На выхухоль уродец, которого какая-то сущность использовала примерно как натянутую на руку куклу-марионетку, не походил ни капли, но кажется он понял, что русский боевой маг имел ввиду. Или просто среагировал на быстро приближающийся к нему объект, который полыхал подобно падающему метеориту, поскольку Олег постарался вложить все силы, которые только мог в один огненный удар, удар решительный и сокрушительный…Но все равно оказавшийся остановленным. Вырвавшиеся из спины монстра крылья, кажется еще недавно бывшие его ребрами и легкими, не только приняли на себя ярость пламенной стихии, способной мгновенно спалить дотла средних размеров пилотируемого голема с его броней и магическими щитами, но и отшвырнули пламя далеко в сторону вместе с самим чародеем. Впрочем, главной своей цели тот все равно добился — отвлекшись на новую существенную угрозу тварь дала возможность Святославу собраться с силами и перевести дух.

Вскинувший руки к небесам аэромант седьмого ранга заставил упасть с этих самых небес десятки молний, что оплелили собою фигуру гигантской полуптицы. Ветер же обрушился на макушку твари натуральным атмосферным молотом, пытаясь вбить её куда-то в недра земли, да так глубоко, что в обычной ситуации найти останки этого уродца сумела бы разве только шахтерская бригада. Частично задуманное бывшему крестьянину даже удалось — из его врага действительно брызнули какие-то струйки крови, когда тот хрустнул, слегка сплющиваясь и ужимаясь в размерах…Но вновь переходя в атаку! И даже плотный дождь из летевшего в спину свинца и сыплющихся со всех сторон чар низших рангов, которые запускали из окон здания, из дыры в стене, а еще кажется со стороны начавших приходить в себя церковников, полностью проигнорировал.

Словно бы выстреливший собою вперед птицеподобный мутант от скорости своего рывка буквально размазавшийся в пространстве явно метил своим клювом вонзиться в грудь Святослава, но каменющий на его пути до плотности железобетона воздух чуть задержал это уродливо-пернатое нечто, а после бывший крестьянин и вовсе превратился в молнию, скакнувшую в сторону метров на пятьдесят, благодаря чему очень-очень опасный клюв и одаренный седьмого ранга в пространстве друг с другом успешно разминулись. Зато монстру удалось поймать лопатками небольшой пробивный бур из некроэнергии, который Олег под довольно острым углом вогнал в сквозную рану, продырявившую тело одержимого несколько раньше. Жаль только заряд чуждой всему живому магии не произвел на свою того эффекта, на который надеялся чародей. Пара килограмм плоти с управляемой вселившейся в него сущностью маоринетки конечно осыпалась, но подыхать, слабеть или хотя бы терять одно из своих отвратительных «крыльев» та явно не собиралась. Да и с чего бы ей? Окружающий данное существо ореол силы, вполне себе видимый, между прочим, по энергонасыщенности был внушителен, ничуть не уступая ауре Святослава, а то и превосходя её. Он напоминал холодный ядовитый и вместе с тем почти полностью прзрачный огонь, а в этом огне сгорали плоть, аура и, кажется, сама душа бывшего человека, дабы занявшая его место мерзость могла сражаться с хозяевами Нового Ричмонда, тупо игнорируя сгорающие на подлете пули и чары низших рангов, количество которых за последние секунды заметно возросло.

— Эй, уродец, а ты случайно не тенгу? — На всякий уточнил Олег у твари, чем дальше тем больше смахивающей на огромную человекоподобную и очень-очень худую ворону. Ворону, вокруг шеи которой внезапно сформировался ярко сияющий нимб…Вернее, ошейник. Во вспышке пророческого озарения чародей осознал, что сражается сейчас не столько с кем-то из языческих божеств, сколько с удобным козлом отпущения, которого тот давно поработил и теперь держит исключительно для грязных поручений, в случае необходимости накачивая силой и используя как прокси-сервер при работе в тех случаях, когда личное вмешательство может причинить вред его здоровью или репутации. — Вроде похож ты на те описания, которые я читал, когда мы ещё с Японией воевали…

Вступать в беседу тварь не пожелала, а вместо этого зависла на одном месте, окружив себя магическим барьером, который как губка впитывал пули, заклинания и даже ослепительно яркие молнии, которым в этого урода на огромной скорости принялся швыряться Святослав. Окровавленные когти чудовища выплетали прямо в воздухе длинные цепочки каких-то символов, образующих некую сложную трехмерную конструкцию и явно не сулящую столпившимся вокруг смертным ничего хорошего. А может и всему городу. Да, непонятно как держащаяся одним куском марионетка вот-вот должна была развалиться окончательно, из-за чего чародей и решил попытаться ей зубы заговорить…Но пока она ещё держалась и была опасна. Смертельно опасна, что оракул-самоучка был бы готов под присягой подтвердить! Чужая сила, щедрым потоком вливающаяся в бывшего фанатика откуда-то из-за грани реальности, сжигала сильно мутировавшие человеческие останки со все увеличивающейся скоростью, и ужасающий по своей мощи противник просто не мог существовать в этом виде и этой реальности дольше нескольких десятков секунд. Это радовало. Огорчало то, что на эти десятки секунд марионетка некой сущности оказалась сравнима с высшим магом, причем полноценным, с веками опыта за спиной. И удар какими-то чарами седьмого ранга, которые она подготавливала, положившись на свою защиту, обещал оказаться воистину сокрушительным…

Ослепительно яркий луч света, ударивший с вышины, впился в прикрывающий монстра барьер…Ну а также и ещё пару десятков квадратных метров накрыл невероятно концентрированной и мощной магической атакой, вполне себе тянущей на чары восьмого ранга. Волна невероятно горячего воздуха ударила в разные стороны и сама по себе могла бы сварить заживо простых людей не хуже длительного пребывания в духовке даже на весьма заметном расстоянии от эпицентра атаки, но это были отголоски той мощи, которая бушевала в эпицентре невероятно точного выстрела световой башни. Одно или два томительно-долгих момента защита одержимого сумела продержаться, что можно было отследить по наличию чуть более темного пятна в потоке всесокрушающего света, но потом все-таки сдалась, допуская испепеляющую все и вся силу до незаконченных чар, плетущих их когтистых пальцев, а также всей остальной марионетки неизвестного языческого божка. И, конечно же, они сгорели. Возможно, не совсем моментально, но этого Олег уже не видел. Честно говоря, он вообще ничего не видел, поскольку ему глаза выжгло, и регенерировать их обратно даже для целителя его уровня потребовало определенного приложения усилий. Примерно как попытка достать из скорлупы особо упорную фисташку.

— Ну, частично солнцепоклонники за ненадлежащее отправление своих ритуалов в неположенном месте реабилитировались, — решил Олег, озираясь в поисках требующих его немедленного внимания пациентов, но не находя их. Летевшие в уничтоженную тварь со всех сторон пули и чары вынуждали взятых на задержание шпиона штурмовиков держать почтительную дистанцию, а потому под прямой удар они не попали, избежав испепеления. Собственно ближе всего к глубокому но узкому оплавленному кратеру, вполне способному стать основным стволом для какой-нибудь шахты, находился сам чародей. Ну а всякие вторичные поражающие факторы вроде небольшой ударной волны и резко подскочившей температуры облаченных в прекрасную броню одаренных бойцов не затронули. И даже валяющихся в относительной близости церковников каким-то чудом миновали. — Ювелирный выстрел, ну просто ювелирный…Даже канализацию умудрились каким-то чудом не зацепить.

— Дык, интересно, а пакость ента успела удивиться, шо по ней стреляют с пушки, стал быть, магической, какая так низко в город стрелять ну вот никакъ не должна? — Хмыкнул Святослав, сбивая со своих лат крепко-накрепко вцепившееся в них язычки бледного пламени, которое жрало артефактные доспехи пусть и не слишком активно, но само по себе затухать явно не собиралось. — Наверное, того-этого, сильно… Жаль токмо, не добилися мы нячего путного с сей затеи. Главная рыбка, ну, будем считать, шо ускользнула в смерть, а приспешники ейные наверняка ведь и не знают толком нифига…