее всего, я бы не приглянулась. Хотя я, конечно, красавица, и волосы мои уже отросли ниже плеч. Но в этом мире в девятнадцать лет невеста считается неисправимо старой. Так что, мне только за покойника замуж и выходить.
Я с сожалением выдохнула.
- Алиса, если ты передумала, мы можем развернуть карету. - Настоятельница очень удивила меня этими словами.
- Нет. Я не передумала. Только я многого не понимаю.
Я, вообще, не понимала этот мир. В первые дни пребывания в монастыре, когда я смогла встряхнуться, я решила поговорить с настоятельницей и рассказать ей, что я из другого мира. Даже рассказала ей о земной технике, науке и законах. Настоятельница тогда сказала, что мои грехи лишают меня разума. И мне нужно больше молиться и искать истинный смысл моей жизни. Я не стала отстаивать свою правду и спорить. Молчание не просто так называют золотом. Сестра Даяна тоже промолчала и не рассказала всем что я, судя по моим речам, безумна.
А я стала приспосабливаться к этой жизни и задавать больше вопросов. Но все равно многого не могла понять.
- Алиса, чего же ты не понимаешь? - Устало спросила сестра Даяна. Она много раз выражала надежду, что я отважусь провести неделю в молчании, как делали многие послушницы и монахини.
- Почему графиня Хартман не женила своего пасынка на бедной соседке, служанке какой-нибудь или бедной вдове? Ей бы это было проще организовать. Зачем она приехала в монастырь за совсем незнакомой послушницей?
Настоятельница вздохнула и отложила книгу, которую читала не очень внимательно, на скамью.
- Раз уж ты скоро станешь аристократкой, объясню тебе некоторые вещи. Во-первых, покойный граф не пасынок графини Хартман. Он, как я говорила, ее приемный сын. Граф Аластэйр Хартман маг. Но родился он в семье фермера. Как ты знаешь, маги - это величайшая ценность нашего мира. И в нашем королевстве маги имеют беспрецедентные права. Для них не писаны многие законы. Я тебе говорила, что мага не ограничивает даже Небесный брак. Он может заводить семью и не блюсти чистоту брака, разводиться без причины или вести разгульную жизнь. Законы не ограничивают свободы магов, главное, чтоб маг хранил верность королевству.
Оказывается, в этом королевстве очень выгодно быть магом.
- Но ради справедливости скажу, - Продолжала меня просвещать настоятельница, - еще ни один маг не ославился участием в чем-то неприличном, в отличие от многие аристократов. Маги, в принципе, очень замкнутые и необщительные. Никогда не слышала, что бы маг беззастенчиво пользовался данными ему законом свободами.
Мне стало интересно, почему в библиотеке монастыря нет книг о магах.
- А сколько сейчас магов в стране? – Задала я вопрос, когда сестра Даяна замолчала.
- В нашем королевстве двенадцать... сейчас уже одиннадцать магов. И им от тридцати до семидесяти лет.
- А почему король послал такого ценного мага на войну? – Даже если магов было бы несколько сотен, разбрасываться ими, по-моему, было глупо.
- Королю лучше знать, как поступать. – Чопорно заявила настоятельница. - Но скажу к слову, благодаря магии графа Аластэйра Хартмана, война не продлилась и пяти дней. Наши противники понесли тяжёлые потери. А у нас только один погибший, даже раненых нет.
- И этот погибший маг?
- Да, погиб только граф Хартман. А теперь послушай историю семьи Хартман. У четы Хартман не было сына, только две дочери. После смерти графа, ветвь рода могла зачахнуть. Только лет шестнадцать назад в нашем королевстве объявился маг. Сын фермера, он дошел с окраины королевства до столицы и показал силу своей магии. В тот день на деревьях центрального парка нашей столицы Лайт за одну ночь выросли сливы. Только представь насколько силен был этот юноша, если сливы выросли даже на кленах, тополях, ёлках... На всех деревьях! И это было в начале весны! Конечно, король, согласно нашим законам, возвел мага в аристократы и подарил ему титул только недавно погибшего почившего графа Хартман. И молодой граф Аластэйр Хартман принес присягу королевству Лайтия, и по договору с королем должен был жениться на дочери графа Хартман. И, конечно, попытаться подарить стране ребенка-мага. Хотя маги не очень плодовиты. Дети у них рождаются редко но, если уж рождаются, то всегда бывают магами.
Грустная история. И надо было этому сыну фермера идти через половину страну в столицу, показывать там чудеса, ставать аристократом, чтоб молодым погибнуть на войне? Хотя он, кажется, спас много жизней своих сограждан.
Наконец, в разговорах, мы доехали до графского замка. И перед нами распахнулись кованые огромные ворота, и наша карета тихо загрохотали по широкой дороге из идеально подогнанных другие другу камней.
Вечер уже давно уступил свои права ночи. И мы все были утомленны поездкой. Когда с трудом поднявшись на ноги, мы с настоятельницей покинули карету, я с ужасом осознала, что нам еще придется подниматься по многочисленным ступеням к парадной двери.
Нас встречали у самих дверей. С важными лицами и пренебрежением во взгляде на нас смотрели две служанки. Графиня, скорее всего, решила не утруждать себя приветствием гостей. В стороне стоял высокий представительный мужчина. Он мне показался намного моложе и симпатичнее гвардейцев. Этот мужчина поклонился нам вполне уважительно, а выпрямившись, приветливо улыбнулся.
- Счастлив приветствовать вас в замке графства Хартманов. К сожалению, графиня Хартман не сможет принять вас сегодня. Но с любыми вопросами можете обращаться ко мне. Я дворецкий, зовут меня Лайонел. Позвольте, мы проводим вас до ваших комнат.
Лайонел мне сразу понравился, очень приветливый и доброжелательный человек. А служанки здесь были невоспитанные. Сумки с наших рук они взяли только под пристальным взглядом дворецкого и при этом брезгливо сморщились.
Нас с настоятельницей проводили на второй этаж. Любоваться роскошными картинами, изящными коваными перилами, дорогими коврами и всем остальным великолепием желания не было никакого. Я так устала, что хотела быстрее припасть к подушке. Даже целый день работы в огороде не утомлял меня, как это поездка, которая длилась целый день.
