- О, он вам уже спел поведать свою историю. Уверен, только выгодную ему часть, - усмехается. – Да, а сперва она бросила меня с сыном. После того, как застал их в постели с Витей.

- Умеете вы шокировать, Алексей, - убираю прядь волос с лица, и пытаюсь переварить полученную информацию. – Она сына на вас оставила?

- Она сказала, что у нее новая жизнь, а парню лучше с отцом, потому как Виталя точно не примет не своего ребенка. Еще добавила, что она не виновата, я просто слишком долго плавал, - Алексей говорит с едва заметно усмешкой даже без грусти в голосе.

У него уже отболело.

- Плавал?

- Я моряком был. Мы с Матильдой из маленького провинциального городка на берегу моря. Там чтобы заработать денег была только одна дорога – в мореходку. И я учился вначале, потом начал в рейсы ходить. И знаете долгие годы думал, моя верная супруга меня ждет. Мы же со школы вместе. Потом мы перебрались в столицу. Сняли хорошее жилье, деньги уже позволяли. Я делал успехи на работе, заработки росли, но и мои рейсы были все дольше. И вот из одного из рейсов я вернулся на месяц раньше, и все как в старом анекдоте, жена с ее любовником в обнимочку на нашей с ней постели. А в доме куча чужих мужских шмоток. Виталя жил у нас дома, пока меня не было.

- Отвратительно, - меня передергивает. – Я Тимура в ванной застала, тоже в нашей квартире.

- Странная у них тяга тащить любовников в дом, - Алексей пожимает плечами. – Паршивая ситуация. Понимаю вас, - мы синхронно вздыхаем. – Но у меня уже все мхом поросло. Даже рад, что тогда узнал, иначе бы она больше лет моей жизни украла. Простите, - кидает на меня виноватый взгляд.

Да, он прав, я ничего не знала и потратила на Тимура всю сознательную жизнь. Но назад дороги в прошлое нет, исходим из настоящего.

- Так вы моряк?

- Бывший. Это тоже давняя история. После того как Матильда помахала ручкой, на мне остался пятилетний ребенок, о каких рейсах могла идти речь? Конечно, я уволился и занялся его воспитанием.

- А она хоть интересовалась сыном? Вы же в одном городе жили.

- Неа, - качает головой. – Как ушла, так сын ее ни разу с тех пор не видел. А нет, раз был, мы встретились в магазине. Я с сыном, она с дочерью. Аринке тогда года четыре было. Так Мотя сделала вид, что нас не знает. Ее выбор. Насильно мил не будешь.

- С сыном все хорошо, надеюсь?

- Адриан по моим стопам пошел. Сам так решил. Сейчас в рейсе. Целеустремленный парень вырос. Но про мать никогда не говорит. Нет ее для него. И я бы не вспоминал, но с Витьком нас жизнь постоянно сталкивала. Вечно пересекались по разным вопросам. А когда Мотя и его бросила с Аринкой на руках, так он сам ко мне пришел, сказал: «Ну и дрянь же она. Вот это мы с тобой попали. Пора зарывать топор».

- И как зарыли?

- С переменным успехом, - усмехается. – Виталий, как я говорил, тот еще поганец. Но иногда и он может быть полезен. А вот мы и приехали.

Алексей подъезжает к маленькому домику на окраине города. Двухэтажный, но крошечный. Резной заборчик, ухоженный сад, цветы красивые, трава пострижена.

- Это ваш дом?

- Мой, Светлана. Пока тут побудьте. Мне будет спокойней. Вам сейчас лучше не светиться. Я скоро вам безопасное жилье подберу, - выходит из машины, выпускает Тайсона, открывает для меня дверь и подает руку.

Пес бегает по двору. Видно, что он тут себя хозяином чувствует, но не остается снаружи, едва Алексей дверь открывает, как он тут же в дом и около меня становится, хвостом виляет.

В доме все очень чисто, аккуратно, но обстановка более чем скромная. Многие вещи, наверняка, старше меня. Но видно, что отреставрированы и в прекрасном состоянии.

Тимур же покупал всегда все новомодное, делал ремонт едва ли не каждый год, чтобы наша квартире была на высоте. Очень он любит роскошь.

- Мило у вас, уютно.

- Ой, много ли мне одному надо, - отмахивается. – Располагайтесь, Светлана. Чувствуйте себя как дома. С Вами вот охранник, - гладит Тайсона по голове.

- Мне у дочери дома надо вещи забрать. Там телефон остался, бумажник, моя сумочка. А вещей, так у меня их и не было. В дочкином хожу, - развожу руки в стороны. – Телефон мне очень нужен, надо же Марту предупредить, она волноваться будет.

- Говорите адрес, давайте ключи, я сгоняю. А вам около ее дома точно не вариант показываться. Пусть гадают, куда вы пропали, - подмигивает.

Проводит мне маленькую экскурсию по дому. Рассказывает, где и что лежит. Прощается и уезжает.

Я же не знаю, чем себя занять.

Прохожусь с Тайсоном по саду. Отмечаю, что есть некая прелесть в этой простоте. Возвращаюсь в дом, нахожу в холодильнике продукты и принимаюсь за готовку. Так хоть руки заняты, а мысли все равно возвращаются к предателям, к поступкам сына.

Для матери сложно поверить, что вырастила такого подлого лжеца. И еще страшно, что могут натворить недоработанные препараты в его руках. Он же не думает, скольким людям может навредить.

С этим надо разобраться и как можно скорее. Соображения на этот счет у меня есть. Слезами горю не поможешь. Надо действовать.

Через часа полтора возвращается Алексей. Выхожу во двор его встретить. По складке между бровями понимаю, что-то не так.

- А с пустыми руками, - поднимает руки вверх.

- Что случилось?

- В квартире полнейший погром. Я так понял забрали всю технику, ну и конечно же ваш телефон и сумочку.

Тимур

- Пожалей меня, Тима! – Арина тянет к нему руки. – Не кричи!

- Пожалеть? Реально? Ты хоть понимаешь, что подставила не только нас под угрозу, но и ребенка! – рявкает и мчится в детскую.

Нянька сидит бледная. Ребенок спит.

Заглядывает в кроватку, Петя так смешно сопит, личико умиротворенное.

Стальные клещи, сдавливающие грудину, ослабевают.

Его сын… если бы с ним что-то случилось, он бы никогда себе не простил. Арине тем более.

- Я… так испугалась, - шепчет нянька.

- Все нормально. Будьте с ребенком, за моральные переживания я вам доплачу, - еще раз бросает взгляд на сына и выходит.

Арина не побежала за ним. Так и сидит в гостиной.

- Тебя вообще не интересует, что с сыном? – как же она его сейчас бесит.

Как же хочется ей пощечину дать, а потом еще одну, еще. Тимур мысленно представляет, и моральное удовольствие получает.

- Я знаю, что с ним все хорошо, иначе бы нянька уже прибежала. Логика, Тима, - стучит себя указательным пальцем по виску.

- И где была твоя гребаная логика, когда ты договор на бабки подписывала? Арина, у тебя же экономическое образование! Или ты даже в институте не появлялась? Все папка купил! – он старается на нее не смотреть, иначе давление прыгает, колотить начинает.

- Почему не ходила, - надувает пухлые губы. – Там было прикольно, весело. Мы с девчонками так отжигали.

- Пофиг, - машет рукой. – Тут и образования не надо, только капля мозга, чтобы понять, какую лажу подписываешь! Мало того, ты же еще потом два раза у них бабки брала. Неужели не поинтересовалась, какой процент набежал?

- Я думала, там не так много, - всхлипывает. – Мне вот плакать нельзя, у меня глазки болят, а ты кричишь. Доводишь меня.

- Не много?! Аут. А чем ты отдавать это «немного» собиралась?

- Не знаю, - пожимает плечами. – Как-то бы выкрутилась. Может папа бы оттаял. Вон я внука ему родила, скоро мы поженимся, он мне точно на свадьбу хороший подарок сделает. Ты пока отдай деньги тем людям, а как папа подарит, я тебе все верну.

- План… зашибись, - у Тимура даже слов не хватает, приличных, неприличных… никаких.

Совсем не вовремя приходит воспоминание, как они со Светой общались. Жена никогда подобную ересь не морозила. Хоть и была не от мира сего, вся в своей науке, огородах, борщах.

Но за нее точно краснеть не надо было.

А с Ариной… да он и не говорил особо. У них общение в горизонтальную плоскость переносилось. А потом любовница его слушала. Если и говорила, так о том, какой он шикарный мужчина, как ей повезло. Тимур любил жаловаться Арине на проблемы на работе, она всегда его так успокаивала, руками, губами, языком.