Когда на кону стоит жизнь родного и любимого человека, согласишься на многое.

Так что да, я согласилась, чтобы Тимур все переписал. И после этого, действительно преследования прекратились.

А через год случилась утечка в лаборатории. Я была на волосок от смерти. Долго восстанавливалась, мужа так переживал, посерел весь. Просил меня все бросить. Потому как я ему слишком дорога. У нас все есть, пора мне жить в свое удовольствие, а не просиживать в лаборатории. Я снова выбрала семью, решила завязать с любимым делом.

Все эти события проносятся перед глазами словно кинопленка в ускоренном режиме.

- Виталий Николаевич, под исправлением, вы хотите мне предложить передать лицензию вам, - кладу руки на деревянный стол. – У вас гигантские склады, сеть аптек по стране. Крупные контракты на поставку медикаментов, вы один из самых больших дистрибьюторов. Но вы ничего не производите. А тут вы видите возможность подняться на порядок выше.

- Потрясающе! – всплескивает руками. – Вы все больше меня поражаете, уверен судьба нас не просто так столкнула.

В его глазах действительно светится интерес.

- Она нас не столкнула. А вы сами приехали, боясь упустить возможность.

- Светлана, я готов вам предложить многое. Не стоит сразу делать выводы. Вы ведь умная женщина, - снова его игра голосом.

- Красивые речи не приблизят вас к цели, Виталий Николаевич.

Улыбка становится шире, качает головой.

- Я действительно наслаждаюсь общением. А я давно подобных эмоций не испытывал. Все как-то скучно и однообразно. Насчет моего предложения, Светлана, уверен, вы тоскуете по работе. Я же готов дать вам в распоряжение новейшую лабораторию, со всем необходимым оборудованием, полную свободу действий. Я куплю завод. Запустим производство. Также гарантирую, взять на себя все хлопоты по предстоящему бракоразводному процессу. Тимур больше не доставит вам неудобств. У меня есть все рычаги давления на него. И конечно же защиту. Чтобы впредь этот отвратительный инцидент никогда не подвернулся. Обеспечу вас жильем, которое вы выберете сами. Любые ваши пожелания можно обговорить. Считайте, что я ваш персональный джин, который исполнит любые пожелания, - он распинается, меняет интонации, старается продать себя.

Шилов у меня ассоциируется с умелым торгашом из девяностых.

- Джин, который понимает, что если я заключу контракт с вашими конкурентами, то это сильно подвинет вас.

- Я же не скрываю своей выгоды. Но и вы ее получите. Это ваш шанс реализовать все свои задумки. Подумайте об этом, Светочка. Я готов предоставить вам подробные условия, все будет прописано в контракте, гарантирую прозрачность.

- Все звучит просто замечательно, но… есть один факт, который бросает ложку дегтя, в котел ваших радужных предложений, - отзеркаливаю его широкую улыбку.

- Говорите, я сделаю все возможное, чтобы это исправить, - и бровью не ведет, продолжает излучать доброжелательность.

- Вы хамелеон, Виталий Николаевич. На данный момент вам выгодна я. Когда вы меня в расчет не брали, считали, что я передам патенты сыну или мужу, вас абсолютно не заботила моя судьба. Сейчас же вы хотите пристроить свою непутевую дочь к Тимуру. Снять с себя проблему, и заполучить меня. Если же ваши интересы изменятся, вы так же легко бросите под каток меня. Таким как вы, веры нет. И тем более, сотрудничество с вами насколько радужно звучит, настолько же может оказаться капканом.

Придвигается ближе. Глаза прищуривает.

- Я уже признал свою ошибку. И я предложил вам прозрачные условия. У нас все будет по контракту, и я, как вы выражаетесь, просто не смогу пустить вас под каток.

- Не преуменьшайте своих возможностей, Виталий Николаевич, нож в спину прилетает, когда меньше всего ожидаешь. Я в этом убедилась. И впредь буду тщательно выбирать, с кем иметь дело. Вы доверия не вызываете. Вы же сейчас хотите обойти Тимура. Хоть еще не так давно вы строили планы о великом партнерстве. Как человек порядочный, вы бы могли попытаться уговорить меня не отзывать лицензии. Помочь будущему родственнику. Но вы его уже списали. Он вас устроит просто как надсмотрщик за дочерью.

- Светлана, я встал на вашу сторону! – восклицает, немного повышая голос.

- Из-за выгоды. Не из соображений совести. Так что нам с вами не по пути, Виталий Николаевич. На этом закончим, не стоит никому из нас терять время, - поднимаюсь со скамейки.

- Светлана, я вам докажу, что все иначе!

- Не утруждайте себя. Уверена у вас есть куда направить свои силы.

Он вскакивает тоже. Слишком поспешно.

Идет следом за мной.

- Думаете Алексей вам поможет? Ему вы доверяете, да?

- Простите, но у меня нет желания делиться своими планами. И мое общение с Алексеем, тем более вас не касается.

- Светлана, только не подумайте, что я пытаюсь настроить вас против Алексея. Я сам во многом ему благодарен, - говорит мягче.

Очень мягко стелет.

Я могла бы расспросить у Шилова про Алексея. Но я не хочу от него получать даже информацию. Тем более, все равно не доверяю.

- И еще, - мы уже к дому подошли, а он все не унимается. – Мои люди уже занимаются вашим похищением. Я этого так не оставлю в любом случае. Федор действительно на меня работает. Но он просто складской водитель. Те оболтусы тоже со склада. Таких мелких персонажей я в лицо не знаю. Все было сделано довольно хитро, мои люди, были уверены, что выполняют мою просьбу. Подстава так, с огоньком. И там цепочка заказчиков, мы ее раскрутим и найдем главное звено.

- Удачи в поисках, Виталий Николаевич.

Алексей выходит на крыльцо. Внимательно меня рассматривает, будто проверяет, все ли хорошо. Считывает мои эмоции.

В этот момент у Шилова телефон вибрирует.

Он достает гаджет. Смотрит на экран.

- Первый шаг доказательства моей лояльности, - переводит взгляд на меня. Принимает вызов. – Добрый день, Леонид, - и включает громкую связь.

- Виталий, доброго здоровья! Хочу вас обрадовать, у нас все идет по плану. Развод не за горами, а значит и свадьба, - голос сына звучит бодро.

Мы с Алексеем переглядываемся.

«По плану»… Ну-ну…

- Я не говорил с Ариной несколько дней.

А вот это странно. Я облила Арину, она по идее должна была сразу же отцу нажаловаться. А не позвонила Шилову. В разговоре он ни слова об этом не упомянул. Или не знал, или не счел важным, ведь на кону были куда большие перспективы.

- Уверен, она очень скоро вас обрадует.

- А мать ваша как новость восприняла? – Шилов тоже общается вежливо. Голос ровный, спокойный.

- Ой, об этом вообще беспокоиться не стоит. Как я вам говорил, она пойдет на все наши условия. И мой отец щедрый человек, точно ее не обидит. Ну и будем честны, много ли ей надо в ее возрасте, - у Лени смешок вырывается.

Гадкий такой противный.

- Я вообще-то старше вашей матери на пару годков, и знаете Леонид, в моем возрасте мне еще многое нужно, - Шилов брови вверх поднимает морщит лоб.

Понимаю, что он выводит Леню на разговор, чтобы я все слышала. А я чувствую, как с каждым словом сына меня окатывает новой порцией помоев. Этот его голос полный легкого пренебрежения, когда речь обо мне зашла.

- Ну вы сравнили, - гадкая усмешка. – Вы активный, деловой человек, и моя мать, которая давно погрязла в рассаде на даче. Ее уже ничего не интересовало. На мужа внимания не обращала. Ушла в себя. Вот мы и создадим ей все условия. Да и что мы все о ней. Не стоит она этого. У меня есть темы куда интереснее для беседы.

- Кстати о даче, я слышал она сгорела, - небрежно бросает Шилов.

- Да, несчастный случай. А скорее всего, мать недосмотрела, газ не выключила или еще что. Вот и последствия ее невнимательности, - голос Лени ни на ноту не изменился. – Но мы ей все компенсируем. Никто ее не оставит на произвол судьбы. Мы же понимаем, что без нас она пропадет. Потому это, так сказать, наша ноша и ее нам нести.