В то время как он занимался уборкой, вернулся и сосед. Вернее, его вернули. Тот тоже был без сознания, двое тюремщиков сбросили его на пол камеры, закрыли за ним дверь и ушли. Наступила полная тишина. Эдвин перенес куртку в угол к камере девушки, и принялся ждать, пока она придет в себя. Адель жива, это уже хорошо. Пусть, она не сможет передать исследователям информацию об опасности, но рядом с ними есть боевые маги. Те точно догадаются, что раз молодые люди не вернулись, то город не слишком безопасен.

— И давно ты смотришь на меня? — проснулась девушка и болезненно поморщилась.

— С тех пор, как принесли, — усмехнулся Эдвин. — Насколько успешным оказался твой забег? Сумела пробежать еще хоть квартал?

— Почти два, — ответила девушка. — Пушок убежал. Вряд ли его будут ловить живым, но думаю, он считается животным, а их не трогают. Граф говорил, что в городе полно мелкой живности.

— Как тебе браслеты на наших руках? — зашел издалека Эдвин. — Красивое украшение?

— Эммм… да, блокираторы магии. Не работают на сильных магах. Этот эльф тоже твой уровень проверял, верно?

«Так вот, что это за артефакты на столе лежали».

— Думаю, что если бы мы оказались сильнее действия этих браслетов, он бы нас просто убил. Сильного мага такая тюрьма не удержит, а мы ему для чего-то нужны.

— А, да, — Эдвин махнул рукой в сторону камеры напротив. — У нас и сосед есть, настоящий старожил, если верить внешнему виду. Только он слегка не в себе, отказывается отвечать на вопросы, а сейчас и вовсе лежит без чувств. Как в себя придет, ты его обязательно обо всем расспроси, если хочешь. Но я хотел спросить, как тебе замок на этих браслетах…

Эдвин выразительно подвигал бровями.

— Замок, понимаешь?

Адель посмотрела на замок, перевела взгляд на груду костей, которую маг принес к решетке.

— Без шансов, — сказала она. — Даже пытаться сейчас не буду. Как чувствовала, что этому вампиру нельзя верить.

Эдвин не стал говорить, что оказалась здесь она не из-за вампира, если уж лезть в детали.

— Вампиры!!! — очнулся сосед из камеры напротив, схватил руками решетку, и посмотрел прямо на них. Человеческого в этом оскале и злом взгляде было не очень много. — Вы тоже здесь из-за этих безумных вампиров⁈

— Вампиры? — переспросил Эдвин.

— Да! Да! Ловят! Тащат! Бросают!

Маг переглянулся с девушкой.

— Даааа, — протянул он. — Нас тоже… эээ… тащили, потом бросали, потом ловили, ага…

— Ты последовательность не перепутал? — шепотом уточнила Адель.

— Да ему все равно, он же понимает отдельные слова только.

В чем-то Эдвин оказался прав. Мужчина в камере напротив, оказавшийся темным магом, уже потерял всякий интерес к разговору и ходил кругами по своей камере, постоянно повторяя про вампиров. Прежде, чем они продолжили разговор, в углу своих камер, где их разделяла только решетка, они устроили себе места для отдыха. Никакой романтики, девушке было не по себе, Эдвин хотел ее поддержать, вот они и оперлись каждый со свой стороны на преграду. На всякий случай, для полной поддержки, молодой маг просунул руку сквозь решетку, а там девушка уже сама вцепилась в нее.

— Что скажешь по поводу замка на браслетах? — тихим и серьезным тоном спросил он.

— Костями такой не открою. Нужны или отмычки, или жалкое их подобие.

— Металл? Проволока? — Эдвин осмотрел себя. — Пряжка от ремня?

Адель заинтересовалась.

— Снимай ремень, — приказала она.

Штаны у мага и без ремня не падали, но было все равно несколько некомфортно.

— Дай свой на всякий случай. Ремень девушки оказался тоньше, изысканней, и больше выглядел как красивый аксессуар без металлический частей, нежели инструмент для поддержки штанов.

— Тебе идет, — улыбнулась она.

— Очень смешно.

— Мне понадобится время, надо понять как замок работает, и какую отмычку делать.

Эдвин посмотрел на темного мага.

— Не знаю, что тут с нами будут делать, поэтому лучше поторопись. Боюсь времени у нас как раз не очень много.

— Ты забываешь, что после того, как мы снимем браслеты, нам надо будет еще выбраться из камеры. Сможешь сделать это тихо? Чтобы не подняли тревогу те двое? Потом мы выйдем за ту дверь… и что? Куда она ведет? А в какую сторону нам убегать?

Эдвин с сомнением посмотрел на маленькие решетки под потолком.

— Я мог бы попробовать их расширить… Только мы все еще не знаем, куда они ведут. Так что ты тогда предлагаешь?

— В одной книге, которую я читала, для побега из таких мест надо знать множество вещей: расписание смены охраны, план здания, патрули… Мы должны знать, что будем делать в каждый момент времени, импровизации в побеге не место.

— Какие интересные книги ты читаешь, — усмехнулся Эдвин. — Тогда ждем, собираем информацию, и терпим сколько понадобится. Убивать нас не планируют вроде бы… осталось узнать как тут обстоят дела с едой, водой и туалетом.

Адель с явной брезгливостью посмотрела на дырку в полу, перевела взгляд на молодого мага, и слегка покраснела. Он ее понимал, но поделать ничего не мог. На всякий случай на этих деталях он не заострял внимание. В конце концов, они в плену у неизвестного эльфа, ничего хорошего их не ждет, если верить внешнему виду темного мага. Проблем у них очень много, и необходимость ходить по нужде в дырку в полу друг рядом с другом стоит где-то в самом конце списка. Он наклонился прямо к девушке.

— Если это Эрика закинула сюда того темного мага, а других вариантов у меня нет… то он тут уже много месяцев. Не верю, что темный маг, который является преступником, не попытался сбежать как минимум один раз.

Девушка пожала плечами, и тоже наклонилась к решетке.

— Пушок доберется до графа, — на грани слышимости сказала она.

В этом была логика. Пушок, пусть и химера, мог проходить барьер. И если на него действительно не обращали внимания, то… то что?

— И что? — тихо ответил Эдвин.

— Пушок умный, он объяснит, — туманно ответила Адель.

Вдаваться в подробности, как именно химера в виде собаки будет общаться с вампиром Эдвин не решился. Только на них он рассчитывать не хотел, и больше полагался на свои силы. Он еще несколько минут посидел в размышлениях, но никаких мыслей не появлялось. Он поднялся, обошел свою камеру, и не нашел ничего нового. Угловая клетка, где с двух сторон стена, а с других — решетка. За одной Адель, за второй дверь и коридор. Он подошел к двери. Она была закрыта снаружи, и к замку с его стороны было не подобраться. Снять или выбить дверь… Невозможно. И у него были серьезные подозрения, что его попытки быстро пресекут.

— Да уж… — протянул он вслух. — И что делать?

Из камеры напротив раздалось мерзкое хихиканье. Как показало время, делать было абсолютно нечего. Они с Адель сидели друг рядом с другом, держались за руки, но ни о чем не говорили. Каждый думал о своем, и пусть ситуация не располагала, очень скоро они оба провалились в сон. Снилось ему что-то мутное, от чего проснулся он совсем разбитым. Если верить окошку под потолком, то они поспали не меньше пяти часов.

— Уже и пить хочется, — поделилась Адель.

— Пока ты не сказала, я даже не думал об этом. А теперь уже и мне хочется, — признался он.

К вечеру стало холодать, и они все чаще вставали со своих мест, ходили по камере и размахивали руками, чтобы хоть как-то согреться и разогнать кровь.

«Долго я так не продержусь», — мысленно ныл Эдвин. Исключительно мысленно, потому что Адель сама была не в лучшем настроении, и если еще и он расклеится, то будут они сидеть в обнимку, плакать, и ждать своей смерти. А этого ему хотелось меньше всего. — «А ночью станет еще холоднее».

Как он и предполагал, отопление предусмотрено не было. Точнее, оно точно было, но в единственные, кто в нем нуждался, находились в камерах, и их мнение никого не интересовало. Все заканчивается, и ночь, которую они с Адель провели то пытаясь согреться в движении, то отдыхая от этих физических упражнений, тоже закончилась. С рассветом они устало привалились к решетке, и принялись ждать тепла.